Одна из судеб ведьмы

      Агнес переместилась в город у входа в детский магазин и зашла в него. В магазине из посетителей не было никого, только старушка стояла и расставляла вещи. Она была высокого роста, с хорошей внешностью для своих лет. Рыжие волосы были собраны в пучок и украшены белыми лилиями вокруг пучка, глаза же сияли голубым отблеском. Услышав звон колокольчиков у входной двери, она поспешила встретить своего посетителя. — Здравствуй, Агнес, давно тебя не видела. — она рассмотрела лицо Агнес. — Что-то случилось?       Лицо Агнес было печально, а на лице оставались небольшие признаки того, что она плакала. Старушка пронеслась нежно водой по лицу Агнес и лёгким ветерком его осушила. — Тётушка Мэри, давно не виделись. Простите, что не навещала долгое время. — Да ничего, всё же работа лекаря очень трудна и требует много времени. Бери иногда выходные. Тем более, ты мне присылала письма, так же как и Мария, — она посмотрела с улыбкой, — но она перестала мне писать в последние месяцы своей беременности. Ты знаешь что-нибудь? — В её глазах выражалось полное беспокойство. — Мария скончалась… У её ребёнка очень много маны, видимо она не выдержала такое. В письмах про это она ничего не писала. Поэтому я узнала о её смерти только сегодня, когда Рон прибыл вместе с ребёнком. Она написала прощальное письмо. Попросила передать, что благодарна Вам за знания, заботу и подаренную любовь, которые Вы ей дали. Она очень ценила Вас и любила.       Тёплые воспоминания о заботе Марии и Агнес начали промелькивать в голове у тётушки Мэри, они согревали ей сердце. Сдержав слёзы и посмотрев на Агнес, она спросила: — Ты пришла сюда для того, чтобы собрать вещи для ребёнка Марии? Как его зовут, не звать же мне его малышом всегда? — Его зовут Лука. И да, я пришла сюда за этим.       У ведьм есть мана. Ядро чаще всего состоит из двух частей: стихийной (99%) и нейтральной (1%). Это было установлено Каном и Каной Эмильс — двойняшками, которые были одни из великих исследователей ядра и потока маны. Так ими было установлено, что процентное соотношение маны никак не изменяется, а всё       зависит от количества маны в ядре. Нейтральную магию никак нельзя улучшить. Например, ведьма обладающая стихией ветра может бросить вещь. Но при использовании нейтральной магии ведьма может только перемещать предмет. Также было установлено, что ведьмы чаще могут владеть одной стихией.       Но есть и исключения. Некоторые ведьмы могут владеть до трёх стихий, а то и больше, к ним же и относится тётушка Мэри. Но использовать их становится труднее, а обучать намного юных ведьм сложнее.       Агнес сложила вещи в маленький мешочек, где можно хранить что угодно. Она попрощалась с тётушкой Мэри, телепортнулась домой в свою комнату и разместила все вещи для малыша, часть из них с помощью магии перенесла в другие комнаты. Из-за всей ситуации Агнес только сейчас поняла, что на ней всё также был надет белый халат. Сняв его, стало видно, что девушка одета в тёмно-синее платье с золотым узором на подоле. Само платье было до колен, а рукава достигали локтей. Отправившись в таком виде к Рону, она переместила халат в комнату, где готовила лекарство. Зайдя в комнату, Агнес увидела, что Лука находится всё также на руках Рона, а тот, в свою очередь, сидит на большой двуместной кровати. — Я вернулась. Я сейчас уложу Луку спать, а ты спускайся в столовую, если помнишь где всё находится, то можешь приготовить лёгкие закуски. — Хорошо. — Рон аккуратно передал в руки малыша, хотя мысль, что он отдаст его ребёнка к ней в руки совсем не нравилась. Она покачала легонько малыша и отправилась в их комнату.       В комнате были обои нежно-голубого цвета, а пол белого. Рядом с окном, где восходило солнце, стояла большая кровать, а около неё — небольшая колыбель. Напротив кроватей был деревянный стол, на котором была стопка писем. Рядом же стоял шкаф, в нём уже лежали не только вещи Агнес, но и Луки.       Агнес напела небольшую колыбельную, положила Луку в маленькую кроватку и отправилась в столовую. Она заметила, что на столе стоят уже две кружки с чаем и в небольшой чашке фруктовый салат и присела с равнодушным лицом. Рон же сидел напротив неё с напряжённым взглядом. — Всё же ты тут не хочешь быть, раз медлил так приехать ко мне. — Произнесла это холодны голосом. — Путь от вашего дома до моего равен двум неделям на повозке, а дальше пешком три часа. Луке уже примерно три-четыре месяца. Письмо Марии было написано до родов, на подготовку я бы дала неделю полторы. Видимо, ты искал других сильных или даже могущественных ведьм, чтобы сделать их его воспитателями. — Ты права, я и правда искал других ведьм в своей стране. Но Лука… Он испускал свою магию при них, не подпуская к себе. Они даже печать не смогли наложить. — мужчина глубоко вздохнул, совсем впадая в уныние. — Поэтому я всё же решил прийти к тебе. — Я не могу жить в твоих родных краях, всё же барьер не позволяет. Даже если я нанесу печать, и вы вернётесь обратно, то печать спадёт, так как барьер даже и магию ведьм-цунеанцев не пропускает. Ну и скорее всего, последняя просьба, которую тебе сказала Мария связана с тем, чтобы Лука был со мной. — Я не смогу тут жить… Я ненавижу вашу страну за предательство… Но я не могу оставить тебе Луку. Это мой ребёнок. Это моё сокровище… — — Я услышала тебя. — Агнес уже допила свой чай и доела салат. — Но мы ничего поделать не можем с данной ситуацией. Раз хочешь жить с сыном, то терпи меня.       Этим и закончился разговор. Девушка ушла к ребёнку, чтобы наложить печать, а Рон остался сидеть в столовой один.