My Bloody Valentine.

Мориарти поднесла листок к огню и облегченно вздохнула. На этой маленькой бумажке начали проявляться маленькие клеточки. Они были разделены на несколько других. Несложно догадаться, что это кроссворд. Девочка быстро взяла лист и ручку, чтобы переписать всю эту головоломку. На это ушло не совсем много времени. Лилит справилась за минут пять, а может и десять. - Нашла. – Хищно прошипела она и быстро начала вставлять в пустые клеточки буквы. В первой колонке вышло, как и полагалось. По расчетам Мориарти, там должно было быть имя первой или же второй жертвы, но некоторые буквы не совпали с ответом на кроссворд. Энти Кватер. «Т» и «А» были не теми буквами, которые должны быть в этих именах. И снова наш детектив в тупике. Может ли являться это ошибкой? Может, этот «Валентин» еще и безграмотный? Навряд ли безграмотный человек смог бы составить подобный кроссворд. Мориарти взяла телефон в руки и быстро набрала номер Джо по памяти. В трубке послышались длинные гудки, которые заставили разнервничаться бедную девочку. Ее снял по привычке раздраженный и надменный голос Шефера. - Че опять?! – Спросил он, отрываясь от своих обычных дел. Скорее всего, у него на носу висела уборка во всем доме. Именно поэтому он такой нервный. - Джо, когда отправляли этот листок, к нему еще что-нибудь прилагалось? Например, в виде письма? – Девочка начала чиркать на чистом и белоснежном листке бумаги. - Пф… Гм… Вроде бы нет. Нет, точно ничего подобного. А что такое? - На том странном листке был расположен кроссворд. Я его решила, - Мори начала грызть колпачок от ручки – Только вот в имени Эмили Котер, убийца «Ш» заменил на «Т». А «О», в фамилии, заменил на «А». Глупо подумать, что этот псих безграмотный. Скорее всего, это очередная подсказка! Вот я и подумала, что, возможно, было еще и письмо, в котором тоже были ошибки. - Нет, ничего такого не было… - удивленно пробурчал Шефер и сглотнул, - как ты разгадала кроссворд? - Сначала, нужно было его увидеть. Убийца писал на бумаге лимонным соком. В детстве многие так делали, чтобы их записки не прочли. Странно, что полиция это не заметила. – Лили вздохнула, - А дальше, там были приведены примеры вина, улиц и химических элементов. Все бы вышло правильно, если бы не несколько букв. – Девочка снова вздохнула. В трубке послышалось молчание. Такая тишина давила на уши. Джо просто уже не знал, что ему говорить. Тем временем на Фрайен-стрит. Холод. Тяжелое дыхание. Учащенное сердцебиение. Где я? Запах сырости проникает до самого желудка и вызывает легкую тошноту. Пытаюсь сдержаться. Я слышу крик. Кажется, что человек кричит из последних сил. Мне становится еще хуже. Здесь нет света. Ничего нет. Я чувствую боль, которая распространяется по всему моему телу. Мои глаза завязаны. Во рту кляп. Я по уши в дерьме. Так как в наше время убийцы стали слишком банальны, то юную Ширли Торенс заперли на одном из самых обычных складов. Возможно, здесь раньше работали заключенные, или же, кто-то похуже. Но одно можно знать точно, сюда никто не рискнет сунуться. К слову о том, что убийцы стали банальными. Чаще всего, в качестве места преступления они стали использовать все чаще: лес, склад, который уже заброшен. Наводят шорох в маленьких поселках и деревнях, в переулках, или же близ железных дорог. Дела по таким преступлениям, Лили откладывала в сторону, ибо полицейские и сами смогут справиться, если хорошо постараются. Девушка с блондинистыми волосами сидела на камнях в одном из помещений огромного строения для труда заключенных. В этой местности никто не рискует ходить. Смертей в этом месяце уже предостаточно. Ее глаза были завязаны, а изо рта торчал кляп. Руки слабо завязаны, так что она может спокойно освободиться, что, видимо, предусмотрел убийца. Девушка быстро развязала свои руки, и после только глаза. Рот она освободила в последнюю очередь. Мерзкий кусок грязной ткани улетел в самый дальний и темный угол бетонного кубика. Ее взгляду поддалась парочка заржавелых станков, еще неподалеку были расположены старые бочки с краской. Рядом же, полусгнившие опилки и доски ДСП. Из них торчали гвозди, похоже, что кто-то когда-то пытался что-то построить. - Помогите. – Тихо прошептала жертва и ее глаза заслезились. Безвыходная ситуация. Если только бежать. И то, навряд ли, что поможет. Ширли сама всегда попадала в подобные неприятности, но не настолько. Даже этой девушке казалось, что это последняя ее такая проблема. Или же ошибка? Торенс облокотилась о стенку. Слезы лились с голубых глаз. Девушка с трудом стала вспоминать, что было предыдущей ночью. Во что она могла так катастрофически вляпаться? Кажется, что она находилась на вечеринке у своего бывшего. Как только она подъехала к дому, ее сразу же оглушили. Похоже, что преступник находился в машине с самого начала, и дождавшись нужного момента, сотворил задуманное. Торенс раньше работала официанткой в баре, но после того, как уволилась, стала подрабатывать помощницей главного бухгалтера. Зарплата, конечно, небольшая, но прожить можно. Да и к тому же, самой девушке двадцать лет. Жизнь только начинается. Но, похоже, скоро кончится. - Проклятье! – Крикнула она и ударила кулаком по стене. Странно, что та не рассыпалась. Сейчас же, Торенс думает, что это все, рук дела ее бывшего. Ибо, это же она его бросила. А что бы Вы сделали, если бы застали своего любимого человека в постели с несколькими шлюхами подряд? Понятия не имеете? Я так и думал. Тогда, девушка была в отчаянии. Который человек уже бросает ее. Оставляет совсем одну. Как, собственно, и было всегда. И раз уж она исчезла, то никто ее искать не будет, ибо даже семья от нее отвернулась. Все это произошло, когда девушка не захотела выходить замуж за сына хорошего друга родителей. Так вышло, что этот богач засмотрелся на Ширли, и просто хотел, чтобы она принадлежала ему, словно вещь. Или же антиквариат, который вскоре поставят на полочку, и забудут даже вытереть пыль. Красота перестанет радовать глаз, и мужчина обязательно найдет новый источник вдохновения и страсти. Сейчас не об этом. - Господи… Боже… - всхлипнула Ширли и закрыла рот ладонью. Но слезами горю не поможешь. Нужно вставать. Выбираться отсюда. Бороться за свою жизнь. Девушка с трудом встала с холодного бетона и осмотрелась. Ничего того, что могло послужить оружием, там не было. Темнота. Хоть глаз выколи. Лишь за некоторыми полками протиснулись слабые лучики света. Что делать? Идти на свет, или же так и остаться в той комнате умирать? Остается идти. Выбора нет. Оставаться в комнате и ждать своей смерти, никто не сможет. Инстинкт самосохранения скажет в любом человеке за себя, и тогда, хочешь не хочешь, а выберешься, если, конечно, все не так плохо, как в данном случае. Торенс дрожала от страха, и от холода. Ноги подкашивались. Над телом девушки овладевал страх, все больше и больше. Он пронизывал каждую клеточку девушки, и заставлял время от времени останавливаться посреди дороги, чтобы прислушаться, нет ли кого в темноте. Стук сердца мешал Ширли слушать даже свои шаги. Он отдавал в барабанных перепонках и даже в висках. Выйдя из-за полок, жертва заметила парочку свечек, стоявших на деревянных ящиках. Около них, было небольшое количество безобразно разбрызганной алой жидкости. В воздухе витал запах металла и тошнотворной плесени. Вывод последовал сам за собой. Конечно же, это кровь. Да и что еще может быть разлито в подобном месте? Да, там стояли металлические бочки с краской, но на вряд ли эта краска еще пригодна к использованию. Остается только один вариант, что это может быть. С потолка капала вода. Значит, в этом помещении очень высокая влажность, или же он находится в такой зоне. Скорее всего, на улице сейчас льет дождь. Снова мужской крик, пронизывающий до ниточки. Он разносился по длинному темному коридору, а доносился из самого его начала. - Кто здесь? – Невольно сорвалось с уст блондинки. Она сглотнула и вновь прислушалась ко всем шорохам, крикам и пискам крыс. Девушка босиком пошла по холодному и мокрому бетону, навстречу крику. Ширли сейчас мечтала только об одном. Выбраться отсюда и спасти того беднягу, который вот-вот раздерет себе все горло. Торенс поторопилась, чтобы успеть, пока не стихли крики. Без фонарика тут запросто можно потеряться. Есть шанс, спасти человека, если, конечно, это не тот ублюдок над ним издевается. Крики становились все ближе и ближе. Наконец, девушка поняла, из какой комнаты они доносились. Она медленно и тихо к ней подошла, а после закрыла рот рукой. Перед ней сидел мужчина, сорока-пятидесяти лет. Его руки и ноги были туго связаны. На голове находился полиэтиленовый пакет, который преграждал путь к воздуху. Горло тоже было перевязано хорошей и крепкой веревкой, так, чтобы пакет не слетел и мужчина не смог высвободиться. По его лицу, можно было сказать, что еще чуть-чуть, и его силы увянут. Он просто умрет. Девушка быстро подбежала к мужчине. Руки ее тряслись от волнения, вдруг она что-то сделает, и человеку станет только хуже? Конечно, она не подумала, что это может быть ловушка, ибо никто бы так не подумал. Ширли поспешила разорвать тот пакет и снять веревку с горла незнакомца. Она развязала его руки, а затем и ноги. Мужчина стал жадно глотать воздух, а после слегка подкашливать. - С Вами все в порядке? – Задала Торенс глупый вопрос. Если говорить точно, то мужчина выглядел просто ужасно. Небритая щетина, грязная майка, (она была в рвоте, слюнях и еще чем-то, что вызвало у Ширли отвращение, когда она обратила внимание) и трусы, которые, похоже, не снимали неделями. Кто знает, сколько здесь пробыл этот мужик. Отвисшее брюхо, да и такие же руки. - Кто Вы? - Я Шон… Шон Темпелеев. – Прохрипел он, после, продолжил, - я шериф второго участка Висконсина. - Вы русский? – Удивилась блондинка и сжала веревку в руке. - Отец – да. – Шон встал с того стула и потер запястья, на которых остались следы от веревки. - Нужно выбираться отсюда…