Сломанные часы

***

      1839 год.       Зал. Обстановка роскошная, люди разодеты в богатые многослойные одежды, повсюду горят свечи, слышна приглушённая музыка оркестра. Люди медленно танцуют. Шаг, поворот, ещё один шаг. Юноша стоял в стороне, не подходя к основной группе людей. Все они казались такими… гордыми, такими лицемерными. Он не привык к этому великолепию, но у кузины день рождения, поэтому отказываться от приглашения на бал было бы по крайней мере некультурно.       Юноша неловко поправил причёску и аккуратно взял бокал с подноса медленно проплывающего мимо официанта. Поднос серебряный. Надо же, даже здесь нужно покрасоваться собственным богатством. Парень отпил немного из хрустального бокала, немного поморщившись от такого же хрустально-чистого вкуса алкоголя на языке. Нет, он был не любителем такого. Не нравилось ему этот терпкое послевкусие, горечь.       — Извините, я боюсь, нас не представили, — к нему подошёл юноша примерно того же возраста. Одет серьёзно, так, как и все остальные. На лице толстый слой пудры, на голове белоснежный парик. — Меня зовут Эдогава Рампо, я приехал сюда из заграницы.       — Эдгар Аллан По. Рад знакомству.       Лёгкий поклон, ответный кивок. Кажется, этот Рампо какой-нибудь граф, или, как минимум, некто из знатной семьи. Богатой. У него явный акцент, может, сын придворного. Не удивительно, что их не представили. Эдгар был человеком, хоть и довольно знатным, а в светских кругах непопулярным. Слишком тихий, слишком скрытный, слишком спокойный. Отменно танцует, — как говорили некоторые дамы. В общем, больше о нём ничего известно и не было. Ну, и ещё ненавидит пудру и парики. И волосы стричь отказывается.       — Вы местный, верно? Я совсем не знаю этих краёв… — Юноша грустно улыбнулся, явно жалея о том, что не удосужился осмотреться раньше.       — Да, конечно.       Можно сказать, они подружились. Не то, чтобы сильно, но для такого затворника, как Эдгар это уже многое значило. Бывало, что они вечерами сидели в огромной гостиной в особняке Аллана и просто часами разговаривали, попивая чай. В один из таких вечеров, совершенно ничем не отличающимся от остальных, свечи почему-то догорали слишком медленно. Обычно, они расходились, как только догорит одна, а на этот раз… На этот раз те никак не хотели догорать. Странно даже.       — Может, Вы останетесь переночевать у меня? Я велю служанке приготовить Вам комнату, — предложил По, задумчиво глядя в окно.       — Да, пожалуйста. С удовольствием останусь у Вас хотя бы на одну ночь.       За окном — кромешная тьма, комнату освещал лишь огонь в камине. Ночную тишину прерывало лишь мерное потрескивание дров, но Эдгар не мог сказать, чтобы оно сильно мешало ему. Вокруг осталась лишь темнота, все свечи давно были заботливо потушены горничной. Эдогава спал в комнате для гостей и Аллан мог бы поклясться, что тот видел уже не первый сон.       Время текло медленно, будто кто-то тщательно оглядывал каждую его крупицу, прежде чем кинуть её в бесконечный водоворот, состоящий лишних секунд, сливающихся в минуты… те же, в своё время медленно складывались в часы и так далее… Ночной покой убаюкивал Эдгара, но юноша не был намерен ложиться спать.       У него был небольшой секрет, о котором никто и не догадывался. Ему чертовски нравилось писать собственные рассказы. Даже стихи. О любви, о жизни… Но больше всего его привлекал жанр детектива. Он сам это придумал. Забавно, правда? Это про загадки и тайны. Про то, как один человек старается распутать преступление. И юноша был ужасно горд собственной выдумкой, только прочитать никому не давал. Никто не был достоин этого. В его понимании.       Все люди вокруг, — да, те самые, выставляющие своё богатство напоказ, — они не поймут. Может, засмеют или ещё что-нибудь… Кто их поймёт? Наверное, люди — это то самое, чего Аллан понять никогда не сможет. Каждый человек уникален и в то же время посредственен. Как ягоды. Вроде и похожи, а вроде и отличаются. Всем. Абсолютно.       Утро началось, как обычно. Завтрак в большом зале. И Эдгар опять один. Его гость уехал рано утром, велев служанке передать ему письмо. Там была благодарность за оказанное гостеприимство и, в общем-то, всё. Официально и сухо. Хотя постойте, разве Аллан вообще надеялся на что-что другое?..       Следующие дни такие же. Скучные, мрачные, серые. Осень тянется непростительно долго, но в то же время — непростительно быстро. Вечера с Эдогавой, балы, светские мероприятия… Можно сказать, из-за Рампо По даже смог втянуться в это всё и получать от общества вокруг удовольствие. Сомнительное. Но удовольствие, всё же.       Только всё может измениться и друзья могут стать врагами. У Эдгара из-за таких вот светских вечеров появилась дама. Все радовались за молодую пару и желали им долгих лет совместной и приятной жизни, но был и один человек, который чужому счастью завидовал. В тихую. Так, чтобы никто не узнал. Но завидовал.       И вот, очередной бал. Аллан не обращает внимания ни на кого, кроме неё. Прекрасная девушка, красивая, образованная. Семья у неё богатая. Только пустышка. Вряд ли она чувствовала по отношению к жениху то же, что чувствовал он сам. Но его это совсем не волновало. Будучи по натуре своей человеком чувствительным и эмоциональным, он был полностью поглощён собственными чувствами, чтобы замечать безразличие невесты.       — Мадам, Вы прекрасны, потанцуем? — Галантно спросил Эдогава, протягивая девушке руку.       Она вежливо улыбнулась в ответ, благодарно вздохнув. Кажется, ей и самой уже начало надоедать присутствие жениха, а красивый, молодой иностранец, приглашающий на танец? Ох, это же невероятное везение!       Эдгар почти не обратил на это внимания. Танцует? Ну и пусть, чего в этом может быть такого? К тому, же, они ведь друзья, разве может между его другом и невестой что-нибудь быть?! Конечно же нет, это невозможно! Нет. Аллан улыбнулся, отворачиваясь от танцующих пар и взял бокал с подноса.       — Не сбивайтесь. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три… — Шептал Рампо, наклонившись совсем близко к её уху. Девушка краснела и смущалась от того, что не умеет танцевать достойно такого прекрасного юноши. — Давайте, что же Вы? Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три… Не сбивайтесь.       Эдгар обернулся на танцующие пары. Взгляд сразу выделил парочку, кружащуюся где-то в самом середине. Среди других они не выделялись почти ничем, разве что Аллан выделил их. Да и то, только из-за того, что слишком хорошо знал.       Юноша аккуратно смахнул прядь с лица, выпив весь бокал залпом. На этот раз алкогольная горечь не казалась ему такой уж горькой, намного горьче — то, что он видел прямо перед собой. И почему раньше не замечал такого за Рампо?.. Неужели, его друг не такой уж ему и друг?..       — Как Вы посмели?! — Пробормотал он, будто репетируя собственные слова. Вальс закончился. Поклоны, смешки со стороны дам и аплодисменты умелому оркестру. — Как Вы посмели?!       Громко воскликнул он, с презрением глядя прямо в глаза своего друга. Дама, прикрыв рот веером и кокетливо смеясь, быстренько убежала, подхватив подружку под руку.       — Извините? — Слегка нахмурившись, спросил Эдогава, кажется, не понимая в чём дело. Впрочем, как он, так и По, прекрасно знали, что он притворяется.       — Вы поступили максимально бестактно и невежливо! Вы… — Он подбирал слова. Руки жутко дрожали, Эдгар волновался. — Я вызываю Вас на дуэль!       С тонких пальцев срывается белая перчатка. Люди вокруг переглядываются. Эдгар… Этот тихий парень, никогда не влезающий в драки… Он только что вызвал Рампо на дуэль? Нет, не может этого быть! Дамы в длинных платьях тихо перешёптывались, взрослые мужчины неодобрительно покачивали головами. Да разве же это можно? К тому же, дуэли давным давно запрещены правительством. Впрочем, всем абсолютно плевать даже на это. Все лишь наслаждаются зрелищем. И правда. Приехали на бал, потанцевали, поели, а тут ещё и такое.       Руки Рампо дрожали, пока он поднимал чужую перчатку с пола. Он нервно сглотнул, взвешивая все варианты у себя в голове. Принять вызов — значит убить или быть убитым. Отказаться — удар по чести. Ни того, ни другого юноше не хотелось. Он ведь… Это же была всего лишь шутка! Кажется, исход у этой шутки будет не очень хорошим. А точнее — ужасающим.       — Я принимаю Ваш вызов, — скрепя сердце согласился он, ловко кидая Эдгару перчатку. Тот поймал её прямо на лету, грозно смотря на соперника.       Они оба совершали чудовищную ошибку. И они оба прекрасно это понимали, хоть и не могли ничего поделать. Во взгляде серых глаз Эдогава уловил едва заметный страх, жуткую ненависть к собственной персоне. И чем же он такое заслужил?.. Ах да… Точно.       Кажется, шутка вышла не совсем удачной, потому что на следующий день, ровно в четыре утра на улице стояли двое. Да, по сути должны были четверо, но Рампо опаздывал. То ли ещё хотел думать, что это лишь шутка, то ли не проснулся. Скорее второе, всё же — в шутку на дуэль не вызывают.       — Сэр, Вы уверены, что это… что это хорошая задумка?.. — Рядом с Эдгаром стоял неизвестный. — Прошло уже больше пятнадцати минут, он не придёт…       — Он придёт.       Если бы Аллан не был в этом уверен — поехал бы домой. По дуэльному кодексу, если противник опаздывает на пятнадцать, то дуэль с его стороны проиграна. Но Эдогава точно приедет. По был в этом уверен.       Юноша поднял взгляд в серое осеннее небо, задумчиво доставая из своей сумки перо и пергамент. Он искренне верил в то, что всё пройдёт хорошо, что они просто промахнутся, вместо того, чтобы застрелить друг друга… что всё обойдётся. А потом они посмеются над ситуацией и снова станут друзьями. Но вернуть слова назад нельзя. На балу он поддался эмоциям. Чёртовы эмоции, и зачем они только существуют?..       Эдгар быстро настрочил длинное письмо своей возлюбленной и несколько слов семье, друзьям. У него их немного было, да и семья, хоть и большая, а не знал он практически никого. И они его не знали. Кажется, даже не горели особым желанием узнать.       — Вот и я, — громко обьявил Рампо, на ходу выскакивая из кареты. Лошади остановились и Эдогава подал руку… девушке?..       — Извините, но… кто Ваша спутница? — Первым среагировал секундант, нахмурив брови.       — О, не волнуйтесь, это Акико Йосано. Она сопровождает меня в качестве секунданта.       — Но она же девушка! — Возмутился мужчина, бросая взгляд, молящий о поддержке, на Эдгара.       Аллан поднял руку, выдавив из себя улыбку и легонько поцеловав девушку в руку, склонившись в почтительном поклоне. Он давно привык к странным выдумкам Эдогавы, давно привык к его необычным решениям, так что такой поворот вполне его устраивал.       — Расходимся! — Громко объявила Акико спустя десять минут.       В землю на определённом расстоянии воткнуты палки, Рампо и Аллан отошли друг от друга на положенное расстояние. Как оружие выбрали, конечно, пистолеты. Что же ещё? Разошлись. Ноги тонули в грязи, на горизонте замаячили первые лучи восходящего солнца.       — Рановато сегодня рассвет, не так ли? — Спокойно спросил Эдогава.       Несмотря на довольно большое расстояние между ними, каждое слово было чётко слышно, По слышал каждый слог и упивался чужим голосом. Бархатистый, приятный. Каждый слог ясный и спокойный. На несколько секунд, юноша даже забыл о пистолете в руке.       — Сходимся!       Медленные шаги, пистолет в правой руке. Рука дрожит, палец на курке. Кто стрельнёт первым? Кажется, ни один, ни второй, не хочет стрелять. Они хотят жить дальше, и дальше дружить. Пистолет тяжёлый, в руке чувствуется, будто тяжёлый том со стихами — только такое сравнение приходит в мысли Эдгара.       Палец нажимает на курок. Слышатся выстрелы. Два. Одновременно. Они оба решились на этот шаг. Они оба хотят промахнуться. Но теперь они враги и мириться словами хотят меньше всего. Акико громко кричит что-то, второй секундант тоже, не медля, подбегает к Аллану. По белой рубашке расползается большое красное пятно. Мужчина прикладывает два пальца к чужой шее и даже не дышит, надеясь если не услышать, то хоть почувствовать чужой пульс. Его нет. Йосано поднимает отчаянный взгляд и качает головой из стороны в сторону. Рампо тоже мёртв. А начиналось с простой шутки…

***

      Наше время       Их общение почему-то не заладилось с первого дня знакомства. Оба прошли в университет самыми лучшими — только Рампо был на первом месте, а Эдгар, в свою очередь, на втором. Хотя, была бы воля преподавателей, они бы поставили мальчишек на одно место. Но так делать было категорически запрещено, к сожалению. А если бы было разрешено… Оу, тогда ничего среди мальчишек бы и не происходило.       Может, они и подружились бы. Даже сильно, но пока такого не происходило. Скорее, это произошло из-за того, насколько сильно различались их характеры. Эдгару не нравилось общество, не нравилось большое скопление людей. Он даже когда на пары приходил залезал в самый дальний угол, какой только мог найти. А Эдогаве нравилось чёртово внимание. Ему хотелось выделиться, хотелось стать особенным. Даже университетскую форму не носил.       Но это немножечко их и связывало. Рампо бросался в глаза всем — в том числе и По, а тот в свою очередь был слишком неприметным, чтобы его можно было не заметить. Странная штука, но почему-то работает именно так. Чем больше человек старается быть серой мышкой и ничем не выделяться, тем меньше у него это получается. Есть люди от природы такие — тихие и незаметные. А есть те, на кого не обратить внимания… просто невозможно.       — Почему всегда один сидишь? — Спросил Рампо, садясь на этот раз не на первые ряды, а на последний — к По.       Тот вздрогнул, быстро прикрывая рукой свои записи в тетради. И что там может быть запретного? — подумал юноша, слегка помотав головой из стороны в сторону. В любом случае, Аллан учится на отлично, вряд ли он стал бы делать на паре что-то личное, вроде письма любовных записок или что он там делает.       — Я… Не важно, всего лишь не люблю людей, — быстро пробормотал юноша, захлопывая тетрадь.       Больше ничего за тот день Рампо выпытать не смог. Но он поклялся себе, что однажды обязательно сможет достучаться до странного юноши с длиннющими волосами. Нет, ну правда, ему подстричься лень или что?..       Прошло несколько недель. За это время, Эдогава, ну, не то, чтобы прямо подружился со странным парнем с последней парты, но общались они на это время уже хорошо. Ну, приемлемо. Даже умудрился один раз побывать в гостях у Эдгара. Тот согласился. Добровольно-принудительно, но согласился.       И у Рампо даже получилось завоевать его доверие! Теперь, юноша даже не очень фырчал, когда Эдогава садился рядом с ним во время каких-нибудь скучных пар. Один раз даже удалось вытащить По на первые парты. Ненадолго, правда, только на сорок пять минут… Преподаватель тогда сделала вынужденный перерыв, — ей позвонили с кафедры, — а студенты радовались, пока Эдгар тихонько перелез на родную последнюю парту. После этого, Рампо попытки социализировать друга прекратил. Ему и так хорошо. Не шугается Эдогавы — уже хорошо, ура.       — Эй. Я заметил, что ты никогда не произносишь слов с буквой "р"… Даже моё имя ни разу не произносил, — подозрительно протянул Рампо.       — Ты очень наблюдателен, — хмыкнул юноша, ничего не отвечая на поставленный, хоть и не произнесённый вслух, вопрос.       — Ты не выговариваешь эту буквы, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Рампо.       — Гениально, — кивнул По, ухмыльнувшись. — Как всегда.       После этого разговора их отношения можно сказать… улучшились? И только один вопрос на протяжении долгого времени оставался тайной. Что Эдгар пишет? Может, какой-нибудь рассказ или что-то такое? Но… почему не рассказывает об этом, если всё так просто? В один из вечеров, Рампо всё ж таки решил поднять этот вопрос. Сначала вскользь, а потом уже и напрямую. Он тогда опять в гости к Аллану напросился. А тот, вроде бы, и не против совсем был.       — Что ты всё время пишешь? — Слегка нахмурившись спросил Эдогава, сидя на кухонным столом и поедая вкусное печенье. Оказывается, По умел готовить. Причём неплохо.       — Тайна, — сосредоточенно ответил он. Мог бы сказать и «Секрет», звучало бы красивее. Но нет, это ведь По. Даже несмотря на то, что Рампо уже догадался о неприятной проблеме в виде картавости, юноша всё равно стеснялся.       — По тому, как ты краснеешь, когда мне хоть мельком удаётся заглянуть в твою тетрадь, я начинаю думать, что ты пишешь порнографию.       Эдгар оторвался от тетради, раздражённо смотря на Эдогаву. Тому, кажется, было абсолютно наплевать на этот взгляд. Парню нравилось бесить начинающего писателя, а потом следить за его реакцией. Слишком уж По эмоционально реагировал. Иногда, это было мило, иногда даже страшно. Но Рампо в любом случае был рад произведённым впечатлением.       — Ну а что, что мне ещё думать?! — Деланно возмутился юноша.       — Не знаю! Ты… — Эдгар сжал губы, не произнося больше ни слова. Видимо, там было какое-то ругательство, но он же приличный мальчик, материться не станет.       Эта ситуация сблизила их ещё больше. Теперь, Рампо чуть ли не поселился в чужой квартире. Он стал здесь настолько частым гостем, что Эдгар даже совсем не удивлялся, когда слышал звонок в дверь в шесть утра воскресенья. Всё равно, Аллан не спал в такое время — если бы спал, Эдогава не посмел бы потревожить его сон.       Скоро в квартире поселился кое-кто ещё. Полосатый такой, и жутко раздражающий! Енот. Эдгар какого-то чёрта назвал его Карл и в один день радостно объявил, что Карл теперь будет жить вместе с ним. Хотя, будем честны, милый енотов сначала даже нравился Рампо. Но ровно до того момента, как он не начал таскать печеньки Эдогавы.       — Да не жадничай ты! — Недовольно фыркнул Эдгар, кормя пушистое создание домашним печенье прямо с руки. — Подумаешь, взял печеньку у тебя…       — Но!.. — Возражать больше юноша не посмел. Слишком уж умилила его картина Аллана, кормящего своего Карла печеньем с руки. И на время Рампо даже простил енота! Но холодная война за печенье на этом не закончилась.       Пришло время зимней сессии. Коридор, все волнуются, в аудиторию заходят по три человека. Может, это поможет? Ну, Бог троицу любит и все дела… Хотя да, довольно глупо верить в это. Но Вера часто спасала. Вспомнить хотя бы столетнюю войну и Жанну д´Арк. Правда… Правда здесь далеко не война, здесь нужны знания и хорошая память. Или умение профессионально прятать шпаргалки. У Рампо было как второе, так и первое, а Эдгар просто был уверен в своих силах. М-да, если психовать на протяжении пяти часов подряд и не такая уверенность появится.       Зашли в аудиторию они вместе. Вызвались в третьей троице, как и ещё одна девчонка — суеверная, протащила с собой на экзамен икону. Конечно, икона была лишь прикрытием. К задней стороне были прикреплены шпоры. Конечно, вся группа была уверена, что они ей не помогут. Слишком уж палевно.       — Тяните билет и распределяйтесь, кто за кем пойдёт, — сказал профессор и кивком указал на билеты, лежащие перед ним на столе.       Рампо вытянул первым и с усмешкой пошёл готовиться. Они своей троицей быстро распределили кто за кем пойдёт. Решили, что первым, конечно же, пойдёт Эдогава. Потом Эдгар приспускал перед собой девушку и отвечал самым последним, чтобы хоть немного поднять преподавателю настроение перед следующей троицей. Такие вот они хорошие все, да. Правда, после неё настроение профессору поднять будет очень сложно. Но все рассчитывали на По. А ему самому только плюс, что в кабинете никого не останется.       Вышли спустя полчаса. Каждому удалось сдать. Ну, кому как, конечно же, но всё же. Эдгар с Рампо получили по заслуженному «отлично» в зачётках, пара ребят сразу окружили их и спросили, какие билеты попались. Вопросы лёгкие.       — Да не парьтесь, всё хорошо у вас будет, — заверил одногруппников Эдогава и со спокойной совестью пошёл домой. Не к себе правда. Подхватил По под руку и повёл. Дорогу от университета до квартиры Эдгара он запомнил наизусть. — Пойдём?       — Постой, мне нужно взять пальто…       Юноша аккуратно вырвался из чужих рук и забежал в гардероб, накидывая на плечи пальто и обвязывая шарф вокруг шеи. Невольно его взгляд упал на Рампо, стоящего в простых брюках и белой рубашке и явно не собирающегося одевать на улицу хоть что-нибудь.       Он стоял к Эдгару спиной, поправляя руками растрёпанные волосы, хотя, по мнению Аллана, он только запутывал их ещё сильнее. Юноша подошёл со спины и аккуратно накинул на юношу свой шарф, невольно дотрагиваясь до прядей чужих волос. Мягкие.       — Зачем?.. — Неловко спросил Рампо, закутываясь в чужой шарф. Большой и тёплый. И пахнет Алланом…       — Ты заболеешь, — объяснил По и повёл парня за собой. Охранник кинул на них многозначительный осуждающий взгляд, но всё же пропустил. Это его работа, он не может не пропустить студентов только из-за того, что они держатся за руки. Это законом не запрещено.       Дома снова пахло выпечкой и чаем. Оказывается, вчера Карл снова изъявил желания поесть печенья, — а точнее отказался есть какую-либо другую еду, — так что По пришлось до пяти утра стоять за плитой и печь печенье. Невольно, Рампо представил эту картину — Эдгар, весь растрёпанный и сонный готовит печеньки, тихо ругаясь под нос на домашнего любимца. Наверное, никто другой не стал бы внимать просьбам Карла, но это был Аллан. Он заботился о тех, кто ему нравился. Даже слишком заботился.       — Привет, Карл, — с улыбкой поздоровался По, поднимая енота на руки.       Рампо фыркнул и осторожно погладил животное по мягкой шёрстке. Кажется, животному не понравилось. Ну и ладно. Что ж, Эдогава вообще-то тоже не очень любил этого питомца. Но если он нравится Эдгару, нужно терпеть. Всё-всё терпеть. И даже Карла.       — Иди на кухню, я сейчас, — попросил По, опуская енота на пол и снимая пальто. Ему бы повесить на вешалку… Хотя можно и просто кинуть на скамейку, какая разница? Так он и поступил.       Вечер приятный был, как и все предыдущие. Не то, чтобы они много общались, но тишина убаюкивала, успокаивала. Не хотелось и слова сказать, просто… просто наблюдать друг за другом. Смотреть за плавными, осторожными движениями и не тревожить приятное вечернее умиротворение.       — А всё же, что ты пишешь? — Тихо спросил Рампо, поедая очередную печеньку.       — Ну… Не важно…       Юноша мерно стучал ручкой по столу. Тонкие пальцы левой руки так же ритмично постукивали по деревянной поверхности. Эдогава бы никогда не признался, но ему нравились чужие руки — такие элегантные и длинные пальцы… Наверное, они очень круто смотрятся в перчатках. И кисти такие тонкие… Вены видны отчётливо, особенно когда юноша закатывает рукава. Но нет, он не анорексик и питается, вроде, тоже нормально. Для студента.       — Можно скажу одну очень глупую вещь?       — И какую же?.. — Аккуратно спросил Эдгар, подняв взгляд с тетради на своего гостя.       — У тебя офигенно красивые пальцы, и…       — Не продолжай, пожалуйста, — прервал его По, закрывая рукой лицо и смотря в столешницу. Он… покраснел?..       Рампо остановился, нахмурившись и наклонив голову. Что?.. Эдогава ухмыльнулся, откусив кусочек от печеньки и положил голову на руку, смотря на парня в упор. Тот не смел даже взгляда поднять.       — Я просто хотел сказать, что у тебя очень длинные и красивые пальцы, а ты о чём подумал? — С хитрой усмешкой спросил Эдогава. — Извращенец.       — Рампо!..       Юноша рассмеялся, услышав картавость. Что ж, это был первый раз, когда он услышал чужую картавость. И это определённо было ужасно мило. Определённо. И почему Эдгар это скрывал?.. Хотя, сейчас он, поняв, что произошло, только сильнее покраснел, падая головой на руки, сложённые на столешнице. А Рампо совсем не смущался. Напротив, ему нравился такой поворот событий. Даже очень нравился.       — Ты сводишь меня с ума, — тихо пробормотал Эдогава.       Наверное, говорить, что было дальше — излишне. Скажу лишь, что было очень много смущения со стороны Эдгара и столько же (если не больше) смеха и дружелюбных подколов со стороны Рампо. В общем, это совсем и не важно.       Ничего в их отношениях, в общем-то не изменилось. Кроме того, что раньше Эдогава уходил вечером домой. Теперь он почти всегда оставался на ночь у Эдгара. Тот был не против. Наоборот, ему нравилось спать в обнимку, хоть он бы никогда это и не признал. Слишком уютно, тепло и хорошо рядом с Рампо, когда он не издевается.       — Эй! — Громко воскликнул Эдогава с порога. У него теперь были свои ключи, потому что это очень упрощало жизнь.       — Что случилось?..       По вышел весь сонный из кухни. Его руки были по локоть испачканы в тесте и даже на щеке красовалось пятно от муки. На парах он не появлялся второй день подряд — заболел. А Рампо заботился о нём. Причём так внимательно, хоть и не знал, для чего и какие таблетки нужны.       — И зачем же ты встал? — Недовольно спросил Эдогава, подходя ближе к Эдгару и легонько целуя его в губы.       Юноша что-то неразборчиво простонал в поцелуй, не имея возможности отстраниться — руки грязные. Правда, Рампо и так прекрасно знал, что Аллан хотел сказать. Наверняка что-то вроде: «Не надо, ты же заболеешь!». Но разве есть какая-то разница?       — Я такое интересное поверье нашёл в интернете! Представляешь, говорят, что те, кто в прошлом году были врагами, в этой станут любовниками. Значит, когда-то мы были врагами?..       — Любовники?.. — Немного покраснев, спросил юноша. Ему до сих пор было сложно свыкнуться с мыслью, что они, чёрт возьми, любовники.       — Да… А как ещё?       — Нет, мы точно не были врагами, — задумчиво ответил Эдгар. — Просто часы сломались.       — Ничего не понял. Хм, «Сломанные часы»… Звучит, как какое-то название к одному из твоих порнорассказов, — с ухмылкой, немного ревниво сказал Эдогава, смотря на жмущегося к ногам Эдгара Карла.       — Я не пишу никакие порнорассказы! Детективы я пишу, детективы… — Наконец сдался юноша, но название всё равно запомнил.       Прошло полгода. Теперь у Эдгара был один постоянный читатель. Приставучий такой и жутко умный. Как бы сильно По не закручивал сюжет, Рампо всё равно отгадывал убийцу до конца рассказа. А потом мешал Аллану в написании следующего рассказа. Причём самыми разнообразными способами.       Именно из-за таких способов вскоре перед Рампо на столе лежала рукопись с пометкой «Строго 18+». Эдогава недоверчиво поднял взгляд на Эдгара. Тот неловко отвёл взгляд в сторону, сжав губы и просто молча сел напротив. На обложке красивым, каллиграфическим почерком было выведено название: «Сломанные часы».