Вода, кровь и золото

      Кто сказал, что золото дорогое? Нет, действительно, в мирное время оно ценится высоко. Откуда растут ноги у легенды о царе Мидасе? Людская жадность не знала границ за всё существование их цивилизации и даже раньше. Кто бы из людей не хотел буквально купаться в золоте, а где золото — там и деньги. Волшебники не люди, что ли?       В древности люди тоже любили золото. В мирное время. Ну, а когда на порог приходила война, они брали в руки сталь. А если не было стали — железо. Не было железа — годились и камни. А когда заканчивались камни, люди использовали дерево. И все были довольны.       Но люди Земли не знали мифрила (хотя некоторые аналогичные металлы существовали). А вот в Средиземье ему знали цену. Но было и то, что одна вещь из золота превосходила всё. Речь идёт о Кольце. Едином Кольце. Способность делать невидимым, менять размер под хозяина — всего лишь побочные эффекты. Более первостепенные — подчинение чужой воли и залог бессмертия хозяина — также были не самым главным.       Так что же отличает Кольцо от крестража, совмещённого с усовершенствованной мантией-невидимкой? Ответ — разум. Не с кем было поговорить Саурону, когда надо было отвлечься от планов по завоеванию мира и выговоров командирам орков. Так и появилось Кольцо. Оно не просто артефакт — оно слепок своего создателя, но обладает личностью. И если меняется владелец, не важно приняло ли его Кольцо как хозяина или нет, его самые сильные черты оно вбирает в себя.       Гарри Поттеру чертовски повезло стать хозяином Кольца. Оно принимает не каждого. За всё своё существование у него было два хозяина. Думаю не нужно говорить кто они.       Характер Кольца схож с его материалом. Довольно-таки мягкий, зато яркий и выразительный. Но воля Кольца тверда. Все эти черты унаследовал Гарри Поттер, но уже после своей смерти. Пробыть призраком он успел недолго, но его становление начинается здесь, а значит смотрим.

***

      Голова, вернее полупрозрачное нечто заменявшее её, болело. Было такое чувство, будто тебя всего целиком заполнили льдом. Отвратительно. Гарри, а это был он, едва мог соображать, но осознание того, что он может мыслить слегка привело его в чувство.       Мысли были нерадостные. Видите ли ты несколько часов назад был всего лишь младенцем, а затем твоих родителей убивает какой-то бледный, не похожий на человека дядька, пытается убить тебя, исчезает, но успевает подорвать дом ко всем чертям, а потом…       Гарри передёрнул плечами, точнее тем, что сходило за его плечи теперь. От одной мысли о событиях этой ночи боль усиливалась, хотя как призрак может что-то чувствовать? Тела-то нет.       В общем, он умер. И что теперь? За ним явится Смерть с косой или кто? А может он попадёт в Чистилище? Но вдруг он навсегда останется призраком, привязанным к этому дому и вынужденным пугать всех любопытных, сунувшихся в его обитель? Перспектива так себе. Проторчать целую вечность в почти полном одиночестве, скажешь тоже!       Так отпрыск рода Поттер и пребывал бы в глубоких и отнюдь не приятных раздумьях, но вдруг он услышал голос, раздающийся у него в мыслях: — Ты слышишь меня? — от неожиданности Гарри перекувырнулся в воздухе. — Д-да. А к-кто эт-то гов-вор-рит? — Не знамо мне было, что призраки умеют заикаться, пусть даже в мыслях. Кто я? Не могу сказать точно. Но я знаю, что ты — мой хозяин. — Х-хоз-зяин? Эм-м… Как тебя зовут? — Хм. Можешь звать меня Эрхисс*. — А ты, э-э… — Что? — Ну, в смысле, как бы, э-э… В каком роде к тебе обращаться, вот. — Как тебе будет угодно, ты же хозяин. Меня звали и так, и по-другому. Мне всё равно. — О. Хорошо. — Как мне обращаться к тебе, хозяин? — Можно просто Гарри. — Хорошо, Гарри, — они ненадолго погрузились в молчании. Вдруг Гарри почувствовал, что что-то не так. — Эрхисс, можно задать тебе вопрос? — Да, разумеется. — Где ты? — всё это время Гарри пытался найти глазами говорившего, но так и не преуспел. — Я? Здесь, внизу. Видишь? — Нет, — честно признался Гарри. — Кольцо, Гарри, золотое кольцо,  — в голосе Кольца явственно сквозила усмешка. — Так это ты? Но я думал… — Что я ещё один призрак? Нет. Не в этом смысле. А теперь скажи Гарри, где мы? — Я и сам не знаю. Место называется, если я не ошибаюсь, Годрикова впадина и мы где-то в Англии. Всё. — Эти названия мне незнакомы. Неужто племянничек загадывальщика что-то напортачил? Странно, — прошло некоторое время. — Гарри, ты хочешь начать жить вновь? — Да, — Гарри Поттер ни секунды не сомневался — он даже пожить не успел толком! — Хорошо. Есть один способ. Слушай внимательно.