Сестра

Его сестра погибла. Так уж вышло. Нелепая случайность, если ее можно назвать таковой. Девушка лишь хотела поймать птицу, сидящую на ветке, но выпала из окна. Зрелище было поистине ужасающим. Все кусты, находящиеся под этим окном, обрели красный цвет. Конечности девушки были изогнуты под просто невозможными углами. Одна из служанок билась в истерике, со всей силы обнимая другую, впиваясь ногтями в ее униформу и кожу в области спины, а та лишь гладила ее по голове, шептала что-то успокаивающее, хотя сама едва ли сдерживала слезы и крики ужаса. Служанка плакала очень громко. Казалось, будто она вот-вот сорвет голос. Плач уже больше напоминал неистовый крик, периодически превращающийся в хрип, а после его обладательница закашливалась, затем все снова повторялось. Мальчик дрожащими руками поднял еще едва дышащее тело сестры. Его руки и одежда вмиг покрылись алой кровью девушки. Он сел на землю, уложил ее на своих коленях, а голову придерживал рукой. Он медленно водил пальцами по ее левой щеке, даже не думая как-либо помочь ей, попытаться спасти ее угасающую с каждой секундой жизненную силу. Наверняка уже понял, что это бесполезно. - Какая прелесть… - зашептал он. Мальчик выглядел словно завороженный. – Никогда не замечал ее красоты… Служанка, что до сих пор держала себя в руках, посмотрела на своего юного хозяина с еще большим ужасом. Из ее глаз хлынули слезы. Девушка прикрыла свой рот рукой. Преодолевая слабость и тошноту, она встала на ноги, поднимая за собой и подругу, а после повела ее прочь из сада. Ей не хотелось знать, что могло произойти дальше. Сейчас им обеим нужен только чай и сон. Мальчик просидел в саду около двух часов, не взирая на все попытки родителей увести его в комнату. Его сестра уже умерла, а он до сих пор не мог насытиться столь незабываемым и прекрасным зрелищем. Он наблюдал, как девушка медленно и наверняка мучительно покидала этот мир. Но это ему не казалось ужасным, пугающим. Для него это было великолепие неописуемой красоты. Только позже мальчик осознал, что потерял сестру. Но сие зрелище надолго въелось в его сознание. Через пару дней ее похоронили. После этого обе служанки пожелали уволиться, и родители отпустили их на все четыре стороны. Они наняли других. Но даже это не смогло заполнить пустоту их собственного дома. По крайней мере, так было для мальчика. Ему не хватало сестры. Спустя несколько лет умер отец, еще через несколько – мать. Тогда-то у юноши и появились первые признаки страха смерти. С каждым месяцем это чувство только усиливалось. Как бы он ни пытался отвлечься, оно не пропадало. И единственным выходом избавления от него хотя бы ненадолго было воссоздание иллюстрации его мягкой и заботливой сестры. Так он вернется в детство, где не было никакого намека на смерть. Он потратил много времени для того, чтобы найти девушку, которая будет выглядеть в точности, как она. Мужчина удочерил ее, поселил в бывшей комнате своей сестры. Он сам обучал ее манерам и поведению, чтобы она полностью соответствовала своему оригиналу. Поначалу девочка пыталась гнуть свою линию, но угрозы и избиения сделали свое дело. Он принудил носить ее ту же одежду, что и его сестра, выдрессировал в ней те же повадки и привычки, показал дорогу к синим цветам, из которых она должна будет делать себе украшение, когда старое начнет вянуть. Теперь девушка действительно была ей. Она заменила ему сестру. Мужчина со временем стал забывать, что она умерла. Он продолжал жить так же, как и раньше. Он по-прежнему завтракал с ней, прогуливался по саду вместе с ней, обедал, ужинал, а перед сном его убаюкивала она. По истечению времени девушка начала меняться. Она начала взрослеть. Мужчина переставал видеть в ней свою сестру, вспомнил о ее гибели. Видя ее, он замечал отличия и порой не сдерживался – избивал бедняжку. Девчушка же, в свою очередь, стала еще больше пытаться соответствовать образу, который он ей внушил. Хотя, казалось бы, куда еще больше? Мужчина нашел выход из этой ситуации: он нанял художника, чтобы он изобразил девочку такой, какой он запомнил свою сестру, чтобы ее образ остался с ним навсегда. Сама же девушка мгновенно поняла, в чем был подвох. Она почти круглые сутки сидела в полумраке с задвинутыми шторами, редко выходила на улицу, чтобы художник ни за что не смог перенести ее внешность на холст со всей точностью. Но творец не сдавался, надеясь на дальнейшее расположение к нему хозяина и хороший заработок. Но мужчина, увидев его работу, прогнал его в шею. Ему на смену прибыл другой художник. Но и он не смог угодить заказчику. Живописцы сменялись один за другим. Кто-то уходил уже после первого дня попыток изобразить девушку из-за невозможности вытерпеть все ее капризы. Кто-то оставался дольше и таки заканчивал портрет, но тогда он получал проклятия в спину уже от заказчика. Мужчина настолько отчаялся, что начал приглашать к себе чуть ли не каждого первого, умеющего рисовать хоть что-то. К ним в дом явился очередной художник. Об этом его известила служанка. Этот был пейзажистом. Хозяин уже не показывался бумагомарателям лично, лишь передавал им одно и то же послание через служанку: «Что бы ты ни делал, НЕ разочаруй ее». Казалось, этот художник держится покрепче остальных. Он пробыл в его доме целых шесть дней. Да, портрета до сих пор не было, но тем не менее, он подавал большие надежды. В комнате хозяина и без того висит уже множество результатов потуг разных художников изобразить его замечательную сестру, но все они не отражают всю полноту ее красоты, великолепия, не передают ее образ в нужном для него ключе. Каждый вечер он слушает ее пение, лежа у нее на коленях, и смотрит на них. Затем на нее. И ни то, ни другое его больше не притягивает. Они не она. На следующий день служанка едва не врывается в его комнату, тут же сообщая новость. Выпала из окна. Снова. Мужчина не торопясь покидает свою комнату. Так же медленно идет по коридору. Входит в ее комнату. И перед ним предстает практически такая же в точности картина, поразившая его в детстве. Девушка в крови, ее шея, руки и ноги сломаны. Но тем не менее, она все еще дышит. Мужчина подходит к окну, сравнивая девушку с красотой вечернего алого заката. Затем берет в руки пустую птичью клетку, лежавшую в углу. Он поднимает девушку на руки и под громкий вопль ужаса служанок усаживает ее перед холстом, еле положив клетку в сломанные руки девочки. - Рисуй, - говорит он художнику. – РИСУЙ.