По ту сторону разума.

Короткие гудки расчленили мою жизнь. Телефон выскользнул из вспотевшей ладони и плюхнулся в чай. — Алло, жена Зайцева Дмитрия Николаевича? — Да. — Капитан полиции Смирнов Юрий Иванович. Ваш муж не справился с управлением, его мотоцикл вылетел на встречную полосу. Скорая доставит его в… Эй, ребят, какая больница, еще раз?.. А, третья городская. «Пранк! Тупой розыгрыш!» Я не верила, но спешила так, что пнула кошку. Бинты, лекарства, бритва, пижама, тапочки и многое другое летели в огромную зеленую сумку. Я скакала по квартире напуганным кроликом. Принцесса забилась под диванную подушку, прижала ушки и внимательно следила за моими метаниями из-под мягкого навеса. Простучал всего десяток минут. Я замерла у двери, сжимая в одной руке — зеленую сумку, в другой — ключи от машины. Брелок дрожал. Я скрипнула зубами и бросила его в фарфоровое блюдце, стоящее на обувнице. Я зашарила рукой по дамской сумке, которая болталась на плече, в поисках телефона, а потом медленно обернулась и посмотрела на кухонный стол. Смартфон наслаждался смертельной чайной ванной в моей любимой литровой кружке. Зеленая сумка плюхнулась на пол. А я ломанулась в сапогах через всю квартиру, чтобы спасти свой телефон. Морщась и разбрызгивая теплый чай, я вытерла аппарат о рукав серого пальто и счастливо выдохнула: он все еще работал. Такси. Пять минут истерического ожидания и я отправляюсь в неизвестность. Напуганный водитель Вольво непрерывно трепался, жизнерадостно восклицал и предлагал деньги, пока мы стояли под дверьми реанимации, но каждый раз кашлял, когда напарывался на мой ненавидящий взгляд. Наконец, он свалил, так не дождавшись результата. Ублюдок! Сбил мотоциклиста, а теперь не знает, как жопу спасти! Я боялась отвести глаза от двери. Сейчас, сейчас, сейчас выйдет врач и устало скажет: «Все прошло хорошо». Но минуты складывались в бесконечную череду ступеней, которые я, давя слезы, заставляла себя перешагивать одну за другой. Бога нет. А если есть, то он дьявол! Отек мозга. Врачи ввели Диму в искусственную кому. Через три дня искусственная кома перетекла в настоящую. Я взяла на работе недельный отпуск за свой счет и поселилась в больнице. Меня выгоняли ночью и я, одиноко брела до самого дома, чтобы на утро снова отправиться к Димке. Кома похожа на сон. Каждое мгновение я хотела схватить мужа и затрясти с криком: «Проснись, ну проснись же!». Но, он продолжал спать, словно заколдованный. Вскоре я начала говорить, все мысли, любую мелочь, приходящую в голову. Слова скатывались мутным ручьем с моего языка, взрывались эмоциями и меняли направление. — Привет, Дим! У меня радостная новость! Скоро тебя отправят в частную клинику! Замечательно, да? — Я осторожно прикоснулась губами ко лбу мужа. — Врачи убеждены, что скоро ты пойдешь на поправку. А, еще я продала машину. Знаешь, теперь я все равно боюсь садиться за руль, да и на автобусе в разы дешевле! — Привет, милый! Как тебе на новом месте? Здесь работают замечательные врачи! Помнишь ублюдка? Он отказывается платить за дальнейший уход, да и из городской тебя хотели выписать домой. Мрази… А! Точно, я подыскала квартирку поближе, так что буду навещать каждый день! Она помельче наших бывших хором, зато дешевле! — Дорогой, сегодня годовщина нашей свадьбы. Но я не куплю торт, потому что меня уволили. Ленка брякнула, что я — дура и жена инвалида, а я расцарапала ее гадкую физиономию. Ты бы видел, как визжала эта свинья! К счастью, я подрабатываю по ночам уборщицей, так что голодная смерть ко мне не явится! Больницу я оплатила на три месяца вперед, поэтому я высплюсь. Зря не уволилась раньше! И, правда, как дура, ходила и терпела, терпела, терпела… Ради денег. Ради тебя. Мне хотелось расплакаться, но глаза пересохли. Я вымоталась, но нужно чуть-чуть потерпеть. — Я — клиент клиники! Я дохера бабок плачу вам каждый месяц! Если вы меня немедленно не пустите к мужу, я вызову полицию и пройдусь по всем надзорным органам! — Светлана Викторовна! Здравствуйте! Доктор мужа бежал по коридору и комично размахивал рукой. Я облегченно выдохнула: «Я снова увижу Диму. Понаймут тупых». — Здравствуйте, Николай Степанович. Меня не пускают к мужу. — Да, неловкое недоразумение. Мне нужно с вами поговорить, присаживайтесь. — Врач широко улыбнулся, нет, оскалился волком. — Если вы о деньгах, то я оплатила еще полгода. Ваша клиника не в праве мне отказать, пока договор в силе. — Присаживайтесь. — Оскал стал шире, напряженнее. — Хочу увидеть мужа. Все остальное мы обсудим в переписке. — Он не убежит, уделите мне две минуты. Доктор сел на банкету в коридоре. Его губы растянулись настолько, что еще волосок и, кажется, он съест меня живьем. — Хочу увидеть мужа. — Нет, Светлана Викторовна, ваш муж скончался. Я бежала. Куда? Зачем? Как долго? Не знаю. В глазах стояла пустая палата. Я кричала, звала, угрожала, требовала вернуть мужа. Но врачи пытались меня успокоить. Мне нужен Димка, а не слова! Я замерла от панического страха, который иглой пробил мой разум. Внизу, словно муравьи, бегали разноцветные машинки. Они спешили, бестолково хлопотали, суетливо вертелись. Мне стало смешно: «Вот глупые! Димки больше нет! Нет! Ваша мышиная возня больше не нужна! Это конец!» «Ба-бах!» Я вздрогнула и обернулась. Дверь врезалась в стену. В проеме стоял незнакомый врач. Он помедлил и шагнул вперед. — Не думал, что встречу ангела. Но все же, советую не пугать людей и воспользоваться дверью, как все. — Какое вам дело? Идите куда шли, уважаемый. — Я сам вчера хотел полетать отсюда. Рад, что увидел крышу и прекрасного ангела. — А вам-то с чего? — Я сдался, не хотел больше наблюдать отчаяние дорого человека. Из клетки разума нашелся только один выход. Очевидный и прозаичный. — Мужчина грустно вздохнул, взъерошил волосы и предложил, — Идемте, ангел, научу пользоваться дверьми, а то сбитые вашей красотой самолеты окажутся на моей совести! Я еле сдержала смешок. И впервые за последний год посмела проявить слабость. Пока мы шли к главному входу, я не могла стряхнуть зудящее чувство дежавю. Собеседник шутил, нес ерунду про ангелов и долгое заточение, но я, будто заколдованная, не могла отойти. Незнакомое лицо, чужой голос, странная мимика и фальшивые жесты, но, казалось, что еще секунда и я пойму, узнаю его. И раз за разом я одергивала себя, ругая и убеждая не делать поспешных выводов. — А вот и дверь! Не стесняйтесь, люди обычно проходят прямо в нее! — Не смешно. Я шагнула в открытую доктором дверь. — А, и ангелы счастливы и не преследуют мертвых с круглыми от страха глазами. — Ну, это не про меня! — Я всплеснула руками и резко обернулась, потому что входная дверь с тихим шелестом закрылась. Доктора за ней не было, даже удаляющейся спины. Дзинь! Что-то звякнуло у ног. Я опустила глаза и увидела, как мое обручальное кольцо катится прямиком в решетку канализации. Колени ударились о твердый, мокрый после дождя асфальт, и мои руки устремились к ускользающему украшению. Я увидела отражение в луже и замерла: серое лицо измотанной в край женщины с фиолетовыми кругами от недосыпа вокруг круглых напуганных глаз. — Ангелы не преследуют мертвецов. Дима, с-спасибо. Я громко и отчаянно разревелась, утопая в печали и свободе. Пробегающие мимо прохожие косились.