Темная сторона

Мало кто знает, но даже у Фикбука есть свои злачные места. Более просвещенные утверждали, что приличным Авторам лучше не заглядывать в четвертое измерение, поскольку именно там обитают все те, кто больше всего жаждет мести за ту историю, и ту реальность, что была создана силой авторского воображения. Мисс Эвелин Клауд не была уверена, что ей нужно сюда, но адрес на бумаге, написанный острым угловатым почерком Фройляйн, говорил обратное. Поджав губы, она дважды стукнула молоточком по колотушке и дерзко вскинула подбородок, чтобы никто не подумал, что она испугалась. Однако, как оказалось, это было не нужно, потому что дверь ей открыл никто иной как Анна Мейси, а бояться собственных учеников Эвелин было несвойственно. - Мисс Клауд! - радостно воскликнула та, - а вы тут какими судьбами? Анна посторонилась, давая пройти в башню. У входа на вешалке висела королевская мантия, какой-то ободранный плащ, в подставке для зонтиков торчала лаковая коричневая трость, а на крючке висел замусоленный картуз, пахнущий морем и с желтой полосой от пота на затылке. - Приз зрительских антипатий, - скупо признала Эвелин, разуваясь и надевая предложенные тапки с зайцами, - перестаньте жевать жвачку, мисс Мейси, это неприлично. - Мы на Темной стороне, мэм, - отмахнулась Анна, - здесь можно все. Пойдемте я покажу наше крыло, там полшколы собралось… Эвелин поджала губы и кивнула. Ей очень не хотелось этого признавать, но среди положительных героев она чувствовала себя неловко и неуместно. Нет, ей все улыбались и вежливо здоровались, но при этом отводили глаза, будто бы это Эвелин была виновата, что Кит и Уилл нарушают правила и занимаются развратом! В своих действиях Клауд полностью ощущала себя правой. Если уж на то пошло, то это именно Калвер занимается совращением малолетних! А она, между прочим, до сих пор хранит их тайну, но кого это волнует? Они поднимались по лестнице, когда Анна неожиданно прижалась к стене и зажмурилась. Эвелин не успела среагировать, и непонятная черная субстанция пронеслась сквозь нее, оставив на губах привкус крови, песка и омерзительно-сладкого цветочного запаха. - Что… что это было? - борясь с тошнотой спросила учительница. Анна сочувственно протянула ей платок, давая вытереть губы. - Это наши соседи… Мы с ними не общаемся, они слишком… - она сделала волнообразное движение пальцами, - реальные что ли? Идемте, нам направо! Они вышли в боковой коридор, где тут же столкнулись с каким-то высоким и мощным мужиком в тельняшке. Тот разбалтывал сахар в чае в подстаканнике и смерил Эвелин очень внимательным, заинтересованным взглядом. - Здравствуйте, дядя Слава, - по-русски поздоровалась Анна. Мужик скупо кивнул ей и сербаньем сделал глоток, снова поворачиваясь к Эвелин. - Тоже соседи? - Ага, только напротив. Прикольная парочка: королева и моряк. Ядвига время от времени приходит в гости, классная тетка - только наши парни стараются во время ее визитов сидеть подальше. К счастью, Ворона легко ее может урезонить если что. - Не стоит так грубо обзывать мисс Рейб, - наставительно сказала Эвелин, Анна в ответ только закатила глаза. - Дядя Слава тоже приходит к вам в гости? - решила сменить тему мисс Клауд. Пока они шли по коридору, мужик продолжал сверлить ее взглядом, отчего Эвелин чувствовала себя неловко. - Нет, он уже не приходит… Он безобидный, - охотно ответила девочка, - его история кончилась, поэтому он существует только в ограниченном куске пространства - Автор его убил. Эвелин вздрогнула и уже с сочувствием обернулась на дядю Славу. Как раз, чтобы успеть увидеть, как он откладывает чай, достает откуда-то удлинитель и внезапно растворяется в воздухе. - Кто-то читает его историю, пошел работать, - пояснила Анна, - а вот это - наша половина. Можете ходить, где вздумается. Комнату вам сейчас подберем. Они стояли в обширной гостиной с диванчиками, столиками, уютным камином и даже обеденной зоной. На диване в приставку играли трое мальчишек в школьной форме, двоих из которых Эвелин узнала: Стефан Ларкинс и Макс Тауэр, хотя последний давно уже отчислился, а вот лицо третьего никак не могла разглядеть, хотя оно казалось ей неуловимо знакомым. - А кто это сидит рядом с Ларкинсом и Тауэром? Анна, которая как раз доставала из холодильника две банки “швепса”, пожала плечами. - Это антагонист из следующей части. Она же еще не написана. Интрига! Но, поскольку Она, его уже придумала, он сюда вселился. Давно уже, кстати. Вы еще такого мутного встретите, с тросточкой ходит… У него тоже лица нет, но это потому что Она ему еще имя не придумала - это воспитатель Фарлоу из младшей школы… Эвелин взяла у нее бутылку, смачно чпокнула открывашкой и сделала глоток. Место не то чтобы казалось ей уютным, но по крайней мере здесь она не чувствовала себя лишней. Вполне можно было и остаться… - А что за той дверью? - кивнула она на пыльную дверь с надписью “Раннее творчество”. - Это из старого, - поморщилась Мейси, выдувая огромный розовый пузырь, - когда Ее фантазию еще не сдерживал здравый смысл. Некто Барон - слабая попытка сделать эдакого дона Мафии, ну и всякая шелупонь типа Волдеморта и Дамблдора. Хотя… Анна оглянулась, будто бы кто-то мог из подслушать, и прошептала: - Там есть еще одна парочка - Блейз Забини и доктор Штайн… Знаете, что Она с ними сделала? По спине Эвелин пробежал неприятный холодок. - Что? - Превратила в два фаллоимитатора! Розовых! Понимаете! Трансфигурировала! То есть они там, внутри, все еще живые! Стоят на полке и “удрученно молчат”! До сих пор! Эвелин почувствовала, что ее затошнило. Это было слишком омерзительное наказание даже для антигероев. - Что же они совершили? - спросила она, отставляя в сторону банку. Может все-таки поторопилась? Рано ей еще в антагонисты? Вернется назад в историю, продолжит мимикрировать под нейтральную Эвелин? - Понятия не имею, не читала, - пожала плечами Анна, - не переживайте, Эви, нам это не грозит. С возрастом Она относится даже к негативным персонажам чуть теплее, чем раньше. Например, здесь есть холодильник, кофемашина и нормальная ванная. - Ммм… Нет, - протянула Эвелин, - я, наверное, все-таки вернусь назад. Мейси пожала плечами и равнодушно ткнула подбородком на выход. Мисс Клауд поспешно поправила юбку и снова выскочила в коридор. Но у выхода на лестницу стоял дядя Слава, который ту же поднял на Эвелин свой мутный взгляд, практически пригвоздив ее к месту. - Не спешите, милочка, - проскрежетал позади нее незнакомый голос. Эвелин обернулась и увидела низенькую неприятную женщину в бархатном спортивном костюме с изображением короны на спине, - прежде чем бежать от самой себя, задай сначала вопрос. Разве то, за что ты оказалась здесь, было неправильным? Клауд задумалась. А что было неправильным? Искать нарушителей? Попытаться донести до родителей студентов об их наклонностях? Она ведь просто хотела помочь! Выполнить указание вышестоящего лица, предупредить опасность… Если бы она все же сообщила семьям мальчиков, может их родители смогли бы им помочь! Вылечить! Проконсультироваться у специалистов! В конце концов, существует же корректирующее изнасилование! Но нет, она промолчала, фактически нарушила свой долг, и все равно на нее все ополчились, ведь она “разделила влюбленных”! Вот какого черта? - Нет! - твердо сказала она, - я все сделала правильно! - Вот именно! - проскрипела женщина, - и я говорю: драть их надо! Пойдем ко мне, напою тебя чаем… И не бойся Славика, он очень обходительный мужчина, ты ему просто понравилась, у тебя случайно сына нет? Ну и прекрасно, столько проблем от них - драть их надо! Эвелин снова бросила взгляд на дядю Славу и невольно покраснела. В конце концов, она была весьма симпатичной женщиной, но никто почему-то до этого момента об этом не вспоминал. Услышав, что говорят о нем, дядя Слава неуверенно приосанился и подошел поближе - от него пахло морем и солью. А еще были сильные, мускулистые руки. И загорелая шея! В конце концов, даже у антагонистов должен быть свой хороший финал. И неважно, что он небритый, грубый и не любит детей. - Кстати, можешь называть меня Ядвига… Дядя Слава неуверенно предложил Эвелин локоть, который она, помявшись, приняла. И они пошли пить чай. С печеньками. Ведь на темной стороне всегда есть печеньки.