Все не так, как в сказках

      Она доверилась ему. Сложно не довериться, когда находится «герой» готовый спасти тебя из пучины отчаянья, куда тебя загнала жизнь. Алина часто встречалась с черными полосами в жизни, правда всегда наступала светлая. Но что делать, если черная полоса в жизни не заканчивается? А были ли у нее светлые полосы в жизни или это была лишь иллюзия? В детстве ушел отец, бросив их с мамой. Эта Великая женщина устроилась на вторую работу, чтобы только дать Алине хороший старт. Это и погубило ее. Мама подорвала свое здоровье, что сократило длительность ее жизнь. Болезнь обняла ее и утянула в гроб. Как Алина не боролась, как бы не старалась заработать деньги на лечение, но ее мамочка умерла. А через две недели пришло письмо из института. Ее выгнали на предпоследнем году обучения. Отдав себя работе Алина забыла об учебе. Друзья отвернулись от нее раньше, когда девушка перестала тратить время на них свое время. За один месяц она лишилась матери, хорошего диплома и блестящей карьеры, всех друзей. Жизнь, сыграла с девушкой злую шутку. Тьма стала охватывать ее, протягивая свои путы, заставляя пасть в пучину отчаянья, погружаясь все глубже и глубже. Алина стала не жить, а существовать. Но нашелся тот, кто протянул ей руку, помогая выплыть к свету. Ее спаситель будто вышел из сказки — современный принц на белом коне. Молодой и красивый парень с деньгами и теплой улыбкой. Алина так любила его имя, стараясь произнести его как можно чаще. Сейчас это имя вызывает только ненависть. Кто же знал, что прекрасный принц на самом деле был злым королем. Красивые речи, убеждали, что она для него единственная. Дорогие подарки и незабываемые свидания. Алина никогда не ощущала себя настолько драгоценной и важной. Он возвысил ее, заставил поверить, что она королева. Потом все перешло от простых поцелуев к интимной близости. Она могла сказать, что каждая проведенная ночь с ним была незабываемая. Пара совместных обсуждений будущей свадьбы и счастливой жизни совсем вскружили Алине голову. И вот когда ее сердце почти исцелилось от боли он предал ее.       — Ничего не говори. У меня для тебя есть сюрприз, — почти прокричала в трубку девушка, когда утомительные гудки завершились. Сидя на подоконнике Алина крутит бумажку с двумя полосками. Она счастлива и уверена, что он тоже будет счастлив, — Я беременна. У нас с тобой будет малыш.       На том конце повисло молчание. В голове девушки рисуются картины их совместного будущего. Как он будет баловать их дочку или сына, они вместе будут ездить на пикнике и дальше только светлая полоса жизни. Вся та боль осталась позади.       — Я должен радоваться? — наконец прозвучал ответ с той стороны. В его голосе не было радости, былой нежности или иных теплых чувств, — Ты правда думаешь, что мне нужен ребенок. Особенно от тебя? Сними розовые очки, девчонка, у нас с тобой нет совместного будущего. У нас нет общих увлечений. Все чем ты меня привлекала, так это своим телом. Да даже не им, а возможностью весело провести пару ночей с живой игрушкой. Да и игрушка из тебя так себе. В зеркало посмотри. За изнасилование сажают, вот я и разыграл этот спектакль. Ты настолько в своих сказках, чуть ли не сама прыгнула ко мне в объятия. Этот ребенок твоя проблема, а не моя. Можешь забыть мой номер телефона.              Звонок был сброшен. Повисло молчание. Сердце щемило. По щеке вниз скатилась одна холодная слеза. Алина хотела, чтобы это была шутка, что вот сейчас он перезвонит сказать, что пошутил, сделает ей предложение. Так ведь всегда заканчиваются сказки? Но он не перезванивал. Она волновалась все сильнее. Нервными пальцами она снова набрала его номер. Ответом ей служило сообщение, что вас добавили в черный список. Руки тряслись все сильнее, а глаза заволокла пелена слез. Сердце и наивная любовь пытались найти оправдание, заставляя проливать слезы все сильнее, покуда в разуме крутилось одно слово «дура». Дура, что поверила этому ловеласу. Дура, что не использовала средства предохранение. Дура, что так наивно верила, что она героиня детских сказок, которых всегда ждет хороший конец с любящим мужем в замке. Телефон выпал из рук. Комнату наполнили истерические всхлипы. Алина содрогалась всем телом, пытаясь вытереть потоки слез.       Потом все стало только хуже. Из-за токсикоза работать становилось слишком трудно, да и денег ей не хватит, чтобы обеспечить ребенка. От него не было звонков. Она пару раз пыталась его поймать на улицах города, но он игнорировал ее существования будучи в хорошем расположении духа, или отпускал нелесные комментарии будучи в плохом. В один прекрасный момент ей начали поступить звонки и сообщения с неизвестных номеров, его дружки звонили посмеяться и спросить за сколько она готова лечь с ними в постель. Она ломалась под гнетом проблем все сильнее.

***

      По земле катится газета. Вдоль дороги идет молодая девушка в летнем платье. Небольшой округлившийся живот указывает, что она в положении. Красные от слез глаза и одежда не по сезону, заставляющая дрожать от холода дождя. Медленно поднимается солнце на востоке. В руках кружка с кофе, что давно уже остыл. Алина не может выбраться. Как бы она ни барахталась в пучине отчаянья не видит берега, где можно спастись. Она читала вечером газету и не смогла уснуть. Он, тот кто дал ей надежду, а потом уничтожил окончательно, сейчас счастлив. Участвует в благотворительности, про него пишут в газетах, последний звонивший его дружок поведал, что бывший возлюбленный Алины собирается жениться на девушке достойной его. Трамвайная остановка пустая в такое время. Девушка срывается и бежит к ней, будто в детстве спешит в мамины объятия после ночного кошмара. Но сейчас все это наяву и мамы больше нет рядом — некому ее больше обнять и провести рукой по голове утешая тихими словами. Она достигает остановки и садится на скамейку внутри. Под глазами черные круги, на лице появляются морщинки — Алина за это время постарела на несколько лет. Откинувшись назад девушка кладет руку на живот.       — Привет, крошка. Я тебе придумала имя. Я бы назвала тебя Мария, как и мою маму. Мария. Маша. Машенька, — повисла тишина, а девушка продолжала гладить живот. Солнце поднимается все выше, — Прости меня, я не могу тебя сберечь. Машенька, твоя мама жуткая трусиха и слабачка. Я была готова тебя защищать всю свою жизнь, но потом было обследование. Прости меня, у меня нет таких денег, чтобы помочь с лечением твоего порока после рождения. Я не могу тебя бросить, но и спасти тебя не могу. Машенька, милая моя, я запуталась. Я не знаю как мне поступить. Доченька, прости меня. Прости, что я была такой глупой, доверившись ему. Я виновата перед тобой. Машенька, прости меня, если сможешь.       В сердце что-то тянет и сдавливает, в горле поселился тяжелый ком. Алина почти не ощущает слезы на своих щеках, так привыкла к ним за это время. Девушка поднимается со скамейки, чтобы пройти небольшой кусочек леса. Хорошо, что солнце еще низко и прячется за облаками. При свете дня Алина не решилась бы. Где-то вдали гудит поезд, и девушка ускоряет свой шаг. Она успела. Железнодорожные пути прямо пред ней, а из-за поворота появляется тяжелый грузовой состав. Сердце пропустило удар, а слезы хлынули из глаз новой силой.       — Машенька, прости меня, если сможешь, — приложив в последний раз руку к животу, Алина бросилась вперед.       Кружка с остатками кофе падает и разбивается о землю. Сотня осколков и напиток, впитывающийся в землю. Боль во всем теле. Алина чувствует тепло. Кровь рывками покидает ее тело. Видно поезд перерезали ей все артерии. Алина та еще трусиха, но смогла броситься под поезд. Она больше не может пошевелить телом, а есть ли оно у нее еще? По небу плывут облака — последнее, что видит Алина перед смертью. Тишина и улыбка на устах. Днем про нее напишут в газете. Такая новость в их городе — девушка бросилась под поезд. Но желтая пресса будет писать, что она сама виновата или что это из-за порока ее дочери. Но ни она, ни ее Машенька не виноваты, что она приняла такое решение. Никто не расскажет правду о том, как Он ее предал. О всех тех слезах. О всей той боли, что толкнули ее на такой шаг.

***

      Алина поднялась на ноги. Нет больше той боли в глазах, беременного живота, ссадин и ран. Приехала скорая, что упаковывает остатки ее тела в черный пакет. Алина не хочет смотреть на остатки своего тела: отрубленные конечности, лужи крови и куски мяса, разбросанного по путям. Она свободна. Алина наконец вдохнула полной грудью. Что-то кольнуло ее сердце, заставляя обернуться. Под тенью деревьев стоит ее мама. Все еще здоровая, с легкими морщинками у глаз. Она распахивает руки и Алина срывается с места, как часто это делала в детстве. Девушка обхватывает плечи мамы и повисает на них. Из глаз льются слезы. Алина не сдерживает себя больше. Рядом с мамой она может себе позволить плакать и кричать. Взрослая женщина сжимает тело дочери и как в детстве проводит сухой теплой рукой по волосам.       — Не надо плакать, Алиночка. Я рядом — все уже хорошо, — тихий мамин голос прорывается к сознанию девушки, заставляя слезы литься еще сильнее, — Ты такая сильная девочка. Я так тебя люблю. Пойдем домой…