Спасти Нормана

Эмма покрепче взялась за ручку коляски, в которой сидел маленький Рен, и окинула взглядом парк, куда они пришли погулять. Совсем недавно наступила весна, и потому сейчас природа потихоньку просыпалась от долгого зимнего сна. Из травы проглядывались первые цветочки, уже начинали летать бабочки, а снег постепенно таял. Эмма с удовольствием разглядывала распускающуюся природу, Пока шла по парку вместе с детьми. Она любила весну. Это время года казалось ей особенно прекрасным, в какой-то степени даже романтичным. Да и с ним было связано много различных воспоминаний, как приятных и согревающих душу, так и не очень. Например, именно весной Рэй предложил ей встречаться. Весной они впервые поцеловались, впервые пошли на свидание, впервые гуляли всю ночь напролёт. Весной они нашли место, которое впоследствии сделали своим, весной переехали в новую квартиру, где жили до сих пор. А ещё весной родился человек, который значил для Эммы настолько же много, как и вся её семья. Человек, которого она не увидит, наверное, уже никогда. Поймав себя на мысли, что она опять думает о нём, Эмма чуть нахмурилась и мотнула головой, дабы прогнать наваждение. Нет, сейчас не время забивать голову всякими глупостями. Она сюда пришла развеяться и погулять с семьёй, а не вспоминать о болезненном прошлом. Дабы отвлечься от нежелательных воспоминаний, она перевела взгляд на детей. Мая, бежавшая впереди, разглядывала необычную бабочку, опустившуюся на цветок, а Рен, по-прежнему сидящий в коляске, просто осматривался вокруг. Эмма слегка улыбнулась. Ей нравилось наблюдать за своими детьми, особенно в те моменты, когда они были чем-то увлечены. Тогда они, как она сама считала, выглядели особенно милыми. Вот и сейчас она любовалась своими детьми, которые с присущим им любопытством изучали окружающий их мир. Всё плохое моментально забылось, отошло на второй план. Теперь в груди осело приятное чувство, растекающееся теплом по всему телу. Как же всё-таки хорошо, что у неё есть такая семья. Они помогали ей отвлечься, не опускать руки в трудные жизненные периоды. И сейчас она была искренне рада, что её малыши рядом с ней. Жаль только, что Рэй не смог пойти с ними из-за работы. Ей бы хотелось, чтобы он тоже гулял с ними по парку, ел мороженое и смотрел на бабочек. Но ничего не поделаешь, работа есть работа. — Мама, мама, смотри, смотри, какая красивая бабочка! — громко позвала Мая, и её голос отвлёк Эмму от размышлений. Не переставая улыбаться, она посмотрела на бабочку, на которую показывала Мая. Это была очень красивая бабочка с белоснежными крылышками, на которых особенно отчётливо выделялись маленькие голубые пятнышки. — Да, правда очень красивая, — Эмма согласилась и подошла поближе, чтобы Рен тоже мог посмотреть. Эта бабочка сильно напомнила ей одного человека из прошлого, но она старалась особо не заострять на этом внимание. В конце концов, он уже в прошлом. Ещё какое-то время они просто стояли у клумбы с цветами, разглядывая бабочку. Рен даже протянул к ней руки, явно намереваясь потрогать её, однако Эмма остановила его, сказав, что так он может её спугнуть. Когда же бабочка вспорхнула с цветка, на котором сидела, и улетела сама, они проводили её взглядом, а после пошли гулять дальше. Мая снова побежала вперёд, постоянно осматриваясь в поисках ещё чего-нибудь интересного. Однако, не пробежав и десяти метров, она вдруг остановилась посреди дороги. Эмма, заметив это, сильно удивилась. Сначала она не поняла, что же случилось, но потом проследила за её взглядом. По её телу будто прошёлся электроток, сердце забилось быстрее, перед глазами одна за другой начали вспыхивать картинки из далёкого прошлого. Она покрепче вцепилась в ручку коляски и закусила губу. На лавочке, на которую и смотрела Мая, сидел маленький мальчик. Он постоянно осматривался, будто кого-то искал, и громко всхлипывал. Его белоснежные волосы частично закрывали лицо, но это ничуть не помешало Эмме его узнать. Это был Норман. Белоснежные волосы, голубые глаза, бледная кожа, черты лица — всё указывало на то, что она не ошиблась. Этот мальчик — Норман Митчелл. Тот самый Норман Митчелл, о котором она старалась не вспоминать. Тот самый Норман Митчелл, который умер несколько лет назад. — Мама, мама, почему этот мальчик плачет? Ему что, плохо? — Мая потянула её за рукав куртки, отчего Эмма вздрогнула и перевела на неё взгляд. Затем снова посмотрела на мальчика, который по-прежнему плакал. — Нет, похоже, он потерялся. Подождите меня здесь, я сейчас вернусь, — мягко погладив дочь по голове, сказала она. Всё же как бы там ни было, оставить маленького ребёнка одного в парке она не могла. Оставив Маю следить за Реном, Эмма направилась к лавочке, на которой сидел Норман. Пока она шла, то мысленно перебирала все возможные варианты диалога, морально готовилась к их разговору. Она понимала, что он скорее всего не помнит её, но всё равно несколько переживала. Да и не знала она, если честно, как ей с ним заговорить, особенно после того, что между ними произошло. Однако, несмотря на все сомнения и страхи, она продолжала идти к нему. Всё же она должна была помочь ему, даже если ей больно смотреть на него. Когда она подошла к нему, то глубоко вдохнула и, выдавив из себя самую доброжелательную улыбку, какую только смогла, присела перед ним на одно колено, после чего погладила и осторожно спросила: — Где твои родители, малыш? Норман поднял на неё взгляд, и в этот момент Эмма невольно вздрогнула. Её сердце болезненно сжалось, стоило ей посмотреть в эти большие и грустные голубые глаза. — Я не знаю… — шмыгнув носом, негромко ответил ей он и опустил голову. Она хотела спросить что-то ещё, однако потом заметила в его руках какую-то записку. Её поразила одна нехорошая догадка, из-за чего она нахмурилась. Осторожно накрыв ладони Нормана своими, она мягко сказала: — Хорошо. А как тебя зовут, милый? — Мама и папа зовут меня Норман… — Норман? Какое красивое имя, — она снова доброжелательно улыбнулась, скрывая за этой улыбкой горечь и печаль. Мысленно она иронично подметила, что в этой жизни его назвали так же, как и в предыдущей. — Вот что, Норман, давай сейчас я отведу тебя к себе, накормлю, а потом мы вместе с тобой пойдём в социальную опеку, договорились? — Хорошо… — Норман не стал возражать и лишь послушно кивнул. Про себя Эмма отметила, что он как-то даже слишком быстро согласился, но говорить ничего не стало. Только взяла его за руку и повела обратно к детям. Нет, сейчас ей нужно думать лишь о том, как спасти Нормана, а всё остальное может и подождать.