Любовь моя

      — Вечно вы деретесь, а мне потом твои раны зализывать, — недовольно сказал Польша, замазывая мазью царапину на лице Украины. — Чем это он тебя?       — Чем, чем! Ногтями, — усмехнулся пострадавший. Его парень покачал головой.       — Не надоело? Восемь лет подряд! Можно было уже сто раз помириться, — с видом мамочки проговорил Польша, осматривая Украину. Тот лишь улыбался.       — А может мне нравится, — засмеялся он. — Есть что-то в этом приятное.       — Что в драке может быть приятным? — недоумевал Польша, закрывая мазь. Слава богу, сегодня его любимый отделался простой царапиной на лице. Он так устал разнимать их с Россией, а потом часами читать лекции Украине, как можно было решить конфликт по другому.       — Когда потом ты замазываешь мне раны, — с придыханием молвил Украина. Это было его личным фетишем. Он обожал, когда за него волнуются, когда беспокоятся, ухаживают за ним. Нравилась и забота, коей его парень окутывал его с ног до головы, словно тёплым пледом.       — Дурик ты, — улыбнулся Польша. Он отложил тюбик с мазью на журнальный столик и взял крем для заживающих ссадин. — Так, что тут у нас?       Украина задрал рукав футболки оголяя плечо. На нём красовалась более старая отметина, оставленная Россией в прошлый раз. Польша нанёс на неё немного крема и размазал. Уже не щипало, но Украина всё равно поморщился. Его парень покачал головой.       — Я знаю, что не больно, — сказал он. Горе актёр перестал дурачиться и расслабленно откинулся на спинку дивана. Польша закрутил крем и сложил его обратно в аптечку.       — Ещё пару дней и заживёт, — сказал он. Затем обернулся и буквально столкнулся с Украиной. У того так горели глаза. Он точно что-то задумал!       — Ты мой спаситель, — промурлыкал парень, приближаясь. Они коснулись лбами и ощущали дыхание друг друга.       — А ты мой неугомонный разбойник, — и Польша нежно поцеловал возлюбленного. Они всегда целовались нежно и аккуратно, будто впервые. Губы поочерёдно накрывали друг друга, руки касались плавно, спускаясь от плечей до талии.       Они на миг забывали обо всём. Не было ничего и никого вокруг. Только они одни на этом сером диване. Только их сердца, бьющиеся в унисон. Только их руки, переплетающиеся меж собой. И только их сбивчивое дыхание на ухо друг другу.       — Обещай, что помиришся с Россией, — шепчет прямо в губы возлюбленного Польша. Украина кивает и толкает его на диван.       Поцелуи переходят на шею и он уже было стягивает с любимого футболку, как вдруг Польша резко перехватывает его руки.       — Ты помиришся с ним, — угрожающе говорит он, заглядывая в такие родные глаза. — А до этого ни-ни!       — Что? Это слишком жестоко! — воскликлицает недовольный Украина. Польша лишь хитро жмурится.       — Это будет тебе мотивацией, любовь моя.