Личность виновного

Часть 13 — Дорогая, все в порядке? — взрослая женщина приоткрыла дверь, заглядывая в комнату и рассматривая небольшой бардак, который не меняется уже долгое время. — Да, мам, просто завтра первый важный экзамен и я волнуюсь, — неуверенно просипела, укутываясь в одеяло ещё больше, не желая сталкиваться со взволнованным взглядом матери. Мы поужинали несколько минут назад, но в горло и кусок не лез, хоть еда была приготовлена самым близким человеком для меня. В любой другой день я бы уплетала свиную котлету с рисом за обе щеки, но сегодня слишком сильно нервничала. Мама ещё за столом начала расспрашивать о моем поникшем состоянии, считая, что я просто простудилась. Как было сложно сказать, что все в порядке и соврать, смотря прямо ей в глаза. Тарелка так и осталось почти нетронутой, как моя тушка оказалась в кровати и спряталась под большим пуховым одеялом, скрываясь от всего внешного мира. Как жаль, что мы не можем как в детстве, придумать свой мир в маленьком пространстве одеял и подушек, спрятавшись там от реальности. Сейчас, это было бы очень кстати. — Если тебя тревожит что-то ещё, то ты же знаешь, что можешь в любой момент рассказать мне? — лицо женщины немного улыбнулось, показывая в свете стоящей на столе лампы, как морщинилась кожа около глаз. Эта улыбка всегда была доказательством того, что даже если она будет смертельно уставшей, то все равно выслушает все мои проблемы и даст напутствующий совет. Неважно ночь это или раннее утро, она всегда готова прийти ко мне на помощь. Я была так благодарна за ее заботу и любовь, но не могла посвятить во все то, что последнее время меня окружает. Ее бы хватил удар. Огоньки за окнами дома проникали в квартиры всех жильцов. Но я дёрнулась, как только резкий и громкий звук сирены полицейской машины, разрезал воздух, а яркая мигалка ослепляла половину улицы. Представители закона спешили на очередной важное дело, либо же, пользовались своей должностью и пытались пробраться через пробку быстрее. Неважно, что было это на самом деле, но такой звук, сразу перекинул меня в тот злополучный день, когда мы нашли тело Мунбёль. Тогда тоже выла эта противная и громкая сирена, будто желая донести до каждого человека, чем именно мы занимались. Искали то самое бездыханное тело первогодки, что до сих пор встаёт у меня перед глазами каждую ночь и заставляет дрожать в страхе. Мама заметила мое напряжение, что буквально кричало в глубине глаз и подошла к окну, чтобы зашторить лучше. — Спокойной ночи, дорогая, — мягко провела ладонью по моим волосам и я почувствовала от прикосновения весь тот комфорт, который она приносит с собой каждый раз, — У тебя обязательно все получится. Слова поддержки — вот чего мне не хватало на самом деле, от близкого человека. Много кто мог говорить похожие слова, но никто не сравнится с ее мягким тоном голоса и нежным прикосновениям дрожащих ладоней. Она всегда боролась с излишним тремором рук. Мне было больно наблюдать, как ее трясущиеся руки всегда выполняли домашнюю рутину и все так же божественно готовили. Качество проделанной ею работы никогда не ухудшалось, даже если ее пальцы слабели с каждым прожитым годом. — Спасибо, — прошептала, закрывая глаза и услышала шарканье домашних тапочек в сторону выхода из комнаты. Когда дверь закрылась, снова открыла глаза, уставившись в потолок. Сегодня я не усну. Эта ночь станет решающей. *** — Несколько часов назад — Я шла в столовую после очередного урока математики и крутила в голове произошедший разговор с Джисоном в том заброшенном кабинете. Он обещал написать вечером и я скромно могла предположить, что меня ожидал тот самый заказ от очередного богатого мужчины. Колени подкашивались от одной только мысли, как быстро прошло время и я не успела вытянуть нужную информацию до этого рокового события. Жутко не хотелось заниматься всем этим, но было слишком поздно отступать. Нужно довести все до конца. — Эй, Хюн Ки, чего такая кислая? Вы с Сынмином сегодня оба не в себе и витаете где-то в облаках, — рыжий первогодка подошёл слишком неожиданно, от чего я дёрнулась и чуть не выронила поднос с едой, — Господи, это просто я, чего так пугаешься? Взгляд Минхо за секунду из игривого превратился в немного настороженный и изучающий. Будто пытался прочесть на моем лице причину сильной задумчивости. Хотелось скрыться от его пронзительных глаз, что всегда внушали в других нервозность. — Прости, задумалась, — виновато приподняла уголок губ, присаживаясь рядом за пустующий стол, — Разговаривала с Джисоном на прошлой перемене. Пришлось пересказать все то, что произошло, чтобы и Ли был в курсе всех событий. Я боялась быть подслушанной другими учениками, поэтому склонилась ближе к столу и перешла на шёпот. Парень внимательно слушал, постукивая указательным пальцем по подносу и покачивая ногой. Его внимательный вид сменился на негодующий, как только он услышал, что Джисон собирается написать мне вечером. — Черт, теперь тебе придётся идти на заказ, потому что мы не успели, — с усталым вздохом провёл пальцами по волосам и взял в руку палочки, принимаясь за обед, — Хочешь, мы будем вместе с Сынмином следить где-то рядом с местом встречи? В случае чего, сразу прибежим и вытянем тебя из лап похотливого мужлана? Я бы усмехнулась его предложению, если бы не понимала, в какой серьёзной ситуации мы оказались. От упоминания черноволосого одноклассника первогодки, я неосознанно покраснела, сразу начиная вертеть головой и окидывать взглядом всю столовую. — А где сам Сынмин? — тихо спросила, выискивая знакомую фигуру парня в толпе. — Он только от упоминания о тебе сразу покраснел и что-то пробубнел о том, что не голоден, — с набитым ртом произнёс Минхо, указывая на меня палочками для еды, — Что между вами произошло? Догадливая натура этого юноши всегда не прекращала меня удивлять. Сколько бы не скрывай от него очевидных фактов, он все равно заметит что-то неладное и будет задавать наводящие вопросы. — Ничего, — от нервозности, я зачерпнула слишком большую ложку риса и отправила в рот. — Совсем ничего? — усмехнулся, закатывая глаза, — Тогда почему Сынмин идёт в нашу сторону так неуверенно и краснеет? Поперхнувшись застрявшими рисинками в сухом горле, я стала биться в припадке и тянуться к бутылке с водой. Неловко ставя поднос на стол, Сынмин тихо присел рядом и поздоровался. Я ответила кивком головы, отворачиваясь от него и поднесла бутылку к губам. — Что такое, а? — уже обиженно и возмущённо протянул рыжий, ударяя ладонью по столешнице, — Почему вы такие? — Какие «такие»? — Ким сделал непонимающий взгляд, широко раскрыв глаза. — Вы меня за идиота держите? Выкладываете все, иначе я начну бунтовать, — серьезное лицо говорящего произвело своё зловещее впечатление, от чего я и Сынмин немного напряглись, — Считаю до трёх. — Что? Но, Минхо… — Раз, — протянул рыжий. — Ли, мы просто…— наша речь сразу перебивалась, нарастающим в громкости голосом первогодки. — Два. Мы оба замолчали, наблюдая как Минхо отодвигался от стола и с интересом не могли предсказать, что будет дальше. — Три! - вслед за озвученной цифрой, последовал долгий и протяжный крик парня на всю столовую и мы поспешили закрыть его рот руками. — Ты придурок? - шипела я, заталкивая в рот Ли лежащую до этого на столе салфетку. — Эо я плитулок?! — с набитым ртом возмущался юноша, отталкивая наши руки от своего лица. Выплевывая белые лоскуты салфетки изо рта, Ли с хмурым лицом снова схватил наши руки, как только мы совершили попытку встать из-за стола и хотели уйти. Испытать его гнев на себе нам хотелось в последнюю очередь, поэтому перекинувшись только одним взглядом с Мином, мы поняли друг друга без слов. — Выкладывайте, твою мать, пока я не начал выкручивать ваши маленькие пальчики на руках, — шипел он, заламывая указательный палец Сынмина и тот заныл от боли. — Ладно-ладно, Ли, хватит уже, — поспешно пролепетала я, боясь той же участи, — Мы недавно оставались у Сынмина и… — Она учила меня целоваться, — черноволосый опустил голову, стыдливо краснея. — Она — что?! — громко воскликнул рыжий, переводя на меня ошарашенный взгляд, — Я конечно знал, что ты та ещё придумщица веселых планов, чтобы скрасить скучное существование, но, чтобы настолько?! — Ох, Минхо, ну поцеловались разок и что? — мое лицо так же стремительно краснело, но я решила все равно притворяться незаинтересованной в данном разговоре, — Это запрещено? — А меня научишь тогда, развратница Дунг? — усмехнулся, приближаясь ко мне с вытянутыми губами. Я оттолкнула его лицо свободной рукой, скривившись и слушая в ответ злорадный смех. Сынмин все так же смущался, но уже сам немного посмеивался с ситуации. — А ты, Сынмин, научил ее своим невероятным познаниям в романах, что читаешь ночами, спрятавшись под одеялом? — в этот раз смеялась уже я, пока черноволосый колотил Минхо по плечу. *** Придя со школы домой, скинула тёплую куртку, из-за которой потела всю дорогу и устало разлеглась на диване. Тот самый неловкий диалог, произошедший в столовой, и последующая контрольная по химии вытянула из меня все последние силы. Звук пришедшего уведомления отвлёк мое внимание и я подняла телефон к лицу, фокусируя взгляд на тексте. От: Джисон — Хюн Ки, твой первый заказ ждёт тебя. Извини за спешку, но ты должна поехать сегодня ночью в район Каннама. Будь готова к двенадцати ночи, оденься прилично, но желательно в облегающую одежду и держи информацию про мужчину, чтобы ты смогла узнать его. К сообщению было прикреплен файл, который я открыла. На меня смотрел мужчина приблизительно пятидесяти лет, с седыми волосами по бокам и в деловом костюме. В его карточке был указан только возраст, увлечения и приблизительные темы для разговора, которые можно поднять в момент встречи, чтобы лучше расположить к себе. Отписав короткое «Поняла», заблокировала телефон. Руки задрожали, а сердце стало стучать так быстро и громко, что я могла его слышать буквально в своей голове. Внешние звуки спали и я сосредоточенно уставилась в пустоту, предчувствуя нарастающую панику. — Милая, это ты? — из-за угла показалась женская фигура, от чего дёрнулась с места, принимая сидячее положение. — Да, — оглядев заспанное лицо матери, нахмурила брови, — Разве ты не должна была быть на работе? — Мне перенесли смену на ночь, поеду на работу к восьми часам, — просипела она, укутываясь в тёплый кардиган ещё больше. Я взглянула на настенные часы, замечая, что до ее ухода оставался всего час. Мы так мало проводим время вместе, то из-за ее работы, то из-за моей учёбы и уже давно не собирались за просмотром очередного детектива, любовь к которым нам привил дедушка. Так не хотелось отпускать ее на очередную смену, чтобы она снова мучалась в холодном магазине, тягая тяжести и решая все проблемы остальных сотрудников. Быть директором очень сложно, но она все равно гордилась данной должностью, да и зарплаты вполне хватало на все. Я снова перевела грустный взгляд на маму, встала с дивана и обняв ее за предплечье правой руки, прижалась у нему щекой. — Давай поужинаем? — получив одобряющий кивок, счастливо улыбнулась и потянула ее за ладонь к кухне. *** Как уже известно, поесть у меня так и не получилось, а стоило входной двери закрыться, как я подорвалась с места и скинула одеяло. До двенадцати осталась ещё четыре часа, но мне нужно полностью привести себя в порядок и отрыть подходящую одежду. Косметики, как оказалось, у меня было не так много, но я смогла накрасить ресницы и нанести маленький слой тонального средства. С одеждой пришлось повозиться дольше и вынуть почти весь шкаф, пока наконец не нашла подходящие вещи. Простая блузка чёрного цвета с небольшими вырезами на плечах и чёрная юбка-шорты, под которые натяну бежевые колготки. Наряд вроде бы и простой, но в тоже время весьма подходящий. Единственной моей заботой было не заболеть в такую погоду и сохранить здоровье, хотя бы, до начала весны. Иначе, никакое расследование долго не продолжится, если я буду лежать с температурой под сорок. Время подходило к одиннадцати, когда я по-быстрому залила в себя чашку кофе для бодрости и напялив верхнюю одежду, вылетела из дома. Торопливо шагая к автобусной остановке, почувствовала вибрацию телефона. Повернув экран к лицу, заметила висящее сообщение. От: Сынмин — Видел тебя выбегающей из дома. Тебя вызывали на заказ? Когда я наконец оказалась в салоне автобуса, смогла напечатать ответ замершими пальцами рук, которые уже покраснели и еле поддавались движениям. От: Вы — Да, в спешке совсем забыла предупредить вас. Я буду писать по возможности и… Но не успела допечатать, как телефон начал разрываться от громкой музыки. Я испуганно дрогнула, выругалась про себя и приняла звонок. — Алло, Сынмин, я только вот печатала сообщение, — невнятно пыхтела, пока просовывалась между людьми, пролезая ближе к окну. — Куда ты едешь? - спокойный тон парня позволил мне почувствовать секундный покой и я даже расслабила напряженные плечи. — В сторону Каннама, встреча около ресторана Maple Tree. Но лучше мне не болтать о таком с тобой по телефону, вдруг, нас прослушивают? — перешла на шёпот, прикрывая рукой рот, — Короче, я тебе позвоню, если что. — Понял, удачи, — мягко ответил он и сбросил трубку. Мне было приятно, замечать некое волнение и заботу со стороны этого черноволосого первогодки. Даже в столовой, когда нам пришлось раскрыть наш секрет Минхо, он все равно перебарывал смущение, но взволновано окидывал меня взглядом. Будто боялся, что данная тема обидит меня или я не захочу, чтобы кто-то ещё знал об этом. Да, может, было бы лучше, если никто кроме нас не знал о том вечере, но скрыть что-то от всезнающего Минхо просто невозможно. Плюс, он был нашим близким другом и поделиться таким, как само собой разумеющееся. После школы мы так же как и всегда, шли домой вместе, но в этот раз я чувствовала неловкость между нами. Мне пришлось заговорить первой и поднять эту тему, пока медленно шагали по знакомой дорожке. Сынмин сначала стушевался, его уши покраснели, а руки ещё сильнее погрузились в карманы длинной куртки. Поборов смущение, слегка заплетающимся языком протараторил о том, что совершенно не жалеет о поцелуе, впрочем, как и я. Мы оба понимали, что между нами все так же останется некоем магнитное поле, которое будет чувствоваться чуть ли не физически, но пока предприняли решение оставить все как есть и не вдаваться в подробности собственных чувств. Я ощущала в его присутствии комфорт и некий трепет от случайных прикосновений. Когда ловила его взгляд на перемене, хотелось поправить волосы, а уголки губ сами приподнимались. Он забавный и очарователен по-своему. Иногда, мог очень громко захохотать, позлорадствовать над неудачей Минхо, но чуть позже поддержать и дать дельный совет, если его спрашивали. Он ни к кому никогда не навязывался, разговаривая сдержанно и скромно, отвечая на уроке только тогда, когда сам учитель его об этом просил. Любил романы и всегда помогал матери собирать свою библиотеку различных книг, души не чая в женщине, которая растила его в одиночку на протяжении стольких лет. Прилежный, но со своей изюминкой сарказма и игривости в подходящие для этого моменты. Он не был дурачком и всегда замечал состояние других людей, подбирая нужное время для шуток, чтобы даже подкатывающие насмешки, могли быть смешными, а не обидными. Мне нравилась его наблюдательность и учтивость к другим, при этом, он никогда не забывал про себя. Распределял силы с умом, ведь знал собственные возможности и никогда не старался прыгнуть выше головы. А ещё, мне нравятся его зубы, «одетые» в брекеты, милая привычка дотрагиваться до мочки красного уха, когда он смущался и его неповторимый запах сирени. Мне нравился факт того, что шлейф этого аромата исходил именно от него. Воспоминания о парне слишком размыслили мой взгляд, из-за чего, я чуть не пропустила свою остановку. Быстро нажав на кнопку «Стоп» встроенную в поручень, извинилась перед водителем за это и быстро выбежала снова на холодную улицу. Колготки не совсем спасали от пробирающего ветра, но я стойко шагала в сторону ресторана, замечая большое скопление людей, даже в такой час буднего дня. В Корее много кто любил выпить после работы, заедая острой едой и тем самым, выпуская весь стресс, пережитый за день. Я и сама любила острое. Точнее, чувство эйфории после съеденной обжигающей пищи, когда твой организм резко понижал уровень стресса в организме и ты блаженно потягиваешь прохладную воду. Я скучаю по временам, когда мы могли вместе с мамой сидеть на заднем дворе дома и уплетать такую еду за обе щеки, смеясь с красных лиц друг друга. До сих пор вспоминаю эти летние вечера с теплом в сердце. Но вызванные воспоминания все равно не разогревали продрогшее тело, пока я не увидела на углу ресторана своего заказчика. Сердце сразу упало в пятки и я не чувствовала ничего, кроме его громких стуков. Холодные руки вспотели в карманах куртки, от страха зажимая между пальцев связку ключей. Он ждал меня, прикуривая толстую сигарету прямо на крыльце заведения, хоть это и запрещалось. Чёрный выглаженный костюм делал его выше и стройнее, а накинутое сверху пальто совсем не мокло от упавших снежинок. Чувство страха от вида таких представителей светского общества всегда окутывало меня в свои тиски и я обходила подобных людей стороной, до этого рокового момента. Я знала, на что шла и поэтому ничего не оставалось, как переступить через себя. Мужчина повернул свою голову, встречаясь глазами с моими и тело немного дрогнуло от его взгляда, наполненный скукой и какой-то бескрайней усталостью. Он выдохнул облако дыма в сторону, стоило мне подойти ещё ближе и неловко поздороваться в поклоне. — Ты Хюн Ки, верно? — хриплый голос от вредных привычек звучал как грудной мокрый кашель, но почему-то, мне не было неприятно. — Все верно, господин До, — ещё раз поклонилась, стараясь меньше показывать то, что я сейчас окоченею от холода. — Пойдём, — он кивнул, выкидывая окурок в урну и ступая тяжелым шагом внутрь заведения. Я думала, что он захочет присесть за один из множества столов, но меня повели в более отстраненную комнату от всех остальных помещений. Некая vip-зона, с большим деревянным столом и мягкими кожаными диванами, цвета темного ореха. Свет в комнате был слегка приглушен, но я могла четко заметить так же стоящую еду на столе и услышать включённую спокойную музыку. Несмотря на созданный уют, перемешавшийся запах готовой еды и непринуждённость моего заказчика, я чувствовала себя очень скованно. Ещё никогда мне не приходилось разговаривать с подобными людьми, при этом, не получая замечание о моем вечно хмуром лице. Старшее поколение слишком акцентировало на этом внимание. — Возможно, ты голодна, — махнул рукой на стол, приглушая присесть. Мы сели напротив друг друга, из-за чего я смогла немного выдохнуть, ведь ненужно теснится рядом с ним и ожидать нежеланных прикосновений к телу так сразу. Может, напиться стоящим на столе дорогущим вином и забыть эту ночь, как страшный сон? — Да, если позволите, — кивнула головой, еле удерживаясь палочки в дрожащей руке. Надеюсь, что я смогу хотя бы донести кусочек до рта, не уронив его прямо на пол. — Налетай, — слегка улыбнулся уголками губ, тоже приступая к позднему ужину. В его анкете говорилось, что он увлекается приготовлением различных блюд и, в целом, очень любил пробовать кухню других стран. Увлекался чтением детективных книг, старой джазовой музыкой и терпеть не мог разговоры про работу в свободное время, которого у него было не так много. Чем-то он напомнил моего дедушку — такой же усталый взгляд, но с ноткой заботы и любовью к детективам с неожиданным концом. Но я каждый раз одёргивала себя, понимая, что этот человек заказал меня для своих плотских утех и в скором времени, я начну чувствовать себя просто отвратительно. — Ты чем-то увлекаешься? — вдруг спросил он, смотря в свою тарелку и аккуратными движениями перемешивал острый суп. — Да, люблю смотреть детективы, — проглотив бульон, ощутила во всем рту оставшуюся остроту, но даже не моргнула, — Ох, еда очень вкусная, спасибо. — Любишь острое и детективы? Тогда, нам есть о чем поговорить, — слегка усмехнулся говорящий, подталкивая ко мне тарелку с кусочками нарезанного жареного мяса, — Кушай побольше, а то выглядишь совсем измученной. Я удивлённо похлопала ресницами, удивляясь наблюдательности взрослого мужчины. Он почти не смотрел на меня, но смог определить усталость и мой голодный вид. Возможно, он просто хотел, чтобы я была поживее и энергичнее, чтобы потом не ловить меня в голодном обмороке или обзывать бревном, но маленькая надежда на его обычную заботу, все равно таилась где-то глубоко в черепной коробке. — Как тебе музыка? — очередной вопрос, от которого я слегка задумалась, вслушиваясь в мотив. Играла та самая песня, что звучала в комнате Сынмина, пока мы с Минхо искали подходящий материал для сочинения. Первым, кто подхватил припев и стал напевать слова, был Ли, из-за чего, мы с Кимом немного улыбнулась и тоже тихо начали подпевать. Наши голоса сливались в один и каждый чувствовал умиротворение, сравнимое только с тем, когда ты приходишь домой после долго и трудного дня. Я предалась воспоминаниям, приподнимая уголки губ, не сразу замечая изучающий взгляд мужчины. Он не стал прерывать меня, терпеливо ожидая ответа на вопрос, который я произнесла только спустя полторы минуты. — Прекрасный выбор. Навеивает хорошие ощущения, как будто, я оказалась дома, — расслабленно улыбнулась, снова уткнувшись в тарелку. — Это чудесно, когда ты можешь ощутить себя дома, даже, если находишься очень далеко, — кивнул головой, — Я тоже люблю это творение знаменитого певца и композитора. Включаю, когда особенно сильно скучаю по дому. — Скучаете? — вопрос сам выскользнул и я неловко прикусила язык, проклиная себя за навязчивые вопросы. — Да, скучаю по родному городу, — грустно улыбнулся, переводя на меня взгляд полный скорби, — На самом деле, Хюн Ки, я позвал тебя просто поговорить. Извини, что отнимаю твое время, но порадуй немного старика обычным диалогом. Удивляясь второй раз за такой короткий промежуток времени, я не могла поверить в то, что мне несказанно повезло. Я уже думала, что он серьезно извращенец и готовилась к худшему, но он оказался обычным одиноким мужчиной, что под старость лет, не мог поговорить с кем-то по-душам. Мне стало его в какой-то степени жаль, ведь никто из детей или внуков не навещал его, хоть он и отправлял почти все заработанные деньги им. Господин До любил свою семью, но его первая любовь осталась в небольшой деревушки около Тэгу, где он рос вместе с ней и учился. Неписаная красавица смотрела на меня с фотографии, которую вынули из кошелька и передали в руки. Молодая, улыбчивая черноволосая девушка, одетая в лёгкое белое платье, смотрела в камеру весёлым взглядом, будто до этого ее что-то очень рассмешило. — Она очень красивая, — прошептала, потирая края старой бумаги, — Почему вы не смогли быть вместе? — Она влюбилась в другого статного солдата, а я уехал учиться в Сеул, так и не сказав ей, что очень сильно люблю, — старческие глаза, окольцованные дряблой и морщинистой кожей, смотрели на фото с невероятной нежностью и я, неосознанно, захотела почувствовать когда-то такую же сильную любовь. С господином До оказалось очень интересно. Он рассказывал мне о путешествиях и дегустациях иностранной кухни. Делился любимыми детективами, обсуждая со мной впечатления, если мы оба знали сюжет. Лёгких джаз тихо сменялся песней за песней, пока мы не поняли, что наступило три часа ночи, а заведение закрывалось. Мы оба немного посмеивались, вспомнив одну из остроумных фраз Шерлока Холмса, что показывали по телевизору семь лет назад и вдохнули свежий воздух, как только оказались за дверью ресторана. Уличная тишина прерывалась только редкими проезжающими машинами и голосами людей где-то вдалеке. Пошёл мелкий снег, наверняка последний в этом году, прощаясь с жителями Сеула и обнимая их за плечи таяющими снежинками. — Позволь, мой водитель отправит тебя домой и ты доберёшься в безопасности, — предложил господи До, доставая снова темную толстую сигарету. Тёплый свет фонаря отражался в его темных зрачках и я приподняла уголки губ, когда больше не заметила в них такой сильной усталости и горя. Он выговорился о своей боли, прожитом опыте и просто хотел найти компанию. Так получилось, что ему подвернулась я и мне остаётся только благодарить саму судьбу, что подкинула такого замечательного человека. Как оказалось, он нашёл контакт Джисона по наводкам его знакомых с работы, но несмотря на похотливые отзывы остальных, господи До решил расслабиться по своему. Удивительное совпадение. — Нет, спасибо, господин До, — поклонилась, более оживлено двигаясь и ощущая себя свободнее, — Я доеду на такси. — Ох, кстати, вот твоя оплата, — мужчина засунул левую руку в нагрудной внутренний карман пальто, вынимая оттуда пачку денег, — Ты славная девушка и достойна более лучшей жизни, Хюн Ки. Надеюсь, этой суммы хватит, чтобы решить твои возможные проблемы и мы больше никогда не встретимся как заказчик и девушка по вызову. Принимая такую сумму в руки, я почувствовала как глаза начинают неприятно щипать от подступающих слез. Быстро попрощавшись с мужчиной и сердечно поблагодарив, побежала к приехавшему такси. Та самая сумка с камерой, все это время была со мной и боюсь представить, как удивится Джисон, если просмотрит запись данной встречи. Никакого компромата или пошлого содержания. Только душевная беседа и душераздирающая доброта, которой я была недостойна. Такой клиент должен был попасться Мунбёль.