Исчезающие сновидения Люциуса Малфоя

Люциус смотрел на золотистые волосы, которые разметались по подушке. На тихо посапывающую девушку. На немного курносый носик, подрагивающие пушистые ресницы, покусанные пухлые губы. Смотрел и не понимал, как такое вообще получилось. Прошло полгода с «победы света», полгода с того момента, как его каким-то чудом не оставили гнить в Азкабан, но зато обобрали до нитки. Нет, деньги у Малофеев, конечно, остались, ведь они их не хранили только в Гринготтсе. Только вот удар по состоянию всё равно был очень даже ощутимый. Полгода назад Малфои стали изгоями, а имя рода практически превратилось в нарицательное. Скользкие, хитрые, беспринципные ублюдки. Предатели, всегда ищущие своей выгоды. И полгода назад Люциус обратил внимание на златоволосую красавицу. Юную Шарлотту Розье. Девушку хотели обвинить в помощи родственникам-пожирателям, даже приписать убийства и пытки грязнокровок. Но в зале суда Шарлотта заявила, что находилась во Франции всё время войны, показала выписки со счётов, доказала, что не помогала тёмным ничем. Призвала в свидетели прислугу (девчонка не любила домовых эльфов). А потом, когда всё это не особо помогло (хотя всем было понятно, что по какой-то причине кто-то хочет её просто потопить), Розье поклялась магией. А после, глядя в глаза дяди, Эльфиаса Розье, который свидетельствовал против неё, публично отреклась от семьи, сказав, что ничего общего с этим Волдемортовским псом она не имеет. В итоге, когда все уже поняли, что в Азкабан девчонку отправить не получится, было выдвинуто предложение отобрать палочку и запретить въезд в Британию. Только тогда Шарлотта потеряла хладнокровие, раскрыла папку с доказательствами невиновности, демонстративно задрала рукав и начала перечислять имена тех, кого отпустили даже с большими обвинениями. — Теодред Нотт, Игнатиус Кребб, Эрнест Гойл, Энтони Пьюси, Эдриан Пьюси, Корбан Яксли, Маркус Флинт, Грэхэм Монтегю, Люциус Малфой, Драко Малфой… — Что вы этим хотите сказать? — Что ваша система, с чего-то вдруг называемая «правосудием», за доказанное служение Волдеморту, за нападение на Хогвартс, за гонение гр… магглорожденных максимум назначила штраф. А за домыслы и смешные обвинения хотите лишить магии? Изгнать из родной страны? Даже Пожиратели не устраивали такие смешные суды. У них было обвинение в грязной крови, у них были доказательства. — Поддерживаете их…?! — Нет. Но раз есть закон, то почему вы этого закона не придерживаетесь? Почему основываетесь лишь на словах убийцы, насильника и смертника, который перед поцелуем решил потопить вместе с собой как можно больше людей? Слизеринцы — хитрые ублюдки?! А гриффиндорцы — справедливые? Где же ваша справедливость, господин Верховный Чародей? Где ваша справедливость, господин главный судья? А что вы опустили глаза, Герой Магической Британии, мессия света? — Достаточно, мисс Розье… — Ну уж нет. Это у вас называется суд? Это — фарс, господа. Может вы ещё Гарри Поттера судить будете? А то он человека убил и банк ограбил. А ещё в Министерство вломился два раза и разрушил Отдел Тайн. Ещё можно судить вас, министр. Вы ведь Аваду использовали во время битвы за Хогвартс. Хотите сказать нет? А откуда тогда убитые ею Пожиратели? Школьники резвились? — Мисс… — Я требую справедливости! Дайте мне хоть одно доказательство, я сама дементора поцелую. А на нет и суда нет, господа. Или мы специально выдворили журналистов, чтобы об этом позоре не узнал народ? К концу заседания от выводов и предложений Шарлотты даже у интригана и мастера словесных кружев Люциуса Малфоя знатно прокипели мозги. А итогом стало то, что Розье публично были принесены извинения и выплачена компенсация за проведённые дни в камере и испорченную репутацию. Именно тогда Люциус обратил внимание на девушку. Причём, что странно, крайне молодую девушку. Как оказалось, переиграть весь Визенгамот смогла двадцатилетняя девчонка. Как потом уже собрал сведения Малфой — выпускница Школы Магических Искусств Российской Империи. Ритуалист и, по неподтверждённым данным, маг крови. Бывшая наследница всего состояния некогда многочисленных Розье. А ныне не имеющая никакого отношения к этому роду (кроме фамилии) девушка, которая не смотря на это, осталась богатейшей невестой не только магической Британии, но и Франции, и России. У Люциуса именно после этого появилось дикое желание разгадать тайну под именем Шарлотта Розье. Разгадать её разум, её силу и её никому неизвестные источники дохода. Это стало якорем для аристократа, который одним днём потерял практически всё. И статус, и деньги, и жену, которая уехала во Францию, и сына, который больше не желал иметь с отцом ничего общего. И, что удивительно, Шарлотта сама показывала своё благоволение Люциусу. Принимала его приглашения в рестораны, в театр, благодарила за подарки. Только вот Малфой то и дело замечал в её глазах какую-то апатию, безразличие. Он точно мог сказать, что девушке нравится его внимание, но также точно, что девушке всё это совершенно не важно. Тем удивительнее стало то, что Шарлотта приняла спонтанное приглашение Люциуса посетить его менор. Малфой даже не сразу это понял. Ведь такое предложение для незамужней и никак не связаной с ним дамы, должно было и вовсе показаться оскорблением. А уж его принятие… — Это крайне неожиданно, мисс Розье, но я очень рад, — поцеловал Люциус руку девушки. — Бросьте, лорд Малфой, — усмехнулась Шарлотта, — я приняла ухаживания женатого человека, вы думаете, это сможет ещё больше испортить мою репутацию? Малфою оставалось лишь восхититься. И продолжать это делать. Ведь принятие приглашения в менор давало ему право делать довольно явные намёки… Только вот девушка их каким-то образом сводила к обычным разговорам, вину и играм в карты. Да, она играла в карты с лордом Малфоем, который раньше себе не позволял даже думать об этом. Целый месяц Люциус, сам не зная почему, изливал Шарлотте душу, запивая откровения алкоголем и проигрывая желания девушке. Что самое забавное, они и правда играли в карты на желание. Только вот по невысказаннному договору все желания были… — Шарлотта, свяжешь мне свитер? — Люциус, это твоё желание? — рассмеялась Розье. — Да. — Тебя не смущает, что я не умею вязать. — Думаю, прекрасная леди прекрасна во всём, — на это девушка лишь фыркнула. — Люциус, заплети мне волосы. — Что? — Хочу косички, — надула губки Розье. — Шарлотта, сделаешь мне такой же амулет? — Ты про клевер из зуба трехглавого дракона? — Трехглавого дракона? — Да. Заговоренный ежемесячными ритуалами при помощи магии крови… Уверен? — Это моё желание, — кивнул лорд Малфой. — Хочу фамильные серьги. — Ты серьёзно? — Серьёзнее некуда. Эти… кхм… лишили меня драгоценностей Розье. Хочу Малфоевские. Таким образом, повышая ставки, Шарлотта и Люциус не переходили черты, но каждый раз отрывали друг от друга всё больше, проникали в мысли друг к другу всё глубже. Малфой обзавёлся ещё и русским перстнем-проводчиком, статуэткой с неизвестными свойствами (Шарлотта отказалась их называть, но поклялась, что вреда не принесёт), научился готовить пирог с ягодами, узнал о некоторых ритуалах на крови и приобрёл доступ к камину в поместье Шарлотты (это тоже было желанием). Розье получила несколько родовых украшений, парочку причёсок от самого лорда Малфоя, почтового ворона, узнала историю рода (она просто так никогда не открывалась посторонним), познакомилась с Драко (от этого желания Люциуса до сих пор передёргивает), получила свитки по нескольким заклинаниям и, конечно же, доступ в Малфой-менор. А потом, Люциус всё больше и больше стал замечать какую-то грусть во взгляде Шарлотты. Она немного уменьшалась во время их встреч. Но даже когда девушка смеялась, грусть не уходила полностью. — Обо мне заботится сам ледяной лорд! — лишь усмехнулась Розье, когда Малфой решил поинтересоваться о её делах и возможных проблемах. Сделал он это не напрямую, но всё равно нарвался на смех и молчаливый укор во взгляде. — Ты выйдешь за меня? — спросил Люциус у сидящей напротив девушки. — Разве у тебя нет жены? — подняла бровь Шарлотта. — Для развода надо лишь подписать документ. — Не надо, Люциус. Это не принесёт тебе ничего, кроме разочарования и проблем. — Я уже Пожиратель, предатель и просто тёмный маг, Шарлотта. Не думаю, что проблем может быть ещё больше. — Люциус, просто поверь мне. И Люциус поверил. Но не сдался. Он лишь ещё сильнее захотел заполучить девчонку. Ещё сильнее захотел узнать её секреты. И вот, в очередной раз она пришла к нему с улыбкой на губах. Если бы Малфой не был таким внимательными, он бы и не заметил слишком сильной бледности и уже не просто грусти, а какой-то боли и отчаяния в глазах. Розье отлично это скрыла косметикой, усмешками и подколами. — Не расскажешь? — через какое-то время бесполезных попыток развести на откровения, устало поинтересовался Малфой. — Нет, Люциус — улыбнулась Розье, — поцелуешь меня? И сейчас, сиятельный лорд Малфой никак не мог понять, каким образом его жизнь так перевернулась. Вместо того, чтобы беспокоиться о себе, о своей репутации и о деньгах, он уже с полчаса смотрит на золотые локоны и размышляет над поведением девчонки. Что-то в ней было не так… Только вот что? Что бы там ни было, но их отношения продолжились. Розье приходила каждый день. Они много разговаривали, посещали различные мероприятия. Даже летали на мётлах (конечно, сиятельный лорд был против этого). Только вот больше ни разу Люциус не заставал девушку в своей постели утром. Как бы чутко он не спал, как бы рано не просыпался… Шарлотта просто исчезала, оставляя после себя помятые подушки и стойкий запах лаванды. В очередной вечер лорд Малфой сидел в излюбленном кресле окна, задумчиво вертел в руках бокал и с лёгким волнением колдовал Темпус каждые пять минут. Пару раз ему казалось, что камин вот-вот загорится зелёным пламенем, и оттуда выйдет улыбчивая блондинка. Но время шло, за окном показался закат, а девушки всё не было. Люциус сам не заметил, как, измученный ожиданием, заснул. А утром, первым делом, он аппарировал к хорошо знакомому поместью. Малфой удивлённо моргнул и огляделся. Всё верно, он оказался где нужно. Напротив кованные ворота, сзади лес, в далеке на холме виднеется деревушка… Только вот за воротами вовсе не прекрасный особняк из белого камня, не парк с цветами невообразимой красоты и фонтанами. За воротами руины величественного поместья. Заросший сад. Разрушенный ангел на фонтане. Будто бы всё то великолепие здесь было не меньше чем пару веков назад. Будто бы и не было тех прекрасных вечеров на террасе, не было прогулок верхом, полётов. — Шарлотта, — растерянно позвал Люциус. Но никто ему не ответил. Лишь на мгновение показалось, что где-то вдалеке раздался радостный смех девушки. И всё затихло. Лорд Малфой долго искал. Собирал информацию. Даже легенды читал. Только вот все документы говорили о том, что Шарлотта Розье умерла за неделю до того, как исчезла. Умерла прямо в министерстве, предварительно завещав всё своё имущество Люциусу Абраксасу Малфою. Спустя полгода после пропажи Шарлотты Люциус растерянно смотрел на огромный сейф с миллионами галлонов и тысячами различных артефактов и украшений. Ему было страшно даже дотронуться хоть до чего-нибудь, даже зайти. Но вот, взгляд зацепился за одиноко лежащий листок: «Приют Марии. Лондон. Мелисса Малфой-Розье» И на обратной стороне: «Сны всегда заканчиваются, но обязательно оставляют что нибудь после себя».