Рождённая, чтобы стать демоном

— Тот, кого я любила и люблю — Вторая высшая луна, Доума, — сказала Кочо, и рассыпалась полностью Шинобу рассыпалась на мелкие осколки, словно стеклянная ваза. Мицури упала на пол и зарыдала в голос. Конверт удручал, хотелось его разорвать, словно тот был винен во всех бедах. — Нет! Нет…Нет! — Захлебываясь в слезах кричала девушка. — Почему… — Канроджи поджала под себя колени и продолжила рыдать. — Шинобу… Весь день Мицури проревела сидя на полу. Наступила ночь, а Мицури не могла перестать реветь. Настолько была больной потеря. Вдруг, сзади послышался шорох. Мицури поняла, что находится в комнате не одна. Её внимание явно привлекали! Девушка взялась за свой клинок и резко повернулась, но никого сзади не обнаружила. — Тут кто-нибудь есть?! — крикнула дрожащим от горя голосом Мицури. Никто не ответил. Девушка встала с пола и подошла к двери, она хотела выйти, но неожиданно холодные как лёд руки легли ей на рот и не дали закричать. — Будешь кричать, убью, — сказал холодный мужской голос. — Отвечай на вопросы, либо убью, — демон убрал руку со рта. Мицури почувствовала как к горлу подставили что-то острое. — Знаешь Шинобу? — спросил мужской голос. — Д-да, — голос Мицури дрогнул. — Где она? — Она… — Канроджи снова расплакалась. — Она мертва… — Не шути со мной, столп, — грозно сказал голос. — Я-я не шучу, она и вправду, М...М...Мертва. — Мицури ели как договорила и по новой начала плакать. — Довольно! — Существо повернуло Мицури к себе лицом и прижало к стене. — Хватит врать! Говори где она! — Демон сжал горло Канроджи, тем самым перекрывая доступ к кислороду. — О-она… — Мицури открыла свои заплаканные глаза и увидела перед собой демона с разноцветными глазами, в которых были две надписи «Вторая» и «Высшая». Это был тот самый демон про которого говорила Шинобу. Но Мицури не могла уже ничего сказать, кислорода не хватало, поэтому девушка начала терять сознание. Демон отпустил Канроджи, и та упала на пол жадно глотая воздух и кашляя. Когда Мицури немного пришла в чувства, то хрипло сказала: — Коврет…— Мицури показала рукой на стол. Он же понял, что она сказала? Доума сразу же подошёл к нему и увидел на нём конверт. Он быстро открыл его и оттуда на пол вместе с письмом упал алый цветок. Демон поднял только письмо и начал быстро читать его. «Здравствуй, Доума. Если ты читаешь это письмо, то меня нет уже живых. Прости меня за всё. После нашей последней встречи я больше не могла спать. Каждую ночь я винила себя в том, что не смогла тебе помочь. Каждый день думала о тебе. Помечтать не вредно же, да? Вот я и мечтала снова увидеть тебя и забыть о всех своих обязанностях. Мечтала сбежать вместе с тобой, туда где нас с тобой никогда не найдут и не потревожат. Я хотела снова всю ночь вместе с тобой гулять, смотреть на звёзды и любоваться луной, каждый день обниматься и говорить насколько сильно я тебя люблю. Но к сожалению, нам больше не суждено этого повторить. Только не расстраивайся, мы обязательно встретимся, но не в этой жизни. Ты наверное, уже увидел красный цветок. Этот цветок называется Манжусага, в память о двух влюблённых…» Доума повернулся к девушке, и та взглядом искала подтверждение, словно спрашивала, верит ли он ей теперь. На лице демона проступила венка, но внешне тот сохранял спокойствие. — Где её останки? — Нарушил молчание мужчина, подходя к всхлипывающей на полу Канроджи. — Он-на, там, — заикаясь проговорила та, лишь указывая пальцем. На истеричное состояние девушки Доума не обратил внимания, и подошёл к тому, что было его любимой. Увидев то что та не ушла бесследно лицо пропустило лёгкое подрагивание уголка губ. Наклонившись головой к руке, острые зубы оторвали часть собственного тела. Беря тот, уже абсолютно здоровой рукой, Доума аккуратно смешал собственную часть с останками. После чего, беззвучно уставил глаза на руку. В один момент из его руки полилась розовая масса смешиваясь с узором. Словно вода, от его руки шли мышцы и кровь. Мицури лишь вытаращила глаза на это малоприятное зрелище. Из губ вырвался возглас удивления. Демон использовал магию крови. Лицо было напряжено, глаза словно искрились, желваки проступали. Ему точно было сложно делать то, чем он сейчас был занят. Канроджи не могла разобрать, что происходило под его руками, мешать она не смела. Возможно, он лишь убирает то, что от неё осталось? Гадать можно было долго. Девушка свернулась клубочком, не в силах смотреть на действия демона. В какой-то момент всё прекратилось, послышалось падение чего-то на пол. Мицури тут же встала. И увидела сидящего полу Доуму: Демон дрожал, ногти впились в пол. Но что важнее, на кровати лежало тело. Канроджи позволила себе подняться, и подойти ближе. На кровати лежала Шинобу, всё её тело было покрыто чем то, похожим на трещины. — Но..., начала девушка, но не смогла продолжить. Сзади послышался хриплый голос — Ты не ожидала? — сказал тот, и приподнялся. И опережая вопросы продолжил. — Я — вторая высшая Луна. Но при этом, стоящие выше могут лишь завидовать моей регенерации. В подтверждение своих слов он оторвал кусок кожи с лица. Не успел он откинуть в сторону то, что держал в руке, на лице уже была новая кожа, какой-то короткий период покрытая такими же линиями, что и на Шинобу. — Если ты думала, что восстановить чужое тело нельзя, а из настолько мелких кусочков может сделать что-то только Мудзан — можешь посмотреть сюда. Девушка в изумлении легонько приоткрыла рот. — Что... Я могу сделать? — сказала та, ещё удивлённо глядя а сторону Кочо, не понимая, спрашивает про свою подругу, или же предлагает помощь её любимому, который сейчас для неё был настолько-же важен, как и сама Шинобу. — Она восстановиться через двадцать-один день, — расценив взгляд Мицури как беспокойство о подруге, ответил тот. Доума устремил взгляд на Кочо, и в нём Канроджи на мгновение увидела любовь, и жалость. Жалость у демона? В это не могла девушка поверить никак. Но в один момент лицо того переменилось, в нём читался нескрываемый гнев. — Я убью Мудзана… — проговорил Доума. Демон обернулся снова к Мицури, подошёл и взял за руку. — Сегодня умрёт Кибуцуджи Мудзан, — с ухмылкой сказал Доума.

***

Два часа ночи, пятьдесят минут После усердной работы над лекарством, которое должно сделать Кибуцуджи устойчивым к солнцу и прибавить сил, жидкость в пузырьке блестела. Король демонов был до безумия рад и хотел поделится своей радостью со всеми, выразить насмешку. Поэтому нужным тому образом сообщил своё местоположение столпам и ждал их на поляне. Три часа ночи, тридцать минут Столпы думали как атаковать Кибуцуджи и не дать тому поглотить лекарство. У всех были мысли, не сводящиеся к общим темам. — Я знал, что эта Шинобу не на нашей стороне! — Недовольно высказался Шинадзугава. — Не могу поверить..., она ещё жила в доме Мицури. А если бы она её убила?! — прошепел Игуро. «Лилия… Шинобу… это цветы такие?» — подумал Муичиро. — Давайте лучше придумаем план, как не дать Мудзану проглотить лекарство… — смущённо промолвила Мицури. — Я согласен, с блестяще правой Мицури… — сказал Узуй. Три часа ночи, пятьдесят минут. Столпы стояли напротив главного демона. — Я рад, что вы все пришли, потому что вас будет легче убить… — Кибуцуджи ухмыльнулся. Раздался звук бивы и рядом с Мудзаном. Рядом с мужчиной появились все высшие луны. Столпы впали в ступор. — Столпы, станьте демонами. Против высших Лун вы бессильны, хоть, конечно, недолгое время битвы вы сможете увидеть. У демонов есть бессмертие, сила, возможности. Перейдя на правильную сторону, бесконечная энергия и сила для вас будут обыденностью, — сказал Кибуцуджи. — Мы никогда не станем охотниками! — крикнули все столпы одновременно. — Вы сами выбрали смерть. — Мудзан ухмыльнулся и поднял руку с жидкостью. Все высшие луны тут же упали на одно колено и смотрели в землю Кибуцуджи открыл препарат, преподнес ко рту, и выпил всё содержимое с жадностью.