В руках сумрачной королевы

      — А что насчёт меня? — Забудь об этом, Веросика, — девушка хотела было возразить, но Лилит прервала ее жестом тонкой руки, — тебе следует молчать, когда я говорю. Люцифер будет с минуты на минуту. Женщина была права. Действительно, через некоторое время в роскошно обставленной гостиной с завешанными портьерами оказался хозяин. Веросика, спохватившись, рассеянно кивнула в знак приветствия. Мужчина даже не взглянул на нее, но это было последнее, о чем она могла сейчас переживать. Люцифер склонился над женой, сидевшей за длинным столом, небрежно поцеловал ее в щеку и бросив напоследок: «Я буду в кабинете», вышел. — Ты нравишься мне, Веросика, ты это знаешь. Но я люблю своего мужа. Старшая леди чувственно ухмыльнулась уголками столь манящих губ, ее глаза многозначительно заблестели. — Ты тоже мне нравишься. Веросика улыбалась даже сквозь слезы, которые она неловко вытирала рукой. Она возненавидела себя за свою слабость перед любимой женщиной, она не хотела показывать свои слезы. В груди больно защемило и девушка сглотнула, не в силах посмотреть любовнице напротив в глаза. Она почувствовала себя слабым звеном в этой опасной игре с Люцифером. Веросика страстно мечтала об этой невероятной женщине, но она никогда не сможет назвать ее своей. Ей хотелось удушить себя.

***

      Было ли это, словом, ее секундной слабостью или, быть может, вино, выпитое ею, так сильно ударило в голову — она не знала, но Веросика пошла на встречу своему желанию. Девушка уже была готова соприкоснуться своими губами с чужими, но, к несчастью, ее грубо и некрасиво остановили. Лилит с прищуром посмотрела на младшую девушку своими проницательными ярко-голубыми глазами, с силой удерживая ее за аккуратное, округлое плечико. — Дорогая, не вынуждай меня вышвыривать тебя отсюда. Это не место для подобных сцен. Было в этом обычно бархатистом и сладком голосе что-то новое и, непременно, зловещее. — Прошу прощения, Лилит. Девушка оглянулась, обнаружив несколько пытливых, презрительных взглядов. Она никогда не чувствовала себя более униженной, чем сейчас. Лилит не подавала виду, но она определенно ужасно злилась. Она оставалась сдержанной, мило улыбаясь и осторожно разрезая мясо в своей тарелке. Она выглядела все так же превосходно, как тогда — за мгновение до этого, когда ее тихий и нежный смех, напоминающий перезвон серебряных колокольчиков ласкал слух. Морнингстар отпила из своего бокала, крупные бриллиантовые серьги в ее ушах заблестели. Она подозвала официанта, чтобы оплатить счёт и скорее покинуть заведение. Веросика не могла разобрать, о чем она говорит. Единственное, что она перед собой видела — это изящный женский стан, облаченный в дорогие шелка, аристократически бледная кожа и роскошные длинные локоны, нежного цвета шампанского. Девушка поклялась: Лилит напоминала ангела, снизошедшего с небес на землю. Мэйдей показалось, будто ее пырнули ножом в солнечное сплетение.       По пути домой — Веросика билась об заклад — Магне устроит скандал, укажет ей на дверь, поставит на место. Так, как обычно это бывает. Но она знает, что она это заслужила.