Мэнэльдор сидел всë на том же дереве. Сейчас он ветал в своих маслях, но они сводились к одной: «
Если Рэмилер продолжит терется рядом с Уилом, то Мэнэль за себя не ручается... ».
– Что ж ты наплëл этому паладину? А? Полукровка? – Высокомерный тон и противный хрипловатый голос, вывели полуэльфа из раздумий. Мэнэльдор, поднял голову и посмотрел на наглую рожу собеседника.
– Хм? Вижу, копьë в милиметре от лица тебя не отрезаило. – Изумрудные глаза, насмешливо и опасно поблëскивали под капюшоном плаща. – Ой. Прости. Забыл, что ты с пелëнок тугодум и за тебя отвечает брат. – Мэнэль прикрыл глаза и уклонился от летевшей в него стрелы, просто наклонив голову немного в лево. – Навыки всë так же скудны.
– Вижу, ты больно дерзкий? Не боишься, что твой
друг может тебя возненавидеть? – Сапфиры хищно сверкали, искали за что можно ухватится, чем можно растеребить скрытые раны и заставить их кровоточить и гнить. До тех пор пока их владелец не сломается... – Может... Он поступит как и твоя матушка? – Мэнэль дëрнулся, зрачки глаз сузились, а мелькнувшие эмоции выдали страх. – Тоже умрет лишь бы не видеть такое ничтожество. – Рэмилер, видел этот страх. Так было всегда. Каждый кто был добр к полукровке, долго не жил. Эльфы, которые были добры к сироте, становились такими же изгоями, а после не выдержав либо покидали поселение, либо завершали мучения.
Мэнэльдор, сделал резкий выпад, одним молниеносным движением выхватив кинжал...
Может убрать его?
По-тихому...