Кофе вреден для зубов.

Иногда все задумываются над существованием и смыслом бытия. Как и Нин Гуан сегодня. Эта прекрасная на вид женщина стоит возле мраморной вазы, отражающей всё величие богини, думая над жизнью. Порой её мучают странные мысли, переходящие в реальность. Давно не было видно верной подруженьки, словно пропала за моря. ― А может и в правду все её слова про «драгоценность» и тому подобное, были просто ложью? Может я себя просто накрутила тогда? Нин Гуан говорит шёпотом, мельком показывая свою огромную грусть, вложенную в эту фразу. Почему такое постоянно происходит? Почему она не может никому верить? Почему постоянно себя накручивает? Чертова пиратка, заставляющая её постоянно размышлять о себе! ― Иногда я просто себя накручиваю, надо это понимать. Иначе опять сорвусь…Сколько её уже нет? Мысли в кучу, отсчет дать почти невозможно. Однако, она пытается и делает это с успехом. Все всегда говорят: «Завалить себя делами – плохо, надо решать проблему.» Однако, они скорее всего просто не понимают всей ответственности за каждый шаг, ведь он может привести к упадку. Абсолютно также с Нин Гуан. Дела - неотъемлемая часть её жизни, однако часто они всё портят или же просто помогают забыться, что не хорошо, но и не плохо. Пройдя несколько шагов вдоль коридора, она сворачивает в свою комнату. Как же здесь пусто. Раньше казалось раем, а сейчас скука смертная. После пропажи Бэй Доу Нина и в правду не находила себе места. Что это за странные чувства, которые всеми силами она пытается подавить? Здесь прекрасная спальня: огромная кровать, с мягкими перинами, кучей подушек и, разумеется, плюшевой игрушкой, рядом тумбочка, с книжечкой на ней, шкаф и везде валяющаяся одежда, ведь ни одна служанка не имеет права заходить в святую обитель. Иногда сюда приходит Итер с Паймон, пытаясь хоть немного её подбодрить. Она давно так не падала духом, как сейчас. Плюшевая игрушка...Ей когда-то подарила её Бэй Доу. Это уже старый, потрепанный жизнью, рыжий котик, рядом с которым такой же, но с черно-фиолетово окрасом. Они вместе и пушистые. Девушка всегда обнимает их во время сна или сажает рядом на подушки, дабы было менее одиноко. Вновь Нин Гуан падает в постель, но никого удовольствия от этого нет. Одни лишь мучения в груди сжирают её полностью. Она настолько устала, ей так хочется кричать, что словами все эти мучения не передать. Можно лишь написать на листке и сжечь. Сейчас Нина готова написать книгу, лишь бы избавиться от всех мучений, которые постоянно терзают душу. ― Мне бы банально письмо…Я просто хочу знать, что всё в порядке… На глазах девушки вновь слёзы. Она безумно скучает. Рядом стоит почти пустой стакан воды, с пачкой успокаивающих трав, которые недавно принёс ей Путешественник от Бай Чжу. Они уже совершенно не помогают. ― Может… В одном из шкафчиков завалялась пачка папирос или же, как правильно их сейчас называть, сигарет. Нина прекрасно понимает свою ответственность за это, но и сделать ничего не может. ― Всё же…не стоит. Я сильная и я смогу подождать. С ней всё будет хорошо. Однако, Нин Гуан всё же кладет рядом этот сверток. Успокаивать себя самостоятельно – любимая практика девушки, ведь без неё никуда. Иногда просто хочется почувствовать тепло рядом, ощутить эти глупые объятия подруги со спины. Она так нелепо пыталась прижать её к себе, получая кулаком по голове или же постукивания по лбу. Это было так смешно, но одновременно с этим прекрасно. Каждый раз она не давала себя трогать, списывая на что угодно, а сейчас она согласна на всё. Лишь бы с ней всё было в порядке. Почему Бэй Доу перестала отвечать на письма? Вдруг что серьёзное стряслось? Ведь в путешествии могло случиться абсолютно что угодно. Это невозможно предугадать… ― Разумеется от этого грустно, а ты как хотела? Она не должна уделять тебя горы внимания. У тебя есть горы моры, Моракс теперь для общения под боком. Правда, ты не заслуживаешь этого. Даже подруга пропала. Может у неё появились другие люди для общения и ей просто не нужно это? Я не понимаю… Мне так грустно, правда. Девушка свернулась в калачик, пустив слезу. Она давно не плакала. Словно маленький ребёнок, которого бросили одного в магазине или забыли забрать с улицы. ― Может я правда ужасна? У меня нет ничего, что хотя бы немного привлекает людей…Я жестока, мне нужны лишь деньги… Но это же не правда? Я не такая?...А может народ прав и мне не стоило вставать на пост? Зачем я тогда помогла всему перевороту в Ли Юэ. От таких мыслей её трясло. Голоса в голове не давали покоя, а рядом стоял силуэт незнакомой для нее личности, а точнее, просто тёмное пятно. Вот и есть обратная сторона сильных, богатых, уверенных в себе личностей. Живётся слишком сложно, даже свои советы не соблюдаешь, хоть и даешь их миллион. В дверь резко постучали, отвлекая девушку от мыслей. ― Вам письмо. От этой новости Нин Гуан аж подскочила, однако, зря. ― Оно от Бай Чжу. Он спросил подошли ли Вам травы и полегчало ли? Надежды рушились на глазах. Она не хочет отвечать никому сейчас, Нина просто хочет покоя. ― Попроси прислать ещё пачку…и…всё хорошо. Не беспокой меня. Больше слушать слугу она не хотела. Постоянный шум и гам уже задолбали, ту не подберешь адекватных слов. Ей хотелось говорить некрасивые и некультурные слова Монштадских пьяниц-простолюдин, хотя, и в Ли Юэ этим жестоко грешили. Иногда хочется просто близкого человека рядом, теплоты душевной, да и тактильность кажется не таким уж плохим явлением. Глаза медленно закрываются, а голова падает на подушку. При этом Нин Гуан не засыпает, а лишь наблюдает за всем происходящим. ― Как же тут скучно… Слезы на глазах высохли, оставив черные дорожки из-за туши, которую уже неделю она не может смыть. Ресницы слипаются, не давая нормально моргать, а тело жестоко ломит. Возможно, это на нервной почве, а может и нет. Однако, почему такое происходит именно с ней? Может это просто болезнь? Если да, то какая? С этими мыслями девушка медленно засыпает, надеясь на следующий день. Рядом стоит чашка кофе, остывшая почти две недели назад и в голове звучит коронная фраза Бэй Доу: ― Кофе вреден для зубов.