Троица и Арсений

       Антон проснулся по будильнику. День не заладился. Хлопья, которыми он собирался позавтракать закончились, поэтому он решил обойтись без еды. Он собрался и вышел к Арсению. Бодрости не было, желания куда-то идти — тоже.        Шастун вышел из подъезда. На улице было холоднее чем вчера. Северный ветер быстро охладил тело даже через куртку, потому, как только Арсений приехал, Антон поспешил запрыгнуть в разогретую машину. — Привет, как дела? — спросил Попов, наблюдая, как Антон ёжится, стараясь почувствовать тепло. — Нормально. У тебя как? — Шастун повернулся на Арсения. Мужчина выглядел довольно бодро и, кажется, даже радостно. — Да тоже. Что, Дима с Серёжей не писали, как погуляли вчера? — дождавшись, когда Шастун пристегнется, он тронулся с места. — Точно! А чёй-то они не рассказали ничего? — Антон нахмурил брови. Лучшие друзья и не написали ни строчки о таком событии. Да и Шаст сам забыл! — Ну ничего, выпытаем из них сегодня, — Арсений усмехнулся. Конечно, они всё узнают.        Первый урок у Антона геометрия. Оценки по математике выставляются как средняя оценка по алгебре и геометрии, так что надо получить хорошую оценку, чтобы закрыть вчерашнюю тройку. Хотя легче это сделать на самой алгебре, просто потому что этот предмет ему даётся чуть легче. Обычно наоборот было: алгеброй закрывал геометрию. А на этой неделе что-то странное происходит. — Димка, Серёжка, привет. У меня к вам претензия, но сначала просьба, — начал Антон, не дожидаясь ответного приветствия, — дайте геометрию списать. — Что за претензия? — удивлённо спросил Дима, передавая тетрадь с решённым заданием другу. — Да я вам потом скажу, — Антон принялся переписывать задачу. Будет вообще не айс если он двойкой за эту задачу закроет тройку.        Домашку не проверяли. На первом уроке учитель сама решала задачи, Антон максимально вникал. Урок закончился, новой оценки нет. — Шаст, так что за претензия? — повернулся назад Дима. — Вот вы вчера с девочками гуляли? Гуляли. Я вам помог? Помог. Мы друзья? Ну короче. Че вы не рассказали ничего? — Антон хотел остаться серьёзным в этом диалоге, но улыбка сама как-то растянулась на его лице, при виде удивления друзей. — Блять, — Серёжа усмехнулся, не скрывая удивления и смущения, — ну не рассказали, да. — Да там и рассказывать не так уж много, — перебил Дима, — прошли по парку, купили им мороженное, поговорили. В принципе, ничего больше. — Да, ничего, — Серёже загадочно улыбнулся и посмотрел на Диму. — А, ебать, его Оля после прогулки поцеловала, — он хлопнул в ладоши, как делают, когда эмоции хлещут через край. — Ну да, — Серёжа смущённо улыбнулся, — Оля классная. — Нихуя себе! В губы? — с удивлением, но в то же время с улыбкой спросил Антон. — Нет, в щёчку, — Матвиенко снова улыбнулся. Такой сияющий.        На втором уроке после нескольких задач, решенных на доске, была самостоятельная. Антон написал нормально. Должна быть или пять или в крайнем случае четыре. В общем с целью на сегодня он справился!        Обществознание. Сколько боли в этом слове. Особенно, когда резко осознаешь, что сдаёшь этот предмет через 8 месяцев.        Геометрия, кажется, забрала все силы, которых и так было не много. Надо собрать все их остатки и понять общество. И Антон очень постарался.        В конце урока была ещё одна самостоятельная. Походу их сегодня решили вообще завалить работами.        Парни пошли на физику. На лестнице, как всегда, была толкучка. Но кое-что её выделяло от остальных дней. Лазорев расталкивал всех, чтобы пройти вперёд. Антон, Дима и Серёжа наблюдали за этой картиной.        Дойдя до троицы, Лазарев остановился: — Вас там парни какие-то зовут, в туалет на третьем этаже, — сказал он. — Да бля, мы же только что с третьего этажа, — Серёжа закатил глаза. — Что за парни? — Дима нахмурился. — Я откуда знаю? Они мне сказали: «Их одноклассник? Позови», — отмахнулся Лазарь и пошёл вниз. Ну как пошёл, скорее продолжил толкаться с остальными. — Может не пойдём? — повернулся на друзей Дима. — Мне тоже не хочется, — согласился Антон, — с другой стороны... Мне кажется, может быть и хуже, если мы не придём... Блять, что за парни-то? — Ладно, давайте сходим, мы же втроём, — Серёжа нервно улыбнулся. — И мы ничего плохого не делали, — стал рассуждать Дима. — Идём, — Антон махнул рукой и влился в остатки толпы.        Друзья прошли по рекреации. Дима и Серёжа выглядели очень взволнованно. То и дело переглядывались, брались за края одежды. Антон выглядел спокойнее. Смотрел в телефон и что-то печатал. Будто то, что происходит, его вообще никак не касается. Друзья положили рюкзаки на подоконник рекриации и зашли в туалет. Там стояли два парня, с которыми они разговаривали вчера. Но не было третьего — знакомого Шаста… — Привет? — тихо спросил Антон. — Ну привет, — ответил один из парней, — слушайте, ничего личного, — он хрустнул пальцами, сложенными в кулак, сначала одной руки, а затем и второй. Он был явно крупнее второго парня, хотя и тот был явно сильнее Димы, Серёжи и Антона.       Парень глянул на соперников исподлобья и, подняв кулаки, полетел вперёд. Он взял Шаста за рубашку. Дима и Серёжа попятились назад, но, поняв, что их другу угрожает опасность, попытались схватить обидчика. Но парень ловко развернулся так, что впечатал Антона в стену туалета и нанёс первый удар по носу. Телефон, что Антон продолжал держать в руке до этого момента, упал, громко ударившись об пол. Матвиенко и Диму взял на себя второй парень, он ударил первого в живот. Сделав шаг вперёд, он оказался за Димой, которого в следующее мгновение толкнул в Серёжу. Оба упали на пол. — Слабаки, — парень поменьше усмехнулся. Он пнул обоих ногой и присел дня нанесения следующих ударов.        Антон попробовал сменить своё положение: развернуть к стене противника. Но парень просто сильнее вжал Шастуна в кафель и, ударив в живот, взялся за горло, перекрывая проход воздуху. — Что здесь происходит? — на тела Димы и Серёжи не опустился очередной кулак. Рука, перекрывающая Антону кислород расслабилась. Все повернулись к дверному проходу. Арсений.        Ступор. Тишина. У троих не получается сказать, что их избивают. У двоих не поворачивается язык сознаться, но соврать здесь не получится. А Арсений в целом не знает, что должен сейчас предпринять. — Так, давайте к директору, — серьёзно сказал он.        Всё шестеро вышли из туалета. Впереди два парня, следом Арсений и сзади пострадавшая троица. — Вовремя Арс, — устало сказал Серёжа. Он грустно улыбнулся, но тут же поморщился от боли. Все троих сейчас выглядели не очень: у Антона кровь под носом, красные следы на шее и ужасно ломит всё тело после ударов о стену; у Серёжи разбита губа, красный след на лбу и, судя по походке, болит живот; у Димы такие же красные слелы на кистях и походка, почти как у Серёжи, только боль видимо была больше ощутима в рёбрах. — Он прям как ангел-хранитель, — согласился Дима. — Это вы Шасту спасибо скажите, — Арсений чуть развернулся на друзей. Сказал он это довольно тихо, видимо, чтобы впереди идущие не услышали.        Дима и Серёжа посмотрели на Антона. Тот шёл, не поворачиваясь. Он чуть сжал губы, стараясь скрыть улыбку и смотрел вниз, надеясь, что не заплачет сейчас от всей этой палитры эмоций. — Эй, — Дима аккуратно толкнул Шаста в плечо, стараясь не сделать больно после всего того, что было, — ты чего? И что произошло? Ну я про «спасибо». — Ну короче, — Антон сглотнул слюну и всё же поднял глаза на друзей, — мы пока шли, я написал Арсу, что нас вот так позвали, сказал где мы и, когда зашли в туалет, начал записывать голосовое сообщение. Там было слышно, что нас позвали не из добрых побуждений. Ну и вот, Арсений пришёл. — Шаст, ебать ты гений, — Серёжа хлопнул пару раз в ладоши в знак респекта.        Прозвенел звонок на урок. Парни шли по рекреации. Становилось всё тише и тише, пока не остался слышен только один голос. И этого человека нельзя было осудить за шум во время урока: — Ты вообще нормальный? Как я это всё замну. Нет... Ладно, всё, давай, — ну а как можно осудить директора?        Парни теперь были уверенны, что директор у себя в кабинете. Точнее рядом, но это ничего не меняло.        Павел Алексеевич, по-видимому, закончил звонок и повернулся на только что подошедших к нему. — Павел Алексеевич, тут надо разбираться, — Арсений кивнул на учеников. — Ну пойдёмте в кабинет, — он открыл дверь, сначала пропустил всех внутрь, затем зашёл сам и сел на своё место, за парту, перпендикулярно которой стояла другая. За второй партой была пара стульев, на которые сели Дима и Антон, Серёжа встал за ними. Два парня остались стоять со стороны двери, а Арсений встал напротив троицы. В кабинете находились три шкафа, заваленные разными бумагами и папками. Собственно стол директора не особо отличался от них в этом смысле. — Павел Алексеевич, — снова начал Арсений, — расклад такой: я пошёл в туалет на перемене, захожу, там Антона, Диму и Серёжу избивают вот эти двое.        Павел Алексеевич увлечённо рассматривал какие-то бумаги, слушая рассказ краем уха. Поняв, что Попов закончил, он поднял наверх глаза и, что-то подумав, спросил: — За что дрались? — Мы не дрались! — быстро ответил Серёжа. Сейчас он ощущался очень заряженным. Как будто желал мести. — А что вы делали? — Павел Алексеевич продолжил перебирать бумаги, будто в них сейчас было что-то важнее. — Мы ничего не делали. Нам сказал одноклассник, что нас ждут в туалете. Мы и пошли. А они на нас накинулись, — попытался объяснить Антон. Он оглядел друзей и в частности Арсения, надеясь увидеть одобрение в их глазах. Попов чуть заметно «кивнул» веками, словно говоря: «Молодец». — Ну нет, так не бывает. Чего бы они вас просто так избивать бы стали? Значит были у вас разногласия какие-то, — не отступал директор, — слушайте, школе сейчас конфликты не нужны. Да и вы уверены, что вашей вины в этом нет? Дело заведём, вину найдут, что дальше делать будем? Школе лишняя морока, вам... — он сделал паузу. — Решайте.        Дима внимательно посмотрел на друзей. Арсений оглядывал их в ответ. Кажется, он не был доволен словами Павла Алексеевича. Серёжа был напуган. Антон смотрел в телефон. Что ж, не одному директору решать несколько вопросов сразу, видимо. — Поз, — проговорил одними губами Антон прежде, чем показал сообщение на треснувшем экране: 11:11 Неизвестный номер: Соглашайтесь, что тоже виноваты и расходитесь. А не то, знаете, что я могу сделать. Я больше играть не буду, сделаю последний ход.        Антон внимательно следил за реакцией друга. Тот, дочитав, поднял глаза полные страха и непонимания сначала на Шаста, а потом на Арсения, которому потом зачем-то кивнул. Тот даже вроде что-то понял.        Парни, что участвовали в избиении, стояли молча. Они смотрели в пол и, казалось, жалели, что во всё это ввязались. А ведь ещё недавно такие смелые и величественные были били. — Или нам сейчас придётся приглашать родителей и разбираться, — снова подал голос директор, — ещё раз повторюсь, я не вижу смысла этим двоим просто так избивать кого-то. — А давайте мы у них спросим, зачем они это делали? — Арсений посмотрел на двух виновников. Те молчали, боясь сказать что-то не то. — Ну же, — еле заметно усмехнувшись, добавил он. — Мы не просто так решили их избить, — подал голос тот, что поменьше. Возможно он бы сказал и что-нибудь ещё, но Павел Алексеевич его перебил: — Вот, я же говорю! — воскликнул он. — Ничего просто так не делается. Вот мы сейчас пригласим сюда ваших родителей, будем разбираться, выяснится, что вы тоже виноваты, а дальше суды. Вам это надо?        Антон был готов сказать «нет» ещё на моменте с родителями. Да и сообщение от нн подбивало это сделать. — Наверное, нет, — тихо ответил Дима. Обидно. Они ни в чём не виноваты. Почему директор так к этому относится? — Вот и я так думаю! — как-то радостно ответил Павел Алексеевич. Он встал со своего места, собираясь выпроводить «гостей». — А что насчёт учёбы? Они вернутся на уроки после всего? — спросил Арсений. — Сходите в медпункт, — ответил директор, — там видно будет. Если что, Арсений Сергеевич, это ваши ученики, можете их домой отпустить, как по причине болезни. — Хорошо, — тише ответил Арсений. С этим кашу не сваришь. И парни вышли из кабинета, не услышав, как после нескольких гудков директор сказал в трубку: «Да, получилось. Только это был последний раз!». — Слушайте, — парень поменьше резко остановился перед лестницей, — давайте решим этот вопрос, мы правда не имеем к вам никаких претензий. Нам просто заплатили... — он замолк. Неловко. — Кто? — Дима серьёзно посмотрел на парня поменьше, а затем на того, что побольше, который продолжил: — Мы не знаем, это написали с незнакомого номера.        Он показал по просьбе ребят сообщения и номер. Последний оказался в точности такой же, как и тот, что писал Антону.        Троица и Арсений не стали ничего рассказывать про нн. Договорившись, что они не будет больше друг друга трогать, они разошлись. Арсений хотел предложить зайти в класс с этими двумя, зная, что тех поругают за опоздание, но вовремя понял, что не знает, как объяснит всё это. Напрямую не стоит рассказывать о произошедшем. Да и в принципе ему не стоило переживать, они всё равно не пошли на урок, а остались в коридоре.        Троица и Арсений пришли в мед пункт. Тут тоже встал вопрос, как рассказать о случившемся, не рассказывая о случившемся? — Здравствуйте, тут такая ситуация... В общем по просьбе директора, мы не можем пока рассказывать, что произошло, но надо осмотреть ребят. Было что-то вроде драки, — Арсений чуть толкнул парней вперёд на осмотр.        Медсестра приняла всё к сведению и не стала задавать лишних вопросов. Она быстро осмотрела ребят и вынесла вердикт, что ничего страшного нет. К ушибам приложили холод, кровь из носа Шаста и губы Серёжи смыли. Арсений ушёл из медпункта, как только узнал, что всё в норме; троица осталась на подольше, потому что с «холодом» на уроке было бы странно и неудобно. Всё это время они сидели молча. Обсудить избиение они не могли, так как должны были сохранять это в тайне. Но Антон показал ещё раз теперь и Серёже сообщение от нн, которое получил ещё у директора. Он так ничего и не ответил на него. Увидев сообщение в телефоне Антона, Серёжа первым делом обратил внимание на трещину, расползшуюся по всему экрану. Он провёл по ней пальцем и вопросительно посмотрел на Антона. Шастун на это пожал плечами, написал в сообщениях: «Уронил в туалете. Это защитное стекло» и стёр, как только Серёжа дочитал.        Когда парней отпустили, до конца урока оставалось 20 минут. Вроде много, а вроде... Так не хочется на физику. — Может не пойдём? — первым предложил Серёжа. — Тем более мы пострадавшие. — Я тоже не хочу, — согласился Антон. Он заинтересованно перевёл взгляд на Диму. — Я думаю, Арс предупредил, что мы в медпункте. Наверняка предупредил, что мы опоздаем. Значит придём. — Бля, значит надо идти, — закатил глаза Серёжа.       Парни забрали рюкзаки с подоконников и пошли на физику. Они постучали в дверь, открыли и одновременно сказали давно заученную фразу: «Извините за опоздание, можно войти?» — Да-да, меня Арсений Сергеевич предупредил. Заходите тихонько, — с состраданием ответила учитель.        Пару человек предприняли попытки разведать у троицы, что случилось, но учитель сразу же из пресекла.       Ладно хоть по физике самостоятельных не было. Тем более, что половину урока троица вообще пропустила.        И вот звонок, все бегут в столовую. Желания спрашивать насчет произошедшего видимо ни у кого уже нет. Так же как и у троицы нет желания торопиться в столовую. Они спокойно собрались, спустились по почти пустой лестнице и встали в конец очереди, которая за это время хорошо продвинулась вперёд. Парни относительно быстро прошли и сели за свой стол, который, к удивлению, не заняли. Настроения не было совершенно. Их, блять, избили. И за что? Хорошо хоть, что Антон придумал этот план и позвал Арса, который очень вовремя подоспел. Что бы с ними было, если бы Шастун не догадался написать Попову? Ждали бы первого школьника, который пошёл бы в туалет. А лучше учителя, но на это вероятность гораздо ниже. А вообще их наверняка бы спалили на этой же перемене. Чем вообще думали эти парни. Или чем думал тот, кто хотел этого избиения насколько, что заплатил за него? Могли бы придумать что-нибудь по гениальнее.        Троица молча продолжала есть, особо не смотря друг на друга. Вдруг Антон услышал шёпот над ухом, а затем почувствовал характерное тепло: — Приве-е-ет, — Арсений сел рядом, — что, как дела? Как чувствуете себя? Может домой всё-таки? — Нормально вроде, — ответил Дима. — Да ладно, досидим уж, — присоединился Серёжа. — Какие мы правильные, — Антон чуть улыбнулся. Если бы не ЕГЭ, они бы наверняка, съебались бы при первой возможности. А сейчас впереди русский язык, который лучше не пропускать. — Да уж, — Арсений вздохнул, — я хотел сегодня на поиски подсказки съездить. — Так поехали, — Антон посмотрел на Попова. Тот вопросительно уставился в ответ. — Вас избили, а вы к озеру ехать собираетесь? — Я не против, — Серёжа отодвинул в сторону второе и взял в руки стакан с чаем. Дима молча кивнул. — Все согласны, — Антон поднес к лицу Арсения булочку с корицей, которую тот с удовольствием откусил. — Ладно, тогда давайте отвезу вас сначала по домам, вы переоденетесь, — стараясь прямо во время рассказа, прожевать, начал Попов, — отдохнёте может немного, я за вами заеду и...вперёд, на поиски, — закончил он. — Договорились, — Дима снова кивнул. — Шаст, можно я у тебя ещё кое-что немного украду, — Арсений взял из рук Антона чай, немного отпил и вернул, — ладно, давайте, я побежал, осторожнее. — Странно, он тебя даже не испугал, — Серёжа обратился к Антону. — Волнуется, наверное, — Антон пожал плечами и слегка улыбнулся.        Троица поторопилась доесть и прийти на следующий урок — русский.        Друзья зашли в кабинет. На этот раз не нашлось причины у одноклассников не спросить, что случилось, и они обступили троицу с расспросами. — Парни, че там было? — в основном гуле спросил Лазорев. — Да ничего там не было, — Дима принял позу Акимбо. — Да в смысле? Все говорят — вас избили, — недовольно ответил инициативный Лазарь. — Ну было что-то похожее, — Дима закатил глаза, — но не прям избили... — Короче, мы не хотим об этом говорить, — закончил Матвиенко. — Да почему? Мы же ваши одноклассники. Вам, что, жалко, что ли? — недовольно возразила Ира. — Нам не жалко, но мы не хотим сейчас об этом говорить, — вступился Антон. Они такие приставучие, ужас просто. Как от них отвязаться только теперь?!        Решение нашло себя само. Звонок на урок. Времени после еды не так уж много. Это явно на руку парням.        На русском ничего интересного не было. Ребята просто прорешивали задания из ЕГЭ. — Парни, звонок через 5 минут, — начал Дима, — предлагаю сразу после него уйти из класса, иначе мы от этих не отвяжемся. — Это, кстати, очень хорошая идея, — согласился Антон, — куда пойдём? — Можем к Кате с Олей, — предложил Серёжа с улыбкой на лице. — Думаешь, они с этими вопросами не престанут? — Антон ухмыльнулся: «Влюблённые такие влюблённые». — Ну они же адекватные, — возразил Матвиенко. — А наши одноклассники прям вообще, — Антон отмёл рукой что-то в воздухе, изображая, что отодвигает своих одноклассников от кучи «адекватные». — А ты так не считаешь? — удивился Серёжа. — Только говорить с ними сами будете! — Антон улыбнулся. Звонок прозвенел в тот же момент. Когда-нибудь школьные часы перестанут спешить. Но думать об этом не было времени. Троица, оставив рюкзаки в классе, так как следующий урок — литература — в том же кабинете, взяв телефоны, отправилась за Димой, видимо наизусть выучившем расписание девочек. Вёл он друзей действительно очень уверенно, не подсматривая в телефон.        Парни заглянули в кабинет, где класс девочек боролся за чей-то пенал. Сами Катя и Оля сидели за второй партой и что-то обсуждали. Ребята зашли внутрь и подошли к девочкам, не замечавшим их до этого момента. — О, привет, — удивлённо сказала Катя. — Мы уже слышали новости, — подключилась Оля, — что у вас случилось? Это из-за нас? — взволнованно спросила она. Глаза бегали от одного к другому, словно девушка пыталась проследить реакцию.        Троица переглянулась. Все чувствовали волнение и ответственность, но в глазах Антона читалось ещё и что-то победное, будто он хотел выкрикнуть: «Ну я же говорил!». — Слушайте, давайте не будем об этом? — аккуратно предложил Дима.        Девушек этот ответ явно не устроил. Они продолжали смотреть на троицу в недоумении. — Почему? — немного обиженно спросила Оля. — Просто не хотим, — постарался всё же выкрутиться Матвиенко.        Хоть это и не особо хорошая причина, девушки всё же не стали продолжать расспрашивать ребят об этим происшествии. «Не хотят — как хотят, мы же всё равно узнаем». — Не хотите погулять сегодня? — предложила Оля.        Дима и Серёжа посмотрели друг на друга. Оба грустные. Как так? Они уже договорились сегодня за подсказкой ехать. Не отменять же всё ради этой прогулки… — Мы сегодня не сможем, наверное, — поняв, что Дима с Серёжей вряд ли откажут, ответил Антон, — ну сами понимаете, сегодня такое произошло… — ну какую-то отмазку надо же придумать. — Ну да, — согласилась Катя, — почему вас с уроков не отпустили? — Мы сами не захотели уходить. ЕГЭ же скоро, надо уже начинать хоть как-то готовиться, — ответил Серёжа.        Ребята обсудили довольно насущную для них сейчас тему — ЕГЭ. Пугающая вещь. Она страшит как сама по себе, так и косвенно показывая, что детское беззаботное время заканчивается и впереди взрослая жизнь. Есть ещё впереди года в институте и всё…        Парни вернулись на литературу. Шестой урок ощущается уже тяжко, потому каждый про себя радуется, что ничего не надо писать и читать. Надо просто слушать рассказ учителя о писателях.        На английском же пришлось чуть сложнее: — How are you? — спросила учитель у отвечающего Антона. — Bad, — кратко ответил Шастун. Она, что, вообще в танке? По всей школе прошёл слух про избиение, до неё не дошёл? Почему именно Антон должен сейчас отвечать? — Why? Please tell me more about it, — правда, как будто не знает! — Sad to say… — Антон задумался, — сегодня в школе произошло то, о чём мне лучше сейчас не говорить.        Учитель шокировано посмотрела на парня. Такого она точно не ожидала услышать. В её глазах читался немой вопрос, на который ответил Лазорев: — Их избили! — резко выдал он. — Как? Кто? — удивлённо спросила учитель. — Ну вот об этом мы и не должны рассказывать, — Антон повернулся на того, что раскрыл краты, — Серёжа, — злобно обратился он к Лазоревому, совершенно не жалеющему, что подставил троицу. Его понять можно, он же не знал, насколько всё серьёзно. — А чего же вы домой не пошли? — как-то испуганно спросила учитель, не совсем зная, к кому она обращается во множественном числе. — Ну вроде как ЕГЭ скоро, надо на уроки ходить, — ответил Дима. — Ну что же вы? Нельзя же так... Вас вдвоём, что ли, избили? — Втроём, — нехотя исправил Мавтиенко. — Ну ладно, посидите тогда просто, — хоть что-то хорошее из-за этого происшествия.        Наконец-то все семь уроков подошли к концу, и парни, встретившись с Арсением у дуба, поехали по домам. — Ну что, во сколько встречаемся? — спросил Арсений, как только все сели в машину. — Думаю, где-то в 16:30 нормально будет, — предложил Дима. — Я согласен, — кивнул Антон.        Непонятно сколько времени они проведут на озере. В этот раз поиски подсказки сводятся к механической монотонной проверке гнезд на наличие бутылки или просто бумажки… Они даже не знают, что ищут.        Антон зашёл домой. Он устало кинул на пол рюкзак и завалился на кровать. Просто пиздец, во что превратилась его жизнь? Он просто устал. Устал он этого нн, подсказок, загадок и прочих сложностей. Хочется просто спокойно пожить.        Но жизнь не предоставляет Антону отдых, поэтому он всё в той же задумчивости сел за домашку.        Он довольно быстро доделал задачу по геометрии, затем решил два номера по алгебре. На химию сил не хватило, да и желания не было, поэтому Антон просто списал всё с гдз. Оставались общество и история, благо учитель английского разрешила не делать домашнее задание по её предмету, поэтому Шастун решил, что оставшиеся предметы он выучит по дороге к озеру. А сейчас и отдохнуть можно, до приезда Арса ещё полчаса.       Антон пошёл на кухню в поисках чего-нибудь съестного. С этим, кажется, напряжёнка. Был какой-то суп, но выглядел он не очень-то привлекательно, поэтому Антон решил сделать себе бутерброды. Он отрезал пару кусков колбасы, сыра и положил их на хлеб. С этой безумно питательной едой он направился в свою комнату, где лёг на кровать смотреть ютуб.        Очередной ролик прервал телефонный звонок. Антон ответил: — Алло, — послышалось в трубку от Арсения, — я выехал, так что можешь выходить. — Хорошо, — Антон побежал фоткать конспекты по обществу и истории, которые должен выучить прямо в машине. Затем оделся и вышел. Вскоре приехал и Арсений, к которому Антон быстренько залез в машину. Он пристегнулся и посмотрел на Попова: — Привет! — он широко улыбнулся, забыв все свои проблемы. — Привет, Тош, — Арсений тоже улыбнулся, трогаясь с места.        Заехав за Димой и Серёжей, ребята отправились в магазин за перчатками — Арсений настаивал. Никто особо и не сопротивлялся. Попов сходил один, парни в это время учили обществознание. Правда удобно: Антон читает, потом они все вместе повторяют.        Арсений вернулся из магазина, и парни поехали уже непосредственно в пункт назначения… На озеро. — Что думаете? — неожиданно начал Арсений. — Зачем им писал нн? То есть, зачем ему нужно было избиение?       Снова повисла тишина. Это действительно сложный вопрос. — Ему могло просто стать скучно? — предположил Серёжа. — В принципе, это похоже на него, — подумав, ответил Дима. Больше предположений не было. — Вам не показалось странным поведение Павла Алексеевича? — резко спросил Антон. — Вот, да! — так же резко ответил Арсений. — Это очень странно. Он не должен был нас переубеждать. Что это вообще: «школе не нужны конфликты!»? — Мне ещё показался подозрительным его разговор по телефону. Помните, когда мы подходили к кабинету, — Дима замолк, вспоминая, что слышал, — он возмутился, что-то вроде: «Как я это замну?». Мне кажется, его тоже нн заставил это сделать.        Все о чём-то думали. Это предположение и правда удивляло, оно новая ступень в истории с нн. — А как вы думаете, нн заставлял Павла Алексеевича что-то делать также, как и тех двух парней, или он с ним заодно? — спросил Антон. — Кстати-и-и! — протянул Арсений. — А это интересно… Теперь кажется, что нн совсем близко… — он резко заговорил тише. — Можете подробнее рассказать, что говорили те парни? И что они делали с вами? — Да они ничего особо не говорили, — задумчиво ответил Серёжа. — Один из них сказал: «ничего личного», а потом кинулся на меня, — Антон нахмурился, — я даже не понял, что произошло: чё-то ударил меня, в стену вжал. Я пытался сопротивляться, но ничего не выходило. А потом он начал меня душить. — Интересно, нн в итоге им заплатил? — заметив паузу в рассказе Шастуна, вставил Серёжа. — Наверное, должен был, — ответил Дима, — нас повалил на пол второй и пинать начал. — Пиздец, конечно, — вздохнул Попов, — но зацепок новых нет…        Парни приехали к озеру. Уже как родное, блин. Они вышли из машины и огляделся. Знакомая скала со множеством дырок. Надолго они… — Так, короткий экскурс, — сказал Арсений, — я вчера изучал немного ласточек-береговушек и их гнезда. Во-первых, не уверен, что даже в перчатках безопасно лезть к ним. Когда птицы улетают на зимовку, а они уже улетели, их дома занимают жучки, кроты, в общем живность, которую не хочется трогать. Во-вторых, проверять всё — долго. Давайте внимательно пройдёмся по низу, надеюсь, нн решил не усложнять нам работу и спрятал подсказку где-то низко, близко к земле. В противном случае придётся искать варианты подъёма наверх, — Арсений посмотрел на вершину скалы. Солнце светило ярко, и ему пришлось прикрыть глаза, чтобы сохранить зрение. Гнезда высоко, не хотелось бы туда лезть, — и теперь лайфхак: в первую очередь смотрите прямой ли туннель. Если он имеет изгиб — это явно не ласточкино гнездо, они могут копать только прямо. — Ну нихуя себе лекция! — Антон переглянулся со всеми. — Ну хорошо, давайте начнём, а то до ночи проводимся.        Парни надели купленные перчатки и разошлись по длине утёса. После слов Арса было страшно совать руки внутрь. Усложнением являлось и то, что они не знают, что хотят нащупать: просто бумажку или она будет снова в бутылке, например.        Прошло минут пять. Ребята внимательно вглядывалась в гнезда и пытались что-то нащупать, пока Арсений не выкрикнул: — Нашёл! — он поднял в воздух бумажку. — Кстати фан-факт про ласточек-береговушек: — неожиданно, — на тыльной стороне лапок у них расположены щёточки, которыми они подметают пол у себя в гнезде и коридоре. — Арс, как ты нашёл…что они делают? — Антон резко изменился в лице. — Чего? — Вот такие вот ласточки, — Арс широко улыбнулся, — я искал неглубокий узкий, неаккуратный тунель, который был бы кривым, усыпанным рыхлой землёй и глиной. Именно в таком я стал разгребать, по сути, пол. А внутри было это, — он снова показал грязную бумажку. В этот раз нн не парился насчёт состояния подсказки… — Я думал, мы тут долго провозимся, — удивлённо сказал Серёжа. — Вот это ты подготовился, — Дима дважды хлопнул в ладоши.        Арсений присел на корточки. Троица быстро его окружила. Попов медленно развернул бумажку. Внутри было напечатано: «58.142,73.234», а ниже подписано: «Удачи» и улыбающийся смайлик. — Что это, — недовольно спросил Матвиенко. — Похоже на координаты, — задумчиво ответил Дима. — Если это действительно так, а это скорее всего так, то нам надо только узнать, куда идти, — ответил Арсений, — судя по точкам и запятым, это и правда координаты. — Надо в карты забить эти координаты? — уточнил Антон. — Да, думаю, так и найдём это место, — ответил Попов. — Я вот что думаю: если подсказка с точки зрения отгадывания и правда окажется настолько простой, что ж там за сложности на месте должны это компенсировать? — сказал Дима. — Блять, — выдал Антон, — ну и пиздец.        Молча ребята сели в машину. Сложили перчатки обратно в пакет и поехали по домам. В пути Антон, конечно же, повторял обществознание и историю. Потому что дома на это времени уже тратить не хочется. Да и сил особо не будет.        Шастун снова попрощался с Арсом. Он сложил учебники в портфель и лёг на кровать. Сложный день, изматывающий.        Было так лень идти мыться, но Антон всё-таки принял душ и лёг спать спустя пару часов, проведённых лёжа.

21:54 Я: Арс, я что-то уже спать пошёл Спокойной ночи :)

21:55 Арсений: Молодец ты! Высыпайся )) Спокойной ночи, Тош)