Of Earth / Земля

      «В вопросах стиля плывите по течению, в принципиальных вопросах стойте как скала». — Томас Джеферсон       Макленд Эймс считал, что поворот судьбы словно жизнь, выкованная в землетрясении.       Он понимал, как легко можно потерять стабильность. Знал, как жизнь может быть искажена и разрушена за одно короткое мгновение только для того, чтобы внезапно перестроиться и возродиться во взрывоопасных вулканических извержениях цели впереди.       Это был танец Земли.       Как Ученый, он понял, что именно благодаря этому вечному кругу проходит жизнь.       Мак выслеживал свою коварную добычу несколько дней. И хотя его хорошо обученная добыча пряталась от него, Мак как волк был прирожденным следопытом.       Он нашел Сэмюэля в дубовой роще около фермы Джима, под густым пологом деревьев. Сэм был осунувшимся, измученным и отчаянно нуждался в хорошей еде. Но помимо всего этого младший Винчестер выглядел потерянным и совершенно напуганным.       Дин однажды сравнил своего брата с гигантской каймановой черепахой. Когда Сэм чувствовал, что не может себя контролировать, первым его побуждением было убежать или спрятаться глубоко в своей толстой, твердой, как камень, оболочке.       Дин был во многом прав.       И именно по этой причине Мак продвигался осторожно.       Он был слишком стар, чтобы получать жестокие удары по заднице.       А прямо сейчас телекинетические способности Сэма были далеко не стабильны.       — Сэмюэль.       У Мака было достаточно времени, чтобы поднять свои щиты. А в следующую секунду невидимая сила словно удар лавины врезалась в его барьер.       Глаза Сэма стали огромными и испуганными.       — Заземлись, Сэмюэль, — спокойно приказал Мак. — Сделай глубокий вдох и представь, как ты отталкиваешь избыточную энергию в землю.       На мгновение Мак подумал, что Сэм не послушается его. Затем младший охотник глубоко вздохнул, закрыл глаза, и Мак почувствовал как электромагнитный заряд, от которого волосы встают дыбом, вошел в землю.       Эймс кивнул и осторожно опустил щиты.       — Очень хорошо.       Сэм открыл глаза и провел рукой по губам. Этот жест так напоминал Джона Винчестера, что у Мака сжалось сердце.       — Что ты здесь делаешь?       Мак поднял бровь.       — А ты как думаешь?       — Я не вернусь. Я не могу себя контролировать и не хочу причинить кому-то вред, — пробормотал Сэм. Затем он оперся спиной о гигантский дуб и съехал на землю.       Сэм напоминал Маку одно из многих древних изображений Лешего, повелителя лесного царства. И мальчику нужно было подстричься и побриться.       — Успокойся, — сказал Мак. — Ты можешь либо вернуться со мной, либо мы оба можем дождаться, пока твой брат проснется. Но мы оба знаем, что как только он поймет, что тебя нет в палате, то подпишет отказ и смоется из больницы. Дин упрямо потащится в лес, тем самым только причинив себе больше вреда, и выздоравливать он будет намного дольше.       — Дин… — прошептал Сэм, подняв взгляд на доктора.       — С твоим братом все будет в порядке, — мягко заверил его Мак. — Сейчас врачи ввели Дина в искусственную кому, чтобы поддерживать низкое кровяное давление, пока заживает поврежденная артерия. Вот почему ты не можешь его почувствовать.       — Дерьмо, Мак, — Сэм судорожно вздохнул. — Повсюду было так много крови. Я думал…       — Я знаю. Ты думал, что Дин мертв. Но это не так. И ты ни в чем не виноват, Сэмюэль.       — Я это сделал.       — Люцифер сделал это, — поправил его Мак.       Им повезло. Очень повезло.       Мак мало что помнил о том, что произошло. В одну минуту он отчитывал Дина и Калеба за то, что они бездельничали в «Гробнице Охотника», а в следующую — раздался крик Сэма. Мак ощутил пульсацию телекинетической волны, а затем мир взорвался хаосом. Кровь забрызгала стены.       Люцифер оставил бомбу в качестве прощального подарка.       К сожалению, именно Сэмюэль оказался этой бомбой.       Люцифер запрограммировал силы Сэма таким образом, чтобы его естественный щит упал и в нужный момент запустил волну телекинеза, которая должна была убить всех и все в радиусе ста футов.       Дин, то ли намеренно, то ли по глупому стечению обстоятельств оказался ближе всех к брату, и именно он принял на себя основной удар. Список его травм был длинным и обширным: сотрясение мозга, переломы костей, словно он был в эпицентре взрыва бомбы. Наиболее опасным для жизни было попадание крупного осколка в шею. Осколки задели сонную артерию, но не попали в позвоночник. Хирурги пытались восстановить артерию и остановить кровотечение.       Слава Богу, что в тот день мальчики проигнорировали приказ и оставили дверь в «Гробницу» открытой. Не говоря уже о том, что Сэмюэль стоял в дверях комнаты, когда его щиты рухнули. В противном случае чистая ударная сила от взрыва телекинеза срикошетила бы от защитных стен «Гробницы», и все было бы намного хуже. Внутренности всех кто находился в комнате, превратились бы в кашу. Мак сомневался, что кому-нибудь удалось бы выжить.       — Я почти всех убил, — Сэм посмотрел Эймсу в глаза. — Он заложил в меня эту маленькую бомбу замедленного действия. Люцифер использовал меня, чтобы сделать это.       — Тогда выслушай свой собственный аргумент, сынок, — мягко приказал Мак.— Люцифер использовал тебя.       — Вот почему я не могу вернуться. Я не хочу рисковать и причинить кому-либо вред. — Сэм постучал себя по голове, а затем обвел вокруг себя рукой. — Из-за этого.       Сэм всегда был твердым, стабильным, устойчивым, настойчивым и уравновешенным. Мак надеялся достучаться до могущественного интеллекта, погребенного под чувством вины. Прямо сейчас нужен был трезвый здравый смысл.       Макленд Эймс был таким же упрямым и непреклонным, как горный хребет, когда хотел чего-то добиться. Это упрямство было силой, благодаря которой ему удалось похоронить двух братьев и не один раз восстановить свою жизнь из руин.       — Тогда подумай, Сэмюэль, — заметил Мак. — Люцифер так долго наблюдал за тобой. Он знал тебя вдоль и поперек. Он знал как лучше всего нанести наибольший ущерб. Люцифер хотел, чтобы ты сделал это.       Сэм дернул себя за волосы. И снова Мак подумал, что этим жестом мальчик напоминает Джона Винчестера.       — Кровь демона…       — Не имеет значения для этого разговора, — парировал Мак. — Люцифер использовал для этого дар, данные тебе Богом. Дар, хороший или плохой, но он передавался по материнской линии в твоей семье на протяжении поколений. Если ты мне не веришь, исследуй все сам. Вот почему ты стал мишенью.       — Мак…       — Никто тебя не винит. И сейчас ты просто зря истязаешь себя. — Он посмотрел младшему охотнику в глаза. — Убегать легко, сынок. Удерживать свои позиции — тяжелая работа. И чаще всего нам приходится выдерживать удар и восстанавливать руины. Вот где проявляется настоящее мужество. Поверь мне. Никто не понимает это лучше, чем я.       — Я не хочу никого ранить. — Сэм выглядел так, словно сгибался и ломался прямо на глазах у Мака. — Я не мог остановить его. Люцифер был слишком силен. Я надеялся, что Михаил защитит Дина. Но Дин схватился за свою шею, а Калеб был весь в крови, когда пытался остановить кровотечение.       — Это была не твоя вина. И ты не можешь причинить мне вред. — Мак снова почувствовал заряд силы. Вокруг него закружились листья. — Сделай глубокий вдох и укоренись, Сэм. Протяни руку и представь себя деревом. — Он сел рядом с младшим Винчестером, стараясь общаться с ним, как всегда делал Дин. Сэм наклонился к нему, как утопающий. Мак обнял его за плечи. Душевные стены, за которыми прятались люди, были и защитой, и тюрьмой. Мак усвоил этот тяжелый урок.       И душевные стены Сэма только что разрушились.       Мак держал его в объятиях, пока Сэм дрожал от рыданий. Он позволил слезам смыть всю боль и сожаления.       Сэм всегда жаждал стабильности. Он хотел пустить корни в одном месте. Сэм отчаянно жаждал прочного фундамента. А Джон никогда этого не понимал. Для Рыцаря выживание означало постоянные переезды. Дин тоже не мог дать младшему брату стабильность. Дин пытался это сделать, но по натуре он был слишком подвижным и приспосабливался к любой обстановке. Сэм, с другой стороны, настороженно относился к переменам.       И это всегда было проблемой.       Мак тоже научился этому на собственном горьком опыте.       Сэм слишком многого от себя требовал.       — Посмотри на меня, Сэмюэль, — тихо приказал Мак, когда Винчестер немного успокоился. — Я хочу задать тебе один вопрос. Это очень сложный и важный вопрос.       Сэм поднял голову и встретился с ним глазами.       — Кто ты?       — Кто я? — удивленно переспросил Сэм.       — Ученый всегда должен понимать себя, — спокойно заявил Эймс. — Он всегда должен ценить как свои сильные, так и слабые стороны. Теперь я снова спрашиваю. Кто ты?       — Я младший брат…       — Дин не имеет отношения к этому разговору, — оборвал его Мак.       — Но… — Сэм запнулся.       — А теперь ответь на мой вопрос, — скомандовал бывший Ученый.       — После Джесс… После всего, что случилось с Руби… — Сэм какое-то время молчал, затем тихо прошептал: — Я больше не знаю, кто я.       — Вот почему ты в хаосе. И поэтому Люцифер мог так искусно использовать твой дар против тебя. — Мак указал на окружающий их лес. — Ты — Ученый Братства, и твой внешний мир — прямое отражение твоих внутренних мыслей. — Он указал на сердце Сэма. — Ты должен понять себя, прежде чем сможешь контролировать свои силы. Это основа из которой Ученые черпают свою силу.       — Гораздо легче сказать, чем сделать, — прошептал Сэм ему в плечо.       — Это самая трудная задача, которую тебе когда-либо задавали, — как ни в чем не бывало сообщил ему Мак.       Сэм отодвинулся и вытер глаза.       — Я не знаю, смогу ли это сделать.       — Конечно, сможешь, — ответил Мак. — Ты — Ученый Братства. Ты сможешь сделать что угодно, если постараешься. А теперь ты готов перестать убегать?       Сэм стиснул зубы и кивнул.

***

      Сэм глубоко вздохнул и вошел в больничную палату брата.       Мак остановился на пороге и внимательно посмотрел на Дина. Старший Винчестер выглядел ужасно. Он был весь в бинтах и трубках. Его правая рука была плотно примотана к грудной клетке. И, несмотря на переливание крови, Дин был почти такого же цвета, как и простыни. На больничной койке он выглядел маленьким и хрупким.       Калеб сидел в кресле рядом с кроватью и выглядел не намного лучше. Он поставил ноги на кровать друга, а одна сторона его лица представляла собой яркое фиолетовое пятно. На его лбу была белая повязка, которая только подчеркивала темные круги под глазами. На левом предплечье был гипс, который он ковырял. Ну что ж, Мак накричит на него позже. Его сын плохо переносил посещение больницы.       Калеб одарил их улыбкой, которая не достигла его глаз.       — О, вовремя же ты появилась, Прю.       Мак чуть не застонал. Если начались отсылки к «Зачарованным», значит «Баффи — истребительница вампиров» не сильно отставала. Он никогда не поймет вкусы Дина и Калеба на телевизионные шоу.       — Не называй меня так, — сказал Сэм, сильно побледнев. Затем он посмотрел на брата. — Как он?       Калеб не ответил, но вопросительно посмотрел на отца.       — Телекинез Сэма сейчас стабилен, — заверил его Мак. — Не волнуйся. Я слежу за ним. Нам предстоит еще много работы. Но я подумал, что им обоим будет полезно, если они увидят друг друга.       — Я понимаю, — Калеб посмотрел на Сэма. — Вчера убрали вентилятор. Дин периодически приходит в сознание. Врач сказал, что ему потребуется еще одна операция на плече. Джошу просто наложили швы, а Илая и Итана сегодня выгнали отсюда.       — Калеб, прости… — тихо начал Сэм.       — Не надо, — перебил его Ривз. — Это не твоя вина, Коротышка. Никто тебя не винит. Это был последний поцелуй Люцифера в задницу Братства. Мы должны были догадаться, что он был жалким неудачником.       — Такое шокирующее откровение, — саркастически бросил Мак с порога.       На этот раз Калеб искренне ухмыльнулся.       — Да. Кто бы мог подумать, ведь он дьявол и все такое?       — Сэмми? — пробормотал Дин, сонно моргая.       Калеб похлопал друга по колену. Вероятно, это было одно из немногих мест, где Дин не был ранен.       — Да, чувак, он здесь. Сэм в порядке. Мак наконец-то выследил его.       Старший Винчестер слабо протянул руку, как гравитация луны тянется к земле. Сэм ухватил его за руку, и Мак почувствовал облегчение от того, что парень вылез из своей раковины.       — Ты в порядке?.. Из носа… шла кровь.       — Я буду в порядке, — мягко сказал Сэм, чуть крепче сжимая руку брата. — Похоже, я отделался легче чем ты.       — Люцифер — сука. Я должен был позволить Михаилу надрать ему задницу, — пробормотал Дин. — А тебе нужно подстричься.       — Я, как всегда, приму к сведению твой совет по поводу моды, — Сэм добродушно закатил глаза. Затем нежно провел рукой по коротким волосам брата. — Учитывая, что тебе никогда не нужно беспокоиться о том, что твои волосы станут неукротимой массой.       — Просто я от природы такой, — пробормотал Дин, стараясь держать глаза открытыми. — Я весь в папу.       — Да, есть некоторые преимущества в том, чтобы подражать папе, — улыбнулся Сэм, садясь.       — Мальчики, я схожу за кофе, — объявил Мак. Он хотел дать им время побыть наедине. — Я буду следить за тобой на расстоянии, Сэмюэль. Я скоро вернусь.       Когда Мак вышел в коридор, он улыбнулся услышав песню, которая играла из радио на посту медсестры.       «Были времена, когда мы спотыкались.       Они думали, что сбили нас с ног.       Но мы пришли в себя.       Мы ехали и бродили.       Мы заблудились, но нас нашли.       Теперь мы снова на твердой земле».       Они еще не были в порядке. Но скоро будут.       Мак до сих пор помнил, что Джим Мерфи сказал ему после того, как автомобильная авария навсегда изменила его жизнь.       — Придут весенние дожди, и жизнь снова пустит корни.       Земля всегда обновляется.