этот надоедливый Хэчан

// Марк шел по пустому коридору с ведром воды из туалета. Донхек, как и следовало ожидать, оставил его делать всю грязную работу по дежурству, продолжив о чем-то перешептываться с Ренджуном. Как и каждую перемену до этого. Вообще после их вчерашнего разговора, он вел себя как-то отстраненно, почти не лез со своими шуточками и передразниваниями, лишь иногда, проходя мимо определенных людей, брал за руку. А когда Марк сам решил приобнять, то и вовсе вывернулся, взглядом давая понять, что он для такого не в настроении. Донхек продолжал смеяться и улыбаться, но глаза были такими печальными и заплаканными? Хотя под толстым слоем подводки и теней было трудно разобрать, даже Ренджун ничего не замечал. Минхен зевнул. Ближе подходя к кабинету, он услышал голос Ченле: - Ли Донхек, и как тебе не стыдно обманом заставлять Ренджуна делать такое? - это наверно о поцелуе с Джемином, - Ты ведь не умеешь проигрывать, конечно! Вот поэтому ты меня избегал весь день, чтобы я не рассказал ему правду, что ваши отношения с Марком - чистое притворство. Он даже не знал, что ты поешь в школьном хоре, - Марк остановился, в нескольких метрах от двери кабинета, - И вообще, как вы можете быть вместе, у вас же двоих нет ничего общего - да это еще страннее, чем если бы мы с Джисоном начали встречаться, - он не видел, но Джисон, стоявший позади Ченле, удивленно вскинул брови и раскрыл рот, но передумав, так ничего и не сказал, - А я ведь как только услышал - не поверил и правильно делал. Но вы были так убедительны. Браво, Донхек! И у меня ты тоже спор выиграл - игра твоя. Все же равно - честно или нет. - Донхек? Так это все было специально? - говорит Джено, у которого действительно глаза были на мокром месте. Минхен видит, как он выходит из кабинета, быстрым шагом удаляясь в противоположном направлении коридора. За ним из кабинета выбегает Джемин со словами "Джено, постой!" вслед. - Как ты мог! - кричит Ренджун, и за этим послышались глухие удары, - Ради какой-то игры?! - Вам троим надо было в этом всем разобраться! Я же хотел как лучше! - кричит в ответ Донхек. Марк тихо пробирается в кабинет, видя, как, стоя возле подоконника, Донхек пытается вырваться из ренджуновой хватки. - Да что ты вообще в этом понимаешь! Если встречался с Марком не по-настоящему, хотя правда любишь его. Так нравится использовать других людей, да? - Ренджун перестал заламывать руки Донхеку, - Да что с тобой разговаривать, - он оборачивается, и, видя Марка, стоявшего в дверях, произносит тихое “ой”, а потом быстро хватает свой рюкзак и уходит. - Так, Ченле, пошли отсюда, - Джисон протискивает их обоих между косяком и ведром воды. Донхек, отвернувшись и сгорбившись, опирался на подоконник. - И ты, Марк, тоже чего встал? Иди домой.. Он смотрел на темный силуэт у окна, за которым начинал накрапывать дождь, и думал только о словах Ренджуна: «Донхек его правда любит?» - Донхек….. - Уходи. // - Можно мне гляссе, только мороженного побольше. Марк стряхивает воду с челки и снимает промокшее худи, садясь на свое любимое место. Дождь на улице лил как из ведра, когда он вышел со школы, а зонт был, конечно, забыт. Кафе встретило его звонкими колокольчиками, стоило потянуть дверь на себя. Выглядел он, мягко говоря, помято, о чем и сообщает Джонни, загружая кофемашину: - Быть не может! Все стало еще хуже? И чего у тебя такие круги под глазами? - Всю ночь не спал. Стало, действительно, хуже. Джонни, казалось, был немного в замешательстве. Минхен смотрел на него и думал: «Неужели этот придурок догадывался обо всем еще в понедельник?» Потому что если бы вчера после школы вы последовали за Минхеном, то узнали, что, придя домой, он сразу залез под одеяло, накрывшись с головой. Пролежав так пока не кончился воздух, он резко стянул одеяло с головы, на выдохе крича: «ЛИ ДОНХЕК!» Еще раз тяжело вздохнув, он заворочался, ведя с собой мысленную борьбу и яростно сжимая края подушки. Как бы он не старался, ни Ренджун в конце коридора, ни нахлынувшая внезапно паника не могли опровергнуть того факта, что в этот раз целоваться с Донхеком ему понравилось. Даже хуже, кажется, ему самому этого хотелось. - Так что случилось? - Думаю, я влюбился, - Марк роняет голову на стол. - И поэтому ты не спал всю ночь? - взгляд у Джонни был наивно-насмешливый. - Так ты все-таки догадывался? - Ну, если честно, это было довольно очевидно. Марк зевает и устало вздыхает, потирая руками глаза. Голова противно болела, и на сердце было не лучше. - В общем, мы с Донхеком попались со всем этим притворством. Ченле понял, что я практически ничего о Донхеке не знаю, в особенности то, что он ходит на пение. А ведь он главный солист хора, представляешь? Так что весь вчерашний вечер я провел, просматривая коллекцию его каверов и размышляя о том, какую роль любовь играет в нашей жизни. Минхен и правда до самого утра лежал, свернувшись на кровати в одеяльный кокон, не имея сил оторваться от экрана телефона. Медовый голос Донхека лился из наушников, пробирая до мурашек по телу. Гитара, снятая со шкафа, была протерта от пыли и лежала рядом. Он перебирал пальцами по струнам, пытаясь вспомнить аккорды, ведь все песни, что пел Донхек, оказались давно любимыми. - Но я с самого начала как чувствовал, что все это плохо закончится.. Уже вчера после поцелуя что-то было не так. Во взгляде и даже голосе Донхека что-то резко изменилось. И если вчера это можно было объяснить тем, что он просто хочет поскорее закончить их игру, то сегодня, после слов Ренджуна, все стало гораздо сложнее. -... и так и случилось. Донхек пытался свести друзей этим не самым лучшим, как оказалось, способом. У них там свои проблемы, а он еще больше все запутал. Эта ситуация не давала Марку покоя. Он одновременно и злился на Донхека, и сожалел ему. - ...поступил он конечно отстойно, но если бы я не спалил нас, то может все бы не так плохо вышло. И вообще, я идиот! Я ведь знал, что Донхек пел раньше. Точнее я слышал один раз, как он поет, но это было в восьмом классе. Он тогда мыл доску, а стоило мне зайти, как он убежал, прихватив с собой рюкзак и оставив после себя мыльную тряпку на полу. Только откуда, блять, мне было знать, что он теперь самый крутой певец в школьном хоре?! К окончанию своего рассказа Марк вдруг обнаружил, что съел все мороженое в кофе, и сидел, просто ковыряясь ложкой в стакане. - И этот самый крутой хорист в тебя влюблён, - Джонни ставит перед ним пирожное, на котором кремом был нарисован арбуз, - я правильно понимаю? - Со слов Ренджуна - да, но.. - Но? - Но он теперь меня видеть не хочет. Я собирался с ним поговорить, когда все ушли, но он и меня прогнал. И вообще, может, я все не так понял! - Но он тебе нравится? - Конечно, нравится! - Марк, кажется, даже сам не ожидал, что сможет сказать это так легко. - Всмысле, да, он жутко надоедливый и приставучий, но…. Но Донхек был интересный и смешной. Болтливый и драматичный, да. Неожиданный. Яркий и искрящийся. Теплый и живой. Улыбающийся. И просто было невозможно оторвать от него свой взгляд. Такие люди как магнит, и рядом с ним Марк чувствовал себя чертовым огромным куском железа. - …но он мне нравится, - и вздохнул так, будто вся тяжесть мира оказалась на его плечах, - Стоило только мне это понять, как все закончилось, не успев начаться. Минхен, только сейчас заметивший пирожное, потянулся к нему ложкой. - Ты всегда можешь начать сначала, - Джонни отодвигает тарелку с пирожным на сантиметр, отчего Марк промахивается, и ложка со скрежетом врезается в тарелку, - только в этот раз правильно и по-настоящему. - Но что если..? - он не заканчивает, съежившись под пристальным взглядом друга, - Окей, я понял. Поговорю с ним завтра. - Пирожное, кстати, за счет заведения, - Джонни двигает тарелку снова ближе к Минхену, облокотившись на барную стойку. // Утром следующего дня дождь продолжает моросить, пока Марк идет в школу. Глаза его цепляются за группы людей в школьном дворе в попытке найти среди них то самое лицо. Он придерживает дверь, когда рядом кто-то закрывает большой черный зонт. Мимо проходит парень в сером оверсайз худи со спортивными штанами, его голова прикрыта капюшоном. Когда тот на секунду оборачивается, Марк в удивлении узнает в нем Донхека. Он почти не слышно здоровается и исчезает, быстро сливаясь с толпой других учеников. Минхен так и застывает в проходе, создавая очередь. Он даже не думал, что у Донхека есть подобная одежда, ведь тот приходил на занятия каждый день будто сошедший со страницы журнала. А его глаза! Марк и не думал, что можно так скучать по чьим-то глазам. Только теперь грусть в них была ничем не спрятана - чернота зрачков как бездна печали, в которую он ныряет вниз головой. "Как же всё изменилось!" И это всё заметили все, включая учителя Ли, у которого был первый урок в их классе. Его взгляд испуганно бегал между рядами от Марка к Донхеку, который пересел назад на свое старое место. - Так вы двое, почему не вместе сидите? Что случилось? Донхек отвернул голову, прячась больше в капюшон, и Марк решил взять инициативу на себя. - Ну понимаете, всем иногда нужно личное пространство… - Вы что поругались? - если Ли Тэён и Ким Доён были любимой школьной парой учителей, то за эти дни они с Хэчаном стали легендарной парой учеников. - Нет, все нормально, правда.. Весь класс затих, бросая на них косые взгляды. И в этой тишине послышалась короткая острая усмешка Ренджуна. - Все в порядке, - раздраженно выделив каждое слово, произнес Донхек. - Может уже начнем урок? - Ли Хэчан! - строго сказал Ли Тэён, - это не тебе решать. Ренджун, где Джено? - Он заболел, - что-то Минхену в это мало верилось. - Ясно. Итак, записываем новую тему…. После первого урока Марк хотел сразу подойти к Донхеку, но тот куда-то исчез, словно под землю провалился, и за десятиминутную перемену его не удалось найти. Поэтому все следующие сорок пять минут Марк со своей последней парты прожигал взглядом чужой затылок. Но и после второго урока его постигла неудача - в капюшоне Донхека было просто невозможно отследить в толпе среди таких же закапюшоненых голов, но Марк все-таки решил попытать счастье в актовом зале. Он просунул голову, слегка отворив дверь, чтобы проверить наличие Донхека в зале, но его там не было. Учитель Мун, стоявший возле сцены выглядел озадаченным и немного растерянным, рядом с ним было еще несколько учеников, и они что-то обсуждали. Разговор двух девочек, идущих к выходу, привлек внимание Марка: - Он отказался петь свою сольную песню? Не может быть!... - потрясенно сказала одна из них. - После того, как он поступил с Ренджуном, не такой уж он и “good person”, может совесть проснулась? - она невесело усмехнулась. «Ох, черт, Донхек отказался выступать на весеннем балу?!» - Марк закусил щеку изнутри и побрел назад в кабинет. В итоге, к середине дня по школе ходило несколько версий того, что произошло. И ни одна из них и каплю не была похожа на правду. Минхен надеялся выловить Донхека в столовой и даже собрал учебники заранее, чтобы точно все успеть. И вот, стоя в огромной очереди, он высматривал и выжидал. Приметил он всех: и Джисона с Ченле, не отлипающим от телефона, и Ренджуна, который выглядел подавленно, разговаривая с Джемином, и учителя Кима с учителем Ли, которые опять о чем-то оживленно спорили, и даже того громилу футболиста. Всех, но не Донхека. - Ээ, Ченле, можно тебя на минутку, - спрашивать его Марку было неловко, но что еще оставалось делать? - И тебе привет, Марк, - Ченле смотрел выжидающе, но злости в этом, благо, не чувствовалось. - Ты не знаешь случайно, где может быть Донхек? Я уже какую перемену пытаюсь найти его поговорить, а он куда-то все время пропадает… - Ты в актовом зале был? - Минхен закивал в надежде услышать еще подсказку, но Ченле нахмурился и ответил, - Даже не знаю тогда, где он может быть. В туалете? Эх, если бы - там Марк уже смотрел, но никого, кроме курящего Лукаса там не было. В школе вообще не так много мест, где можно спрятаться. Только если…. - Нет, там его тоже нет. Но все равно спасибо. Марк сорвался с места, оставив поднос с обедом на столе, захватив с собой только булочку. Он бежал по школе, получая вслед недовольные взгляды проходящих мимо учителей. Путь на крышу лежал через тот дурацкий темный коридор, где его снова ждала кучка девочек. Марк почувствовал себя тем самым Скоттом Пилигримом из комикса. - Вот сейчас, самое неподходящее время, - он не дал той девочке даже начать, - Донхек мне нравится. Нравится вам это или нет - мне все равно! - и расталкивая их, протискивался вперед. - Донхек? - послышался не понимающий голос девушки. Марк лишь шумно вздохнул, не останавливаясь. «Неужели она даже не знала его настоящего имени?» Капли дождя были слышны уже в лестничном пролете. Донхек сидел на полу возле раскрытой двери, за которой с козырька лились струйки воды, стекая в лужи на открытом пространстве крыши. Он испуганно поглядел на Марка, стоило тому оказаться рядом. Минхен уселся рядом, и, пытаясь отдышаться, проговорил: - Заставил же ты меня побегать, Ли Донхек! А ведь это, между прочим, было мое тайное место. Донхек ничего не ответил и отвернулся, продолжая смотреть на дождь. - Знаешь, я очень много думал обо всем, что произошло, и пришел к выводу, что ты бы не делал все это, если бы не было веской причины. Я прав? - Какая тебе разница?! - Донхек будто боролся внутри сам с собой. - Ренджун говорил, что ты на самом деле очень ранимый, и просил не обижать тебя. И я не думаю, что ты придумал этот спор только лишь бы всех позлить. Булочку будешь? - спрашивает Марк, слегка касаясь чужого плеча. Кажется, это перевело счет в его пользу, потому что Донхек берет булочку немного дрожащей рукой и всхлипывает. - Я правда хотел им помочь. Теперь я понимаю, конечно, что тупая идея была. Вообще это случайно получилось, Ченле пошутил, а я подумал вдруг реально сработает, - он говорил с набитым ртом, периодически шмыгая носом, - Есть же выражение “fake it ‘till you make it”. Или когда в шутку начинаешь что-то делать, а потом что-то хорошее выходит. У меня так часто бывало…. Он смотрел таким наивным взглядом блестящих от слез глаз, что Минхен не сомневался в невинности его поступков. - Если они тебе что-то говорят, то просто вали на меня. Ты здесь вообще ни при чем, просто все так закрутилось, прости…. А на счет того, что сказал Ренджун, так это.. - его голос немного ломается на этих словах. Тогда Марк наклоняется ближе, вытирая его мокрую щеку, которая, к слову, была ужасно горячая. Донхек замирает, забывая даже дышать. - Хей, а я думал, ты без подводки не приходишь в школу. - Да что ты понимаешь вообще! - недовольно бурчит Донхек, но в голосе слышно улыбку. - Вот что, - и оставляет легкий поцелуй на губах. Донхек цепляется за руку, и Марк сжимает ее сильнее. - Знаешь, мне еще многое предстоит узнать о тебе, и, - он выдохнул, - ты пойдешь со мной на весенний бал? - Да, я буду твоим парнем, Марк Ли. - Что ты сказал? - А что ты спросил? Донхек начал хихикать, уложив лоб на плечо Минхену, что тоже начинает смеяться, прижимая ближе к себе и проводя рукой по волосам. Все как в лучших романтических комедиях, ничего другого никто из них и не ожидал. И какая разница, что математика у Ким Доена идет уже как шесть минут. // На весенний бал они приходят в парных костюмах с бумажками “я правда его парень” и “он правда мой парень” на спинах, чтобы не было лишних вопросов. А еще Донхек опять нарисовал им обручальные кольца на пальцах, и Марк был не против, ну разве что чуть-чуть. Окна в спортзале были занавешены. В темноте струился свет, переливаясь от электрического синего до неоново голубого. С потолка свешивался поблескивающий дождик, задевая затылки особо высоких молодых людей. Марк стоял в первом ряду вокруг импровизированной сцены, где у микрофона пел Донхек. Если бы у него в этот момент спросили «какого это?», то внутри были далеко не бабочки, это были блядские самолеты истребители, что своими самонаводящимися бомбами проделывали зияющие дыры в бедном марковом сердце. Вот какого это было - любить Ли Хэчана. После песни Донхек сразу побежал к нему в объятья. - У тебя такой красивый голос, - шептал ему в ухо Минхен, сцепляя руки на чужой талии. - Спасибо, знаешь, я давно хотел сказать.. - Что даже не убежишь после этого? Донхек закусывает нижнюю губу и выдает: - А что, стоит оставить тебя опять одного убираться? - и уже совершенно другим голосом, - Знаешь, если бы ты тогда мне это не сказал, даже представить не могу, что бы я сейчас делал. Спасибо. Взгляд его подведенных глаз в синих линзах, с блестками на веках гипнотизировал. Марк уже было потянулся за поцелуем, но к ним, стоящим прямо посреди этого зала, подошел Ренджун с Джено и Джемином. И песня как на зло сменилась. На самом деле, никто из их компании не разговаривал друг с другом с того дня. Посмотрев на эту троицу в этот раз, Минхену показалось, что в их отношениях, наконец-то, что-то тоже изменилось. Ренджун начал: - Простите, что отвлекаем, - он почесал нос, - Моя реакция тогда была чересчур, прости, стоило все-таки выслушать тебя, мир? - и он протянул Донхеку мизинец. Тот с задумчивым видом смотрел в сторону, и Марк толкнул его локтем в бок. Донхек не выдержал и расплылся в улыбке. - Мир. - Мы кстати теперь встречаемся, - Ренджун грозно глянул на своих парней, что стояли по обе стороны от него. Кажется, он все-таки взял ситуацию в свои руки. - Спасибо вам, - заговорил Джемин. - Кто бы мог подумать, что это действительно нам поможет, - и Джено продолжил, весело усмехнувшись. По всей видимости, Донхек просто сгорал от любопытства, потому что после этой новости он с многозначительным видом утащил Ренджуна в сторону. В другой стороне разворачивалась не менее интересная картина: прямо у трехочковой линии стояли Ченле и Джисон, у которого в руках был баскетбольный мяч. Ченле выглядел немного удивленным, а вот Джисон явно нервничал, переминаясь с ноги на ногу в своих длинных брюках. - Я, конечно, не Стэфан Карри, но забью трехочковый ради тебя, - произносит он, целясь в кольцо. Коротко вздохнув, Джисон отправляет мяч в полет среди дождика. Траектория была удачной и мяч попадает точно в кольцо. Джено спрашивает у Джемина: - И сколько он тренировался? - Два месяца. Ченле прикрывал свой раскрытый рот обеими ладонями. - Я знаю, что ты тогда сказал, что это странно, если мы будем встречаться, - Джисон почесал затылок, - но ты мне правда нравишься и…. Тут Ченле обнимает его, повиснув на шее. - Я думал, что.. Ах, эти норенмины!... Не важно! Ты мне тоже нравишься, Джисони. И тебе совсем не обязательно быть Стэфаном Карри. Они смеются, а Джемин по-родительски вздыхает и говорит вернувшимся посмотреть на это Ренджуну и Донхеку: - Вот и выросли дети. Прохладный вечерний воздух на крыше как настоящий рай после душного спортзала. Но его Марку все равно не хватает, пока он целует Донхека, у которого липкая помада на губах. Она на вкус как сладкая вишня, и он просто не может перестать случайно прикусывать его нижнюю губу. - Это было просто ужасно, - говорит Донхек, останавливаясь, оттягивая Минхена за волосы. - Но, я думаю, мы делаем в этом успехи, - он улыбается. - Да, определённо, - и снова целует.