Всё, что было в голове

Такемичи устал. Сколько бы он не пытался, сколько бы он не тратил свои силы и нервы на всё это - ничего не выходило. С каждой попыткой будущее всё ужасней и ужасней. Кажется, что вот, ты всё делаешь правильно, всё хорошо, все счастливы… но потом что-то опять идёт не так, кто-то умирает, кто-то страдает… и всё по новой. С каждой смертью в Такемичи что-то обрывалось и вся решимость куда-то исчезала. Но потом он брал себя в руки и старался, старался, старался… Ничего не выходило. В какой-то момент Такемичи взял в руки сигарету. Она действительно помогала, все мысли исчезали и становилось так хорошо… весь мир Ханагаки сужался до этого желанного дыма и никотина. Но помогало это только в первое время. Позже мыслей становилось всё больше и больше, и никакой никотин не помогал от них избавится. Такемичи взялся за лезвие. Но ситуация повторилась. Короткий момент счастья обрывался, а мысли всё лезли и лезли, лезли и лезли… Такемичи думал об алкоголе и наркотиках но… достать всё это не так просто, когда ты несовершеннолетний. Вскоре Ханагаки всё забросил и оставил так, как есть. Причём кто-то мог заметить, тогда возникли бы вопросы, на которые мало кто захочет отвечать. Но в кармане всегда была зажигалка и хотя бы одна сигарета.

***

Прошло время. Много времени. Но мысли о том, чтобы прекратить всё это так и не покидали Такемичи. Вариант опустить руки, сдаться, был таким желанным. Так этого хотелось, но Ханагаки не мог. Он слишком влип во всё это. «Раз начал, то заканчивай.» - эту фразу, на самом деле, часто говорила ему мама. Чтобы он не делал, он должен был довести это до конца. Это с детства вбивали ему в голову. И этот принцип крепко засел ему в мозги. Никакими кулаками его не выбьешь. Но возвращаясь к его ситуации, Такемичи искал много способов, чтобы успокоить свои мысли. Про сигареты и лезвия уже говорилось. На самом деле, Такемичи опомнился когда практически все его предплечья покрывали белые, тонкие линии. Их замечали, были вопросы. Ханагаки говорил, что это всё после драки, и ему верили. Ну как можно ему не поверить. Было известно, как все любили потренировать на Такемичи свои удары. Опять же, возвращаясь к способам избавиться от всех переживаний, Ханагаки пробовал их записывать. Но мыслей было слишком много, они лились через край, что рука просто не успевала всех их записывать. Заканчивалось всё порванной тетрадкой, разгромленной комнатой и надорванным горлом. Кстати, после этого Такемичи понял, что выплескивая все эмоции через крик и хаотичные движения ему становится легче. Всё забывалось и сон становился спокойней. Такемичи пробовал танцевать. Ему нравилось. Правда сначала движения были неловкими и неуклюжими, но спустя время от этого не осталось и следа. Такемичи ничего не хотел из этого делать, он не хотел связывать с этим своё не самое лучшее будущее или начинать заниматься этим профессионально, танцы были простым способом забыться. Ханагаки сливался с музыкой, они становились единым целым и весь мир исчезал. Не было ни смертей, ни страданий, ни боли, были лишь Такемичи и музыка. Тело двигалось само, Ханагаки откуда то знал что делать и все мысли его покидали. Он не думал, просто танцевал. Оказалось, его увлечение танцами имело гораздо большее значение, чем он думал. Тело стало более гибким и изворотливым, в каждой потасовке Такемичи видел свой ритм, он вливался в него и достать Ханагаки хотя бы кончиками пальцев становилось невозможным. Противников это злило, они старались ещё более усердно достать Такемичи, а сам герой весело смеялся и двигался быстрее. Поле битвы было для него словно танцпол, он выматывал противников, а там их уже добивали. Изменения, конечно, не остались незамеченными. Все спрашивали Такемичи, в какой момент он стал так хорош в бою, но Ханагаки, не желая раскрывать свой маленький секрет, пожимал плечами и говорил, что все противники двигаются как то медленно и неуклюже, что уворачиваться не так уж и сложно. Вдруг, в какой то момент, Такемичи понял, что ему чего-то не хватает для полного успокоения. Хочется петь и кричать. Хочется подать голос, хочется, чтоб его услышали. И Ханагаки не стал сопротивляться этому желанию. Он просто начал во время танца ещё и петь. Но его голос не вписывался во всё настроение песни, поэтому Такемичи захотел это исправить. Он читал вслух, делал разминку перед пением, дыхательную гимнастику, в начале старался стоять правильно, пел в каждую свободную минуту, если никого не было рядом. Старания дали свой результат. Оказалось, что его голос мог стать настолько приятным слуху, нужно было только время и тренировки. И это также как и танцы, дали свои плюшки в жизни гопника. Голос стал звонче и тверже, стало как-то легче уговаривать людей что-ли. Он стал подбирать нужные интонации, что этому голосу верили, даже если он нёс самые глупые вещи в мире. Но потом возникла другая проблема. Все песни и мелодии казались Такемичи какими-то… не такими. Они не подходили под его желания, не подходили к ЕГО ритму. Поэтому… - Боже Такемичи ты много хочешь! Никогда не замечал за собой такого рвения играть на музыкальных инструментах! Чем я вообще занимаюсь?! Кажется у меня была немного другая миссия! - говорил он сам себе. Но желание было сильнее. Причём… - Это же никому не вредит! Это пойдёт только мне на пользу! Я избавлюсь от нервозности и стану более спокойным. Стану ясней мыслить в конце концов!!! - это были единственные оправдания Такемичи уговорить своих богатых, находящихся вечно в командировках родителей, купить ему барабаны и электрогитару. Они были по началу удивлены этим желанием, ведь их сын никогда ещё не показывал желания заняться музыкой, но ведь это пойдёт ему только на пользу, верно? - Чем бы дитё не баловалось? - говорила мама Такемичи, - Действительно. - отвечал отец. Ну… теперь они там, где есть. По началу было сложно. Очень сложно. Такемичи старался, всё своё свободное время посвящал этим тренировкам. И спустя 2 месяца умел уже сносно играть на обоих инструментах. Не как профессионал, но чтобы угодить себе, этого было более или менее достаточно. И он был довольно счастлив. Мыслей не было, была лишь музыка. Это действительно помогало. Он стал менее нервным, более внимателен, как уже говорилось ранее, стал меньше получать по физиономии и вообще бросил курить. Он больше в этом не нуждался, а просто так вредить своему организму мало хотелось. Конечно, его проблемы не закончились, они остались и с каждым днём становятся всё серьёзней, но благодаря его маленькому утешению, справляться с ними стало немного легче. Но, конечно, долго оставлять это в секрете не представлялось возможным…

***

Вчерашний вечер был трудным. Очередная мелкая банда начала вытворять всякую дичь на территории Тосвы. Майки не стал этого игнорировать. Но эта группировка была не так проста как кажется. Конечно, не самые сильные противники с которыми Свастоны сталкивались, но постараться пришлось. У одного парня из этой банды оказался пистолет. Никто не знает, как он смог его достать, на вид ему где-то 15-16 лет. В таком возрасте, раздобыть оружие очень не просто. Но всё обошлось, последствиями этого стали только потрепанные нервы и испуг. Но не для Такемичи. Конечно, на него не раз направляли дуло пистолета, но в этот раз оно было направлено не на него. Он знатно перепугался за остальных членов банды. Придя домой, он осел на пол прям у двери и зарыдал. Он долго не мог успокоиться, ноги сами понесли его к барабанам. Взяв палочки в руки, он стал играть беспокойную мелодию. Играл до поздней ночи, опомнился лишь тогда, когда палочки стали выпадать из рук, а глаза закрываться. Сил осталось только на то, чтобы дойти до кровати и упасть на неё не двигаясь. На следующее утро Такемичи проснулся с опухшим лицом и красными глазами. Кое-как приведя себя в порядок, Ханагаки пошёл на кухню готовить себе завтрак. Не будет же он голодать. Поев, Такемичи взял в руки телефон, для того чтобы увидеть пришедшее от Майки сообщение: «Привет Такемучи!~ Сегодня у нас в 14:00 собрание капитанов и вице-капитанов, поэтому надеюсь ты не против если мы все соберёмся у тебя. До встречи, приготовь что-нибудь!))» Такемичи вздохнул и посмотрел на время. 13:18, отлично. Майки не мог пораньше предупредить?! Выбора не оставалось, кроме как взяться за готовку. Всем было известно, что Ханагаки прекрасно готовит. Время близилось к двум, когда Такемичи закончил и в дверь раздался первый стук. Открыв дверь, хозяин дома увидел высокого подростка со светлыми волосами и татуировкой дракона на виске, и блондина пониже с заплетённым сзади хвостиком. - Рад вас видеть ребята. - с легкой улыбкой Такемичи пропустил двоих в дом. - Взаимно! - ответил Майки. Доракен лишь угукнул. Вскоре, примерно через десять минут подоспели остальные капитаны и их заместители. Такемичи хотел было отвести их в гостиную, как Майки выказал странную просьбу. - Неа, я хочу чтобы собрание было в твоей комнате! - сказать, что Такемичи удивился, значит промолчать. Он уже хотел было согласиться и провести всех туда, но резко кое-что вспомнил. Чёрт. Первая причина не вести их всех в комнату: там по всему полу разбросаны листы с песнями, которые Такемичи пытался сочинять сам. И вторая, в принципе самая весомая причина: барабаны и гитара. Не было никакого желания, чтобы все узнали об этом. Нет, Такемичи этого не стыдился. Просто возникли бы вопросы, на которые отвечать не хочется и ребята точно заставят его что-нибудь сыграть. Поэтому нет. - Майки, чем тебе так не нравится гостиная? Там места побольше и все мы сможем усесться на диванах. А там придётся ещё и на полу устраиваться. Поэтому давай не надо… - но его нагло перебили. - Нет! Мы будем устраивать собрание в твоей комнате! Точка! - Что на тебя нашло Майки? Ну не хочет человек вести всех нас в свою комнату. Причём в гостиной и правда места больше будет. - вступился Доракен. Такемичи был готов накинуться на него с объятиями. - Согласен с Доракеном. Но так, мне без разницы. Мы должны быть уже благодарны тому, что нас хотя-бы впустили. Могли бы сейчас у храма сидеть и мёрзнуть. - подал голос Мицуя. Его Такемичи тоже захотел обнять. - Всё равно будем в комнате Такемучи! Ему же скрывать нечего! Ведь так? - Майки никого не слушая и игнорируя, вошёл в комнату. Такемичи уже хотел было закричать, чтобы он не делал этого, но уже поздно. Майки как стоял так и застыл. Это была всё та же комната, какую он и видел раньше, но с некоторыми изменениями. По всему полу были разбросаны какие-то листы бумаги, на столе тоже они были, а на кровати лежала гитара. В углу комнаты стояли барабаны. - Вообще-то, есть что. - запоздало заговорил Такемичи. - Вау… - вырвалось у всех, кто туда уже успел заглянуть. - Что там такого? - заинтересовано произнёс Баджи, который просто пришёл за компанию. После Кровавого Хэллоуина, Кейске решил держаться от всего этого подальше. Вскоре он тоже испустил вздох удивления, а после восхищения. - Такемучи! Ты когда успел на этих инструментах заиграть?! И нам почему не сказал?! - возмущено воскликнул Чифую. - Ну… а вы и не спрашивали… - пробормотал себе под нос названный. - Ого, гитара походу почти новая! - послышалось от братьев Кавата, которые уже успели зайти в комнату и расчистить себе путь среди этих листов. - Ахуеть! - со светящимися глазами рассматривал барабаны Хаккай. - А это чё? - подобрал один из листиков Пачин. - Тут на английском. - заглянув ему через плечо, произнёс Мучо. - Тут тоже. И походу на всех листках так, - вторил ему Санзу. - А нет, вот на японском. - А это что за язык? Какие-то символы непонятные… Впервые такой вижу. — заинтересованно произнёс Майки. - Это… русский! Пиздец, Такемичи, ты правда знаешь русский? Откуда?! — с широко открытыми глазами восхитился Доракен. - Кла-а-а-а-сс! - протянул Казутора, который также как и Баджи, пришёл за компанию - Как давно ты на них играешь, Такемучи? - Ребят, мне кажется мы сюда пришли немного с другой целью! - возмутился Ханагаки. - Согласен, где еда? Слышал ты вкусно готовишь. - подал голос Пэян. - Давайте-ка я сейчас уберу эти листы и мы начнём собрание. - быстро проговорил Такемичи. - Ты уберёшься, а потом сыграешь нам что-нибудь! - сказал, как отрезал Майки. - Да! - пронеслось со всех сторон. Такемичи тяжело вздохнул. - У меня, вероятно, нет выбора? Молчаливый кивок всех. - Ладно, мне терять уже нечего. - А что это за листы? - спросил Санзу. - Песни, которые я пытался сочинять. - признался нехотя Ханагаки. - Тут большинство на английском, ты хорошо его знаешь? - задал очередной вопрос Мучо. - В идеале. Родители заставляли учить с детства. - Поможешь мне с ним как-нибудь? Я ничего в нём не понимаю! - попросил Баджи. - Без проблем, мне не сложно. - лёгкая улыбка и Такемичи наконец приступил к небольшой уборке. - А русский ты откуда знаешь?! - не мог угомониться Доракен. - Да! - вторил ему Майки. - Да так… личный интерес. - Вот это у тебя интересы конечно…Когда всё было убрано, Такемичи сел за барабаны, так как большинство хотело услышать его игру именно на них. - Что вы хотите, чтобы я сыграл? - Вот это. - протянул один из листов Санзу. Такемичи бросил взгляд на листок, узнал песню и сказал, что он понял. Пару раз перевернул палочки среди пальцев, и начал играть уже долго сидевшую в голове мелодию. Nirvana - Smells like teen spirit Зазвучали первые биты песни, Такемичи мастерски бил по барабанам палочками, что остальные даже не могли оторвать от него взгляда. Load up on guns and bring your friends It's fun to lose and to pretend She's over bored and self assured Oh no, I know a dirty word Песня только началась, а остальные уже были заворожены. Голос Такемичи, его исполнение, всё это приковывало взгляд. Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello! Припев подходит к концу, а все остальные уже на грани обморока. With the lights out, it's less dangerous Here we are now, entertain us I feel stupid and contagious Here we are now, entertain us Многие из них не понимают ни слова, но откуда-то знают, о чём там поётся. Эта песня, она на самом деле очень подходила Такемичи. Они хотят, чтобы она играла у них в голове вечно. I'm worse at what I do best And for this gift I feel blessed Our little group has always been And always will until the end «Боже, пусть она будет играть на моих похоронах.» - пронеслось у каждого в голове. Слишком прекрасно. And I forget just why I taste Oh yeah, I guess it makes me smile I found it hard, it's hard to find Oh well, whatever, never mind Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello, how low? Hello, hello, hello! Музыка стихала, руки Такемичи опускались, а ребята всё никак не могли отойти. - Всё так ужасно что-ли? - с беспокойством спросил Ханагаки. - Когда я умру, сыграй мне это на похоронах. - с широко открытыми глазами и без привычной улыбки на лице произнёс Нахоя. - Поддерживаю. - не сговариваясь, хором произнесли остальные. Такемичи рассмеялся, но тут возник Пэян. - Это прекрасно, я хочу себе это поставить на будильник и на звонок, но когда еда? Тут уже рассмеялись все и решили всё же пойти поесть. Кажется, о собрании уже никто не помнит.