ночь, твоя гитара и моя любовь

на улице слишком тепло для ночи, но это наоборот хорошо. тихо и спокойно. вкусно пахнет распустившейся сиренью, что росла под окнами дома. эту особую атмосферу дополняют тихий гул сверчков и свет уличных фонарей. пару минут назад хенджину пришло сообщение с просьбой выйти на улицу и встретиться, чтобы он смог послушать новую написанную песню. на вопрос «зачем так поздно?» ничего не ответили, а значит это очень важно. хван выходит из подъезда и видит русую макушку, что что-то тихо напивает под нос, перебирая пальцами струны. - уже новую сочиняешь? - если бы. просто повторяю аккорды и слова. - так сильно волнуешься? джин в конце пропускает легкий смешок, но, заметив недовольно хмурящееся лицо, понимает, что подкол не очень сейчас уместен. джисон обычно в такие моменты очень весел и возбужден, но сейчас выглядит слишком напряжено и сосредоточено. - прости. - я, на самом деле, реально волнуюсь. боюсь, что тебе не понравится. вместо слов темноволосый кладет руку на чужое колено, смотрит в глаза и улыбается, стараясь придать уверенности. а джисон очередной раз влюбляется в его улыбку, что в миг разгоняет все ненужные и лишние мысли, которые сейчас не вовремя заполнили голову. - она особенная и очень много значит. - хорошо, я понял. начинай играть! я уже сгораю от нетерпения услышать ее. младший достает из чехла гитару, предварительно настроив, закидывает одну ногу на другую для большего удобства упора инструмента и делает глубокий вдох. все получится. глубокий выдох, что прогоняет все мысли, оставляя лишь слова песни и ее аккорды. не волнуйся. раздаются первые звуки струн, а через пару тактов начинает петь сам музыкант. мелодия звучит негромко, а слова напеваются вполголоса. будто исполнитель не хочет, чтобы кто-то посторонний слышал кроме его единственного слушателя. джин вслушивается в спокойный и плавный тон гитары и голос, что поет с невероятной мягкостью и нежностью. песня звучит чарующе, завлекает к себе и заставляет слушать еще внимательнее, затаив дыхание. именно этим и занимается хенджин, пока, к его сожалению, певец не затихает, а струны перестают издавать звуков. джисон поднимает свой взор на хвана, по которому сложно сказать, что он чувствует. легкая паника подкрадывается со спины и он решает задать вопрос напрямую. - как тебе? - я… у меня нет слов! это было восхитительно! видно, что вложил все свои силы и частичку души, пока создавал эту работу. - ух… я рад это слышать, правда. русоволосый выдыхает так, будто невероятно тяжелый груз, который парень носил на себе длительное время, только что испарился и уголки губ немного приподнимаются. - но я, пока наслаждался твоим творением, понял, что она звучит так, будто кому-то посвящена. я прав? - угу. - а если не секрет, то кому? - тебе. в груди что-то неожиданно укололо, а рот открывается, будто хочет что-то сказать, но звуков не доносится. эмоции слишком переполняют, мысли все путаются друг с другом в один клубок. становится сложно сказать и слово, а хан, будто поняв это, продолжает свою мысль. - я специально сочинял все на гитаре, потому что знаю то, как сильно ты любишь ее звучание. видимо, джисон решил добить до конца. песня, написанная специально для него. песня, исполненная на гитаре. все подготовил не просто какой-то человек, а занимающий большую часто всего его сердца. впервые кто-то делает что-то для него, ведь всю его жизнь постоянно было наоборот. от этой мысли становится очень тепло в районе сердца, а уши предательски заливаются малиновым цветом, выдавая его смущение. а хану нравится это и рукой заправляет выбившуюся шоколадную прядь за ухо. - я редко говорю слова любви тебе, поэтому решил сказать их другим способом. а то вдруг ты думаешь, что мне все равно. - сони, я бы так не подумал ни в коем случае! знаю ведь, что ты постоянно работаешь в студии и это занимает много времени. не волнуйся насчет этого. джисон тянется к руке хвана, переплетая пальцы вместе и поглаживая тыльную сторону большим пальцем. пока они сидели и наблюдали за звездами, что рассыпались по полотну темного неба, хенджину вдруг приходит одна мысль в голову, которая заставляет его начать улыбаться. - ты чего? - джисон, знаешь… а ведь ты моя первая любовь в жизни. самая настоящая и искренняя. такая светлая и чистая. никогда такой не было и я даже, наверное, рад этому. точнее тому, что других не было. что именно ты сейчас со мной и я действительно благодарен тебе за это. а еще я очень надеюсь, что мы пройдем весь путь друг с другом до конца, держась за руки как сейчас. хан ничего не говорит, потому что тот знает, что в ответ получит эти же слова. да и лишними они будут в этот момент. вместо этого он откладывает гитару и подсаживается ближе, рассматривая парня. такой красивый и нежный. возможно, даже хрупкий. будто ветер слегка подует и он рассыпется. но джисон не позволит этому случиться, ведь будет защищать всеми своими силами. именно этот человек заставляет его чувствовать дрожь в коленях, из-за которой иногда трудно удержаться на ногах. именно этот человек заставляет потеть ладони, что потом младший стыдливо вытирает о джинсы, заставляя возлюбленного забавно хихикать. именно этот человек заставляет его чувствовать тепло в груди и трепетание сердца, ведь только он может вызывать такое состояние в нем. взгляд опускается на пухлые коралловые губы, что слегка отблескивают от гигиенической помады. так хочется снова ощутить их на своих. - я могу тебя поцеловать? - всегда.