Ради брата; Ради пары

      — Ты идиот? — скептически уточняет подпольщик. Он разглядывает гиг перед ним — молодой, лек сто всего-лишь. — Хоть понимаешь, что это такое?       Ран кивает. Грустно так. Но с решительным блеском в глазах.       Ох уж эти малолекние.       — И ты, как тебя там, заявляешь, что тебе нужно тело? — гиг хмыкает. — Ты понимаешь, что тут тебе не чёрный рынок? Трупики просто так на улице не валяются!       — Мне всё равно нужно тело, — упрямо произносит Ран, прижимая артефакт в груди. Технически, у него даже нет подтверждения тому, что искра Стара ещё в нём. Гиг дрожит от пережитого и уже тише добавляет: — Ну хоть какое-нибудь?       Подпольщик задумчиво склоняет голову набок. -       Айс умирал.       Что бы у них в последнее время не происходило, Айс его брат. Как и Кали. Ну.       Не то чтобы Кали помнил об этом.       Хоть в чём-то со старшим он сходился во мнении — тот ублюдок, что сделал это с Айсом, жить не достоин. Наверное.       Медики разводили руками. Да и какие тут медики особо… Захолустье.       Зато оставался последний шанс, о котором Ран решил никому не говорить, а просто сделать это.       Айс смерти не заслуживал. Не такой болезненной, наполненной болью и агонией. Изуродованное тело более не способно было поддерживать внутри себя жизнь — вся проводка и важные органы были в хлам, а потому… Потому…       Ран просто поставил на грудную пластину (что от неё осталось) близнеца многоугольную коробку, приложившись к ней сверху. Айс, обретая перед смертью осмысленность в глазах, издал какой-то протестующий звук, но было уже поздновато.       Всё тело резко прошило адской болью — ту часть, которую он в принципе чувствовал. Изнутри всё горело, искра, едва укрепившись, начала резко потухать, болезненно ударяясь о блок. Горло сдавило от беззвучного крика.       Ран закрыл глаза в последний раз. -       Айс со своим мудаком, кажется, погорячились с Договором. Редкая и зловредная штука, однако. Тот ублюдок, из-за которого Айс умирал, не мог теперь оказаться внутри него, при том, что Айс не мог от него находиться далеко. Оба подыхали. Ублюдки.       Да что б сдохли уже наверняка!       Оба!       Ран давится слезами от осознания того, что Айс его предал. Что использовал. Просто использовал его — своё — чёртово тело.       А всё чёртов Договор.       А ещё Айс… Айс знал, что Стар умер, что его искра находится в артефакте, ожидая, пока Ран найдёт, куда сможет его поместить. Знал, но наплевал на это, рискуя отправить его пару в небытие, решив поразвлекаться в более близком и интимном плане со своей парой.       Той самой, который чёртов маньяк.       Который… УБИЛ его. Официально, хах. Айс некоторое время успешно притворялся Раном — даже Кали поверил. Старший брат всё злился на «Рана» за то, что он был «самим собой» — недальновидным идиотом, эгоистом, кретином с поехавшим процессором. Айс же придерживался этой успешной тактики, равнодушно взглянул на то, как Стар забрал его собственное тело… Прятался от «Волны». От убийцы.       И, ну, это было бы правильно, наверное.       Хах.       Весь такой правильный из себя Айс строил из себя эгоцентричного мудака (своего брата) ради того, чтобы скрыться от своего убийцы, с которым потом сам же от большой любви заключил Договор. Тянуло его к нему как-то? Пытки сближают? Но молодец, подумал, обезопасил себя тем, чтобы гиг не смел к нему прикасаться…       Ран издал невнятный звук, что должен был означать истерический смех, но был заглушён кляпом.       Ещё кое-что печальное во всей этой ситуации: он всё слышал. Он слышал, что, блять, происходило совсем рядом. От начала и до конца.       А потом вновь накрыла темнота.       Очнулся он на улице под дождём в своём-чужом теле, во вполне понятном состоянии, давясь при этом слезами. Дождь не то чтобы смывал чужие следы, но на мгновение это отошло на дальний план.       Ну. Во-первых, его предал брат, которого он в тайне боготворил.       Во-вторых… Артефакт валялся рядом с ним — Ран дёрнулся вперёд, схватил многоугольник и прижал к себе, пытаясь задавить в себе истерику.       Хмфх. Не задавил… -       Первое, что он почувствовал — чужие руки, нежно обхватившие его за плечи и под коленями. Первое, что услышал — мягкий воркующий голос, полный заботы и участия. И беспокойства.       Хотелось… Есть. Словно он очень давно не ел. Но и словно организму это давно не требовалось. Почему?       — Сладости… Хочу.       Ему что-то мягко ответили. Что-то про то, что он получит всё, что захочет.       — Моро-о-оженку… — протянул он капризно.       Кто-то спрашивал, как он себя чувствует.       Ран пробормотал что-то, что даже ему самому показалось неадекватным, и отрубился. Тепло. Хорошо. Надёжно. Рядом.       И так пусто и холодно, когда он проснулся. Чего-то явно не хватало. Не доставало. Искра болезненно сжималась, била тревогу какую-то… Правда, Ран не был уверен, что это сейчас имеет значения. Просто он… Ну. Живой?       Хотя умирал Айс и…       Айс!       Ран резко вскочил, бросился к двери, чувствуя, как сбоят от страха системы и…       Гиг тупо смотрит на руку, которой собирался открывать дверь. Поднимает вторую. Осматривает грудь, бока, ноги… Всё, что удаётся. Со всех сторон.       Всё тело в огромном количестве шрамов, в некоторых местах сходящихся огромными цветущими отметинами. Не единого целого места. Не единого чистого участка.       Тут и накрывает осознание того, что это не его тело, а тело Айса. Значит, Айс в его теле, получил второй шанс, выжил. Облегчение-радость-счастье? Ран падает на колени, краем сознания отмечая, что тело слушается весьма плохо, и просто начинает реветь.       С Айсом он ищет встречи относительно долго. А с Кали вообще боится пересекаться. Но на искре скребёт по иной причине. Ран чувствует непривычную пустоту, холод внутри.       Но всё равно радуется брату.       — Ты жив! — едва ли не плача от счастья.       Айс смотрит настороженно. Даже как-то напугано.       — Ран?..       Гиг быстро кивает, утирая слёзы тыльной стороной ладони. Кидается брату навстречу, чтобы обнять, но тот торопливо делает несколько шагов назад.       — Не пойми неправильно… — тянет Айс с болью в голосе. — Я… Мы… Я думал, что ты мёртв.       — Живой, — пожимает плечами Ран.       Они обнимаются. Ран выясняет, что Кали уже всё знает. Что Вол, ну, прощён? Ран смотрит на брата в неверии, пытаясь понять уровень его сумасшествия.       — Ты… Он же… Ты дурак?       Айс сощурился, взглядом давая понять, что тема эта запретная.       — А где Стар? — тихо спросил Ран.       — Понятия не имею, — махнул рукой брат. — Мне кажется, он сразу понял, что я не ты. Поэтому он просто забрал моё тело и куда-то свинтил.       Ран просто на периферии отметил, что манера разговора Айса весьма изменилась, погружаясь в мутные воспоминания.       Воспоминания того, как кто-то нёс его на руках и шептал какой-то нежный бред. Стар?       — Где он сейчас? — повторил Ран, сглотнув. — Где он?!       — Я. Не. Знаю! — раздельно произнёс Айс с шипящими нотками.       Разговор закончился как-то сам собой. -       — Вы его не тронете! — рычал Ран, выставив руки в стороны и концентрируя ровно половину своего внимания на вцепившуюся ему в плечо конечность. Гиг для надёжности обхватил фигуру рукой — не дай Отта, упадёт.       — Ран, блять! — вопит Кали. Правда, по его виду точно и не скажешь, хочет ли он разнести хранилище сознания Стара или просто прибить одного из младших братьев — Рана, естественно. Хотя, учитывая, кому когда-то принадлежало испещрённое шрамами тело… Вопрос спорный. Хоть и не стоит произносить, что это, по сути, будет повторным убийством Айса.       Айс же у нас святоша.       Правильный.       Сумасшедший ублюдок.       Ран плачет. Стражи обступают их, смыкая круг, а Ран плачет, изо всех сил защищая то, что осталось от его пары. -       Впрочем, Стар вернулся к полноценной жизни. Разбитый и уничтоженный изнутри Ран обещает склеить то, что осталось от искры, и просто лежит на паре, опираясь на его грудь. Тот крепко прижимает его к себе и плачет от боли.       Боли от пустоты в глазах Рана.