Встречи и расставания

      Самолёт с лёгкостью преодолевал облачные покровы, которые так напоминали сладкую вату. Облаков было много, так что можно было предположить, что внизу идёт дождь, даже не узнавая прогноза погоды. Молодой человек в нетерпении вглядывался в серую неопределённость, но ничего не мог разглядеть, кроме неясных силуэтов. Молодой человек всматривался в них и представлял свою родную деревню, своего деда, единственного родственника, оставшегося у него. Ещё немного, и он встретится со стариком.       А пока самолёт продолжал посадку. Несколько раз он поворачивал налево, потом направо, постоянно снижая скорость, немного потряхивало. Осталось совсем немного, и вот! Шасси коснулись родной земли. Двигатели работали ещё некоторое время, самолёт приступил к рулению по асфальтированным полосам. По заведённой привычке многие пассажиры довольно разных национальностей вскочили с мест, чтобы забрать вещи с верхних полок. Но не молодой человек, который пять минут назад рассматривал облака в окно самолёта. Он продолжал сидеть спокойно, наслаждаясь редким моментом прилёта на родину. Слишком долго в этот раз он отсутствовал на родной земле.       Выйдя из здания аэропорта, молодой человек вдохнул полной грудью родной воздух. Он был сырым от мелкого дождя, с небольшой долькой выхлопных газов и такой привычный и дорогой. От удовольствия он даже прикрыл глаза на секунду.       Но прохлаждаться было некогда, и молодой человек отправился в сторону автобусной остановки, чтобы добраться из Инчхона в Сеул. Можно было взять машину напрокат, но он сильно устал, чтобы вести автомобиль. Лучше уж надеть медицинскую маску и надвинуть кепку на самые глаза, ведь его могут узнать.       Молодой человек посмотрел на валяющуюся на асфальте газету, раскрытую на разделе спорта. "Корейский защитник Юн До Гын переходит в английский клуб..." На фотографии пресс-конференции красовался футболист в сером костюме, его правая бровь была рассечена, что придавало особого очарования, губы слегка улыбались, косая чёрная чёлка спадала на глаза, столь узкие, как у других представителей его национальности.       Молодой человек улыбнулся. Статьи такого характера будут появляться в газетах ещё неделю. Читать про себя у него не было никакого желания, и он сел в автобус.       Следующий маленький раздел содержал информацию о победителе в национальном турнире по падуку. Фотографий там не было, но имя, выделенное жирным шрифтом всколыхнуло воспоминания внутри, но через секунду забылось. В маленькой статье было написано про победу Пак Чхан Ги.       Юн До Гын добился успехов в футболе за короткое время, и теперь мог сказать, что он взобрался на футбольный Олимп. За всё это он мог благодарить только своего первого тренера, к которому он сейчас ехал. Заранее договорившись о встрече с ним, До Гын приехал в гостиницу, где проспал беспробудным сном несколько часов. Потом отправился в ресторан 8 PM & 8 AM. Было уже далеко за полдень, но тренер опаздывал. До Гын знал, что задержать его может только усиленная тренировка со школьной командой, и не винил его в этом. Вместо этого футболист сделал заказ и начал смаковать национальную кухню.       - Давно не виделись! - раздался голос сзади, и До Гын почувствовал сильный хлопок по спине. Обернувшись, он увидел Квон Хо.       - Тренер! - обрадовался До Гын и встал, чтобы пожать мужчине руку.       - Да-да, - подтвердил тренер, потом снова принялся хлопать по плечу своего воспитанника. При этом мужчина сдержанно улыбался. - Спасибо, что не забываешь старика.       - Своего первого тренера я не забуду никогда, - улыбнулся Юн До Гын. - Как вы?       И потекла плавная беседа учителя и ученика, разбавляемая острой пищей и стаканчиком соджу. Тренер работал как всегда. Такие же дети, как и самая первая команда До Гына, выматывались по полной под указаниями тренера. Квон Хо, как и прежде, весьма нелестно отзывался о своих учениках, но глаза его теплели при упоминании о них. Юн До Гын ограничился лишь последними новостями о своём переходе в другой клуб. Он никогда излишне не гордился своими достижениями. С возрастом До Гын стал менее разговорчив. Несколько лет назад такого и представить было невозможно. Но жизнь за границей немного изменила его.       Встреча с первым тренером закончилась поздно и оставила только приятные впечатления. Много историй, много побед и поражений вспомнили Юн До Гын и Квон Хо.       - Ты не хочешь встретиться с Пак Чхан Ги? - спросил тренер, когда он и молодой человек уже прощались на улице. - Ты же когда-то жил у него...       - Может быть, - обтекаемо сказал До Гын.       На самом деле он обдумывал это уже давно, прикидывая все "за" и "против". Давний знакомый, старый друг, человек, с кем он когда-то делил постель. Всё это До Гын пытался забыть и в то же время хранил где-то глубоко в сердце. Но он не хотел ворошить прошлое, причём он слышал от Чхве Мин Хона, ещё одного своего бывшего товарища по команде, что Чхан Ги женился и теперь его жена всячески им управляет.       Всё-таки До Гын склонялся к тому, чтобы не тревожить лишний раз дела давно минувших дней, а без лишних помех отправиться к своему деду. Но не всё всегда выходит, как было запланировано. И этот вечер как раз оказался одним из таких. До Гын уже стоял около дороги и набирал номер, чтобы заказать такси, как около него остановилась дорогая иномарка, автомобиль не последнего десятка. Сначала молодой человек не обратил внимания на это, но из машины вышел человек в дорогом костюме, с залакированными назад волосами, старше него самого года на три.       - Юн До Гын, ты ли? - спросил только что подъехавший человек.       Молодой футболист поднял голову и увидел того, кого хотел и одновременно не хотел встретить. Неужели его мысли обрели зримый образ? Перед ним стоял не кто иной как Пак Чхан Ги и улыбался, хотя улыбка его была довольно натянутой. Чхан Ги немного обнял бывшего товарища и похлопал по спине.       - Не ожидал тебя здесь увидеть, - сдавленно произнёс До Гын.       - Скорее я должен сказать это тебе! - посмеялся Чхан Ги.       Из машины вышел ещё один человек. Это была молодая женщина, одетая в дорогое платье и в меховой накидке.       - Ты ещё долго? - недовольно спросила она, подойдя к двоим.       - Уже иду, - обратился Чхан Ги к женщине. - Давай встретимся завтра, вспомним былое? - с этими словами он вновь повернулся к До Гыну.       Игрок английской премьер-лиги только вздохнул и мысленно попрощался с планами отправиться в Тхэан на следующий день. Он бы мог и отказаться, но приличие, а главное - личное желание не позволяли этого сделать. До Гын хотел узнать, насколько изменился Чхан Ги, каким человеком теперь стал. И в следующую секунду он ответил:       - Давай встретимся. Можно в этом же ресторане, - До Гын обернулся и указал рукой на заведение.       - Договорились! - Чхан Ги пожал руку бывшему товарищу. До Гын обратил внимание на его длинные изящные пальцы. Ещё бы! Чтобы переставлять чёрно- белые камни нужно было иметь только такие пальцы. - Я бы тебя подвёз, но...       - Да ничего, - тут же ответил До Гын, не дождавшись продолжения фразы. - Я тут недалеко.       После этого короткого разговора Пак Чхан Ги и его жена уселись в машину. До Гыну оставалось только смотреть им вслед. Потом он опомнился и набрал номер такси. Оранжевая машина подъехала незамедлительно, и До Гын наконец, поехал в отель, за его дверями оставив прожитый день, промозглую сырость и навалившуюся усталость. Было ещё сложно привыкнуть к местному часовому поясу. Прошлую ночь До Гын провёл, бессмысленно уперев свой взгляд в тёмный потолок, потому что для него это было дневное время. Но в эту ночь он просто должен был заснуть вовремя!       Но и в этот раз До Гыну пришлось переворачиваться в постели с боку на бок. Теперь он думал о том, как вести себя при завтрашней встрече со своим бывшим товарищем. Беседовать, как ни в чём не бывало или?..       Впрочем, светская беседа выглядела лучшим вариантом встречи со своим бывшим соседом.       Именно с этой мыслью и с лёгким сердцем Юн До Гын закрыл глаза и заснул.       Следующий день разительно отличался от предыдущего. Через тонкие занавески настойчивые солнечные лучи протягивали своих блестящих посланцев. Но, несмотря на упорство солнца, До Гын ещё долго не желал просыпаться, утром досматривая сон о далёком прошлом, слова о том, что если он не оторвёт свою голову от подушки, то они опоздают в школу. Когда футболист всё же проснулся, будто ещё слышал голос Чхан Ги, будящий его. Это было так давно...       Перед встречей с Чхан Ги молодой человек решил скоротать время на прогулке по родным запутанным узеньким улочкам. Многие места изменились, некоторые здания перестроились, но остался тот дух, что был присущ только этому городу, и До Гын наслаждался этой атмосферой громких женских возмущений и свежих песен отечественной музыки. Кому-то это может показаться надоедливым, но не для человека, который приехал в родные края после полугодового отсутствия.       До Гын и не заметил, как стрелки часов подкрались сначала к полудню, потом плавно переместились дальше. Уже подходило время встречи, и нужно было двигаться в сторону ресторана, в котором он и Пак Чхан Ги договорились встретиться.       Солнце давно перевалило на другую половину неба и по золотой лестнице медленно начало спускаться к горизонту. До Гын посмотрел на часы и еле заметно вздохнул. Он гулял довольно долго, но не забывал о том, что нужно не показывать своё лицо полностью, ведь тогда его могли узнать. Иногда такая конспирация заставляла его думать о том, что он не знаменитый футболист, а всего лишь преступник, скрывающийся от полиции. В который раз он пожалел, что не взял машину напрокат. Определённо, этим стоит заняться после встречи с Чхан Ги.       А сейчас нужно было не опоздать на эту самую встречу. Сесть на автобус до парка Ёнсан, потом пройти по дороге Ичхон семьдесят один, и вот ресторан на берегу реки Хан. До Гын пришёл немного раньше назначенного времени, но это было даже кстати, потому что он мог отдохнуть после долгой прогулки и при встрече не выглядеть таким уставшим. Он сидел в комнатке для особых гостей, чтобы любопытные взгляды не тревожили его. Хозяин ресторана Ким Чонсу предлагал футболисту разные вкусные блюда, но До Гын ограничился лишь стаканом воды и бургером. Перед такой знаменитой личностью Чонсу даже поклонился ниже обычного, что весьма смутило До Гына, и он сам начал раскланиваться перед хозяином сети ресторанов, человеком не менее известным, чем он сам.       - Привет, До Гын, - послышался знакомый голос сзади. До Гын как раз доедал последний кусок сделанного им заказа. От неожиданности молодой человек немного поперхнулся.       - Привет, - сказал он, оборачиваясь и утирая рукавом рот. До этого До Гын смотрел через большое окно на Ханган.       Сегодня Чхан Ги был во всём светлом. Светло-бежевый лёгкий костюм, светлые ботинки… Было такое чувство, что после встречи с бывшим товарищем по команде знаменитый игрок в падук собирался на ещё одно мероприятие.       - Это я опоздал, или ты раньше пришёл? – усмехнулся Чхан Ги, усаживаясь напротив футболиста. Сегодня его причёска была не столь экстравагантна, и лака на волосах не было. Сегодня Чхан Ги выглядел привычнее, чем в прошлый раз.       - Я пришёл раньше, - ответил о Гын. – Ты сегодня один? Без жены?       В ответ на это Чхан Ги лишь кивнул и принялся изучать меню, хотя прекрасно знал, что хочет заказать. Обычно, приходя в этот ресторан, он заказывал Айнтопф. В последнее время он пристрастился к немецкой кухне, за что незаметно прибавил несколько килограммов.       - У тебя красивая жена, - решил соблюсти правила приличия До Гын и сказать комплимент по отношению к жене Чхан Ги.       - Да… красивая, - подтвердил игрок в падук и перелистнул страницу меню. – Рассказывай, как твои дела? Я читал, что ты перешёл в английский клуб, хотя контракт был не такой выгодный. Там лучше, чем в Германии?       Казалось, Чхан Ги был в курсе всей профессиональной деятельности До Гына за последние месяцы. Тот и не ожидал, что Чхан Ги продолжает так сильно интересоваться футболом.       - Просто захотел поменять что-то… - рассеянно ответил До Гын. – Да и в Германии контракт как раз подходил к концу. Вот я и подумал…       - Хорошее решение, - одобрил Чхан Ги. – Ты всегда был способным защитником, с самого начала. Ещё тогда, когда мы были в Янчхонгу…       - Да и ты был неплох, - ответил До Гын. – А помнишь, как нас там закрыли в раздевалке братья Чхве?       - Конечно, помню! – засмеялся Чхан Ги.       Небольшая заминка в разговоре пропала бесследно, и они стали напоминать простых старых добрых друзей. Шли минуты, проходили часы, а они всё вспоминали случаи из того далёкого, но такого дорогого прошлого. До Гын рассказывал некоторые новости из жизни своих коллег по футболу, говорил о последнем матче национальной сборной и их бывшем капитане, а Чхан Ги рассказывал о тех бывших товарищах по команде, которые решили в дальнейшем не связывать свою жизнь с таким нелёгким занятием. Удивление До Гына каждой новости из жизни бывших товарищей по команде было неподдельным и совершенно искренним. Его глаза округлились, когда он услышал, что Но Ыль Квон стал писателем, а У Джи Чин давно разъезжает по всему миру выступая с оркестром.       Вместе с новостями лилось и дорогое вино, хмель давно ударил в голову, разговоры стали более откровенными. До Гын уже перестал дёргаться, когда рука Чхан Ги случайно задевало плечо младшего товарища. Он и сам иногда одобрительно похлопывал по плечу Чхан Ги.       Это непринуждённое общение длилось, пока Чхан Ги не перехватил руку До Гына, продолжая удерживать. Глаза младшего товарища стали широкими от удивления, но руки он не отнял.       - До Гын, я скучал, - тихо сказал Чхан Ги. – Все эти годы я скучал и очень жалел, что ты тогда ушёл из моей квартиры, мне нужно было тебя остановить.       - Что ты… - начал было До Гын, но договорить не успел. Жаркий поцелуй был запечатлён на его губах, и он уцепился за воротник Чхан Ги, будто хотел таким образом вернуться на несколько лет назад и всё исправить.       - Я пытался сдержать себя, - сказал Чхан Ги, отстранившись от своего товарища. – Но не смог. Хоть на одну ночь разреши мне…       Слова снова остались несказанными и Чхан Ги опять впился в губы своего некогда любовника. Их никто не видел, никто не мог им помешать, но в какой-то момент действия стали настолько откровенными, что продолжать дальше было совестно в этом заведении. И сбивчиво поблагодарив одного из двух владельцев ресторана, они ушли в ближайший отель, чтобы хоть ненадолго остаться наедине.       Нежные прикосновения, настойчивые поглаживания, грубые поцелуи… Всего этого так не хватало! Прошло столько лет, а тела обоих так и тянулись друг к другу. Алкоголь освобождал от оков здравомыслия, и они, наконец, смогли позволить себе всё, что так хотелось.       - Как же твоя жена? – оторвавшись от губ Чхан Ги спросил До Гын.       - Проведёт эту ночь одна, - не задумываясь, ответил игрок в падук. – Скажи лучше, где ты хочешь: на диване или кровати? А может, прямо здесь?       - На кровати… - эхом откликнулся До Гын.       Навряд ли у них было время обращать внимание на окружающую обстановку номера в гостинице Тоёко, довольно дешёвой, но они выбрали эту гостиницу не из экономии. Она просто была близко, всего несколько кварталов. Да и кроме упомянутых Чхан Ги предметов мебели был лишь холодильник и старенький телевизор.       Желание До Гына было учтено, и через несколько секунд Чхан Ги повалил младшего товарища на мягкую перину, нависнув над ним. Оба уже были возбуждены, и оставалось только снять оставшуюся одежду в виде брюк на одном и джинсов на другом мужчине. Рубашка До Гына как ненужный элемент свисала с локтей.       - Не могу ждать, - прошептал Чхан Ги и быстро снял джинсы со своего любовника. Тратить время, чтобы раздеться самому, он не хотел и просто расстегнул ширинку.       В этот раз всё проходило так, как и должно быть. Этот раз совсем не был похож на те, что были так давно, когда они были в старшей школе, и До Гын сначала думал, что Чхан Ги таким образом берёт с него плату за жильё. В этот раз Чхан Ги был заботлив и учитывал каждую деталь, будто хотел продлить каждую секунду близости, которая настала так внезапно. Он вошёл в такое желанное тело своего бывшего сожителя, о котором тосковал так долго. На подготовку времени тоже не хотелось тратить, к тому же Чхан Ги почувствовал, что не так уж и узок был его любовник, видимо, в Германии у него был партнёр для таких занятий, но на это ему было плевать, ведь сейчас До Гын полностью его. До Гын же ухватился за его плечи так крепко, будто никогда не хотел отпускать. Чхан Ги смотрел на лицо парня под ним, и ему вдруг показалось, что действительно вернулись те дни, когда они жили вместе, и под ним был тот юный боязливый паренёк, приехавший из деревни в столицу.       Воспоминания, перемешанные с удовольствием, накатывали всё чаще. До Гын царапал спину Чхан Ги, а тот в ответ на такие действия входил в него всё чаще и глубже, заставляя младшего сдержанно стонать. До Гын не стеснялся таких проявлений чувств, но он не хотел показать себя полностью подчинённым власти Чхан Ги. Он лишь подавался навстречу, чтобы усилить иллюзию единства, чтобы эта ночь длилась как можно дольше и запомнилась навсегда. Чувства от близости он вымещал на простыне, сминая её правой рукой.       В какой-то момент До Гын простонал громче, а Чхан Ги немного выгнулся, и футболист почувствовал, как внутри разливается что-то тёплое. Сам он кончил тоже, и теперь низ живота и простынь были немного испачканы, но оба на это не обращали никакого внимания. Чхан Ги ещё немного оставался в таком положении, не спеша выходить из тела своего любовника. Только через полминуты он перекатился на бок и лёг рядом с До Гыном. Они ничего не говорили друг другу, слова были лишними.       - Там… - всё-таки начал Чхан Ги, разрушая волшебную тишину, - у тебя был кто-то?       - Да, - просто ответил До Гын. В подробности он не вдавался. – А у тебя?       - Бывало, - так же просто сказал Чхан Ги. И конечно, он имел в виду не свою молодую жену.       До Гын не хотел говорить своему бывшему сожителю, что в Германии он встречался с мужчиной, сотрудником компании и к футболу не имеющим никакого отношения. Может быть, именно из-за расставания с этим мужчиной До Гын решил заключить контракт с английским клубом. Чем-то тот немец напоминал ему Чхан Ги.       И Чхан Ги тоже не собирался говорить о том, что женился на той женщине он чисто по договорённости и расчёту, что до свадьбы и несколько раз после неё он снимал себе парнишку, в каждом лице пытаясь найти черты До Гына. Но поиски не увенчались успехом. Он пытался снова отыскать До Гына так долго, и вот он, момент, когда Чхан Ги снова нашёл его, похожего на милого щенка на дороге. Только обстоятельства и обязанности были другие.       Так они и заснули, без лишних слов, просто обнимая друг друга, как это было когда-то.       Утром ни Юн До Гын, ни Пак Чхан Ги никуда не хотели спешить, ведь куда лучше было поваляться в постели и понежиться в почти ощутимой близости друг друга. Первым проснулся Пак Чхан Ги и долго любовался лицом своего давнего сожителя, который как всегда был не прочь поспать подольше. Игрок в падук еле ощутимо провёл пальцами правой руки по щекам любовника, его бровям, губам... До Гын совсем не реагировал на прикосновения. Когда электронные часы показали одиннадцать, Чхан Ги всё же решил прибегнуть к более решительным мерам и потряс футболиста за голое плечо.       - Юн До Гын! - сказал он. - Если ты не оторвёшь свою голову от подушки...       - То мы опоздаем на уроки? - сонно продолжил До Гын, потягиваясь.       - Нет, - улыбнулся Чхан Ги. - Просто нам придётся оплачивать ещё один день в этой гостинице.       Со вздохом До Гын опустил свои ноги на прохладный пол и ещё так немного посидел. Чего он ждал и о чём думал? Чхан Ги не знал. Он просто приблизился к любовнику и обнял со спины.       - Не хочешь после вчерашнего в душ? - ненавязчиво спросил Чхан Ги.       До Гын просто кивнул и направился в душевую комнату. Чхан Ги пошёл за ним. Как и тогда До Гын во всём слушался своего хёна. Это нравилось Чхан Ги и одновременно нет, потому что он знал, что за таким беспрекословным послушанием До Гын скрывал свои истинные мысли.       Несмотря на тесную комнату гостиницы, на размеры душевой комнаты владельцы не поскупились. Вдоль стены стояла ванна, а в конце комнаты – огороженный стеклом душ, где по количеству кнопок можно было догадаться о множестве функций душевой лейки. До Гыну не нужно было раздеваться, потому что ночью он не потрудился надеть на себя хотя бы что-то. Он зашёл в душевую комнату и включил воду, откуда тут же полились тугие струи горячей воды. Слишком горячей, заметил бы Чхан Ги.       Самому Чхан Ги пришлось сначала снять с себя и аккуратно сложить гостиничную пижаму, которую он надел перед сном. Всё-таки привычка, выработанная за столько лет, взяла своё и не позволила окончательно потерять голову от занятия любовью с тем, о ком он так долго мечтал. Зайдя в душевую кабину, Чхан Ги снова обнял своего любовника. Теперь их обоих обвивала мягкая вода. Теперь их члены тёрлись друг о друга, отчего незамедлительно отреагировали.       Юн До Гын совсем не удивился, когда в душевую кабину к нему зашёл Чхан Ги. Наоборот, он даже ждал этого. Вчерашней ночи ему было мало, он хотел, чтобы Чхан Ги снова взял его, на этот раз не стесняясь применить силу. О, как он хотел того, что когда-то не случилось у него в квартире. И он сам активно предлагал себя, хотя Чхан Ги ещё стеснялся пойти на такие откровенные шаги.       - Долго будешь ещё ждать? – спросил в конце концов До Гын, повернувшись к Чхан Ги спиной и опёршись обеими руками в стену.       - Снова хочешь? – для порядка удивился Чхан Ги, но навряд ли уже мог терпеть, и в следующий момент…       В следующий момент Чхан Ги обвил руками До Гына и вошёл в него без особых предупреждений. До Гын немного прогнулся, но с готовностью принимал в себя хёна. Он шумно выдыхал, но вряд ли это было слышно из-за шума воды. Чхан Ги же спокойно и методично вставлял ему, постепенно ускоряясь. Капли воды словно танцевали вокруг двоих, и пальцы До Гына слегка поскрёбывали по холодному кафелю. Стекающая вода скрывала их от посторонних глаз, плеск заглушал порой вырывающиеся стоны из губ До Гына. Рука Чхан Ги скользнула по груди любовника, по его животу, нащупав возбуждённую плоть, и начала водить вверх вниз. Тут уж До Гын не выдержал и кончил с громким вздохом, чуть ли не усевшись на пол от одолевших чувств. Вода смыла преступные следы с руки. Чхан Ги ещё некоторое время входил в юное тело, очень быстро, потом кончил тоже, насаживая на себя ослабевшего До Гына.       - Я тебя… - тихо начал Чхан Ги, но До Гын ему не дал договорить.       - Не сейчас, - прервал он хёна. Меньше всего он хотел слышать признание в любви, ведь скоро он уедет, а уехать он хочет без сожалений.       Вместо слов Чхан Ги прикусил мочку уха До Гына.       Вода всё так же скользила своими струями в пространстве душевой кабины, ударяясь о невидимую стеклянную преграду.       Завтрак было решено заказать через фирму доставки, чтобы ещё немного продлить момент полного единения, которому никто не смог бы помешать. Пак Чхан Ги вспомнил старые деньки, когда к нему в квартиру точно так же привёз съестной заказ будущий капитан их команды. До Гын подхватил эти воспоминания, и поток прошлых картинок возобновился опять. Казалось, сделать прежним разговорчивым пареньком До Гына только и способны эти старые воспоминания, поэтому Чхан Ги принялся напоминать ему обо всех мельчайших подробностях их командной жизни.       Всё было прекрасно, и солнце ярко освещало дешёвый гостиничный номер, так, что приходилось жмуриться, но…       - Мне пора, - сказал До Гын фразу, которой так опасался Чхан Ги.       Футболист доел последний кусочек пиццы и принялся собирать свои скудные пожитки. Чхан Ги грустно смотрел на эти сборы. Всё же теперь у обоих жизнь не текла в одном русле, и рано или поздно они должны были разойтись.       - Я провожу тебя, - сказал Чхан Ги, когда его любовник полностью собрался.       - Не стоит, - возразил До Гын, немного обернувшись около двери. – Мне надо сначала заехать в свой номер, а потом сразу поехать в Тхэан.       С этими словами футболист оставил Чхан Ги сидеть на смятой постели в одиночестве с их общими воспоминаниями.       Юн До Гын ехал в маленькой спортивной машине с откидным верхом. Была преодолена уже половина дороги, но впереди оставалось самое сложное – подъёмы, повороты и спуски на горах, тоннели под ними. Молодой мужчина ехал вдаль, но видел перед собой не дорогу, а воспоминания прошлой ночи. Он так не хотел, чтобы всё это произошло, и одновременно желал этого. До Гын не хотел возвращать прошлое, но прошлое жило в его сердце, и избавиться от него совсем не получалось. Он не хотел оборачиваться назад, а отношения с Пак Чхан Ги означали именно это. До Гын понимал, что делает обоим больно, что оба будут только страдать, но на то она и есть взрослая жизнь, чтобы дороги иногда расходились.       До Гын прибавил скорость. Пейзаж перед глазами замелькал всё быстрее.       Встреча с дедушкой получилась короче, чем До Гын предполагал. Обычные разговоры, такие милые сердцу, привычные подталкивания к поиску невесты, вечные упрёки в решении работать за границей, хотя сам дед гордился донельзя достижениями внука. Дедушка не пропускал ни одного матча, где участвовал его внук, а когда его команда побеждала, то выбегал из дому и рассказывал всем соседям об очередной победе.       До Гын был бы и рад увезти дедушку в Сеул, но тот наотрез отказывался, и говорил, что со своей малой родины никуда не уедет. И До Гын со вздохом соглашался и каждый раз продолжал преодолевать сложный путь до родного дома.       Молодой мужчина с улыбкой слушал причитания деда. В этот момент для него все проблемы были забыты, и он чувствовал себя щуплым подростком, для которого весь мир заключался в родном городе и дома у дедушки.       До Гын прожил у деда полторы недели, успев за это время помочь подлатать дом, прибраться и купить кое-что из необходимого. Всё это время До Гын был просто счастлив, не ощущая никаких условностей и обязанностей. Но это счастливое время быстро закончилось, и До Гын был вынужден снова поехать в столицу, чтобы оттуда на самолёте отправиться в своё новое временное пристанище.       Встречаться с Чхан Ги футболист больше не планировал, чтобы не ворошить прошлое.       Но в последний вечер До Гын не смог заставить себя отказаться от этого драгоценного прошлого, и позвонил на давно забытый номер. Чхан Ги ответил после одного гудка. И уже через час они снова оказались в одном номере отеля, на одной кровати. И снова были ласки и объятия, единство двоих, длящееся почти всю ночь.       А наутро До Гын тихо встал с постели, стараясь не разбудить Чхан Ги, и ушёл, снова оставив Чхан Ги одного на смятой постели.       Самолёт был ранним утром.       В принципе, Чхан Ги так и предполагал, что До Гын покинет его без лишних слов, и даже не обижался на него. Чемпион Кореи по игре в падук понимал, что такие встречи долго продолжаться не могут, к него тоже были свои обязанности. Или… могут?       Чхан Ги резко сел в постели и принялся рассуждать, будто мысленно расставлять чёрно-белые камни на доске. Это решение было довольно сложным, нужно было обдумывать его несколько дней. Порывистость в данном вопросе была лишней. Взгляд мужчины упёрся в одну точку на противоположной стене, а в голове проходил сложный мыслительный процесс. Это было сложно, отказаться от всего, но разве самое ценное не любовь? Чхан Ги давно понял, что любит этого непоседливого милого парня, только не произносил это вслух. И когда яркий огонёк снова потревожил его жизнь, он вдруг понял, что больше не проживёт без него.       В следующий момент Чхан Ги обнаружил себя с телефоном в руке и выбирающим рейс до Лондона. Его палец застыл над кнопкой «Купить билет». Первичная решительность вдруг нарушилась, и Чхан Ги просидел без движения ещё некоторое время. Потом решительность вернулась снова, и Пак Чхан Ги нажал на кнопку покупки билета.