Я тебя ненавижу!!

      Утро еще толком не вступило в свои права, а Саша уже проснулся. Что было странно, так как заснул он относительно недавно. Губы бас-гитариста растянулись в довольной кошачьей улыбке, и Александр Валентинович, не открывая глаз, протянул руку на соседнюю сторону кровати, в надежде нащупать и притянуть поближе нежное, теплое и соблазнительное тело жены. Но его надеждам не суждено было сбыться, ибо кровать была пуста и холодна, как погода этой осенью.       Шурка открыл глаза и убедился в том, что супруги и правда, нет в постели. Александр Валентинович глянул на часы.       — Семь тридцать утра, куда она в такую рань отправилась, скажите на милость.       Саша выбрался и кровати, умылся, влез в штаны и вышел из спальни. Его нос учуял манящий запах блинов.       — Во-о-от она где… — он пошел на запах и застал премилую картину.       Его дражайшая супруга и правда пекла блины, и судя по приличной горке на тарелке, делала это уже давно, оно и понятно, гостей сегодня полный дом. Но милым было не это, а то, как она пританцовывала в процессе готовки. Кто бы мог подумать, выросла на музыке «КиШа», дочь одного из основателей группы, вышла замуж за бас-гитариста этой самой группы и все равно слушает и ведь тащится.       Шурка прошелся взглядом по ее тонкой фигурке. У них в доме было довольно тепло, дети вечно бегали босиком, ползали по полу, поэтому еще на этапе проекта, они решили, что все полы будут теплыми. И если на улице была осень, то в доме у них была теплая майская весна. И потому Настя сейчас стояла босиком, в длинной плиссированной юбке в пол и простой майке, а волосы были закручены в пучок.       Балу улыбнулся, чувствуя, как кровушка побежала быстрее и, поддавшись своему желанию, он тихонько подкрался и обнял ее со спины, прижимая к себе.       — Доброе утро. — промурлыкал этот белобрысый котяра и припал к шее жены нежным поцелуем.       Настя улыбнулась, погладив свободной рукой его руки.       — Доброе, ты чего так рано встал, спал бы еще.       — Я проснулся, хотел обнять свою любимую жену, а ее нет. Я испугался и пошел на поиски. — Александр Валентинович чередовал объяснения с легкими поцелуями, что словно крылья бабочки, оставлял на ее шее. — А она, оказывается, тут, блины печет, еще и без меня. Не стыдно, а, Анастасия Андреевна?       Девушка улыбнулась, поняв, на что намекает муж и, повернув к нему лицо, чмокнула.       — Мальчишки вчера попросили блинчиков на завтрак.       — Угу…. Угу-у… Оправдывайся теперь. — Саша поймал ее губы и поцеловал, захватывая в плен нежную плоть. Поцелуй получился совсем не утренний, и вот уже дыхание стало совсем неровным, а ладони жадно сжимают женское тело.       — Са-а-аш… Мне надо готовить завтрак. — Настя кое-как вывернулась из его загребущих рук. — Ну вот, из-за тебя блинчик сгорел.       — Ну и ладно, их и так много. — Саша обнял ее и положил подбородок ей на плечо. Его руки собственнически гладили ее стан, то забираясь под майку, то едва сдвигая вниз пояс юбки.       — Саша, ты мне мешаешь. — она пыталась не обращать внимания на его действия, но это было чертовски трудно, ибо наглость в сочетании с обаянием этого чеширского кота творили страшные вещи. — Балунов, блин, отлипись от меня.       Настя хихикала, пытаясь увернуться от его рук и при этом еще и приготовить завтрак. Она специально встала пораньше, не стала его будить, чтоб пока все еще спят, спокойно все сделать. Так нет же. Проснулся. И чего он так рано проснулся, должен еще спать и спать. Но он проснулся и, судя по всему, требовал то, что принадлежало ему по супружескому праву, а именно долг. Длинные пальцы музыканта ловко скользнули под пояс юбки и легли на центр сосредоточения удовольствия.       — Саша, блин, прекрати! — Настя дернулась, пытаясь вырваться из его хватки, но кто ж ее отпустит. — Блин, Балунов, ты мне полночи спать не давал и тебе все мало, откуда в тебе столько сил?       — Это все твоя вина. — прозвучало откуда-то из ее шеи. — Потому что нельзя, потому что нельзя, потому что нельзя быть на свете краси-и-ивой такой.       — Вот дурак. — она рассмеялась — Ну правда, Саш, сейчас дети проснуться, папа спуститься, прекращай.       — Вот именно поэтому надо поторопиться! — И наглые пальцы отодвинули край белья.       — Я тебя сейчас укушу…       — Ага, нос ему откуси!       Андрей Сергеевич Князев, он же папа, стоял в дверях кухни и с наглой улыбкой наблюдал, как домогаются до его дочери. Дочь, застигнутая в такой ситуации, покраснела как помидорка, а вот наглый бас-гитарист лишь улыбнулся, но, надо отдать ему должное, спрятал смущенную супругу от взгляда вездесущего отца.       — Дедушка, идите-ка… Поднимите внуков и отведите их умываться, а мы тут завтрак приготовим…       — Капе-е-ец… — Настя от стыда закрыла лицо руками.       Андрей тихо рассмеялся, но пошел выполнять просьбу.       — У вас десять минут, я слышал, как Ольга расталкивала Горшка.       — Балунов, блин, ты вообще обнаглел! У тебя совсем стыда нет? — Настя стукнула мужа ладошкой в грудь.       — Совсем! Нет! — Шура не стал с ней церемониться. Он схватил жену, прижимая к себе и впиваясь в ее рот жадным поцелуем. Та не то чтобы что-то сказать, вздохнуть то не могла от его страсти и напора. Балу развернул ее и, прижав спиной к стене, подхватил под попу и усадил к себе на пояс, задирая юбку.       — Ты с ума сошел! — Успела возмутиться девушка, прежде чем почувствовала, как ее любимый муж заполняет ее. — Са-а-а… Ша-а-а…       Выдохнула она, сдаваясь на милость победителя.       — Пойдемте смотреть, где у нас мама с папой! — прогремел голос Князя на весь дом, чтоб уж сразу понятно было, кто идет.       — Деда, блинчиками пахнет! –Мальчишки учуяли запах любимого лакомства и полетели вниз.       — Так, по лестнице не бегать! — строго сказал дед, и мальчишки сразу тормознули и стали спускаться уже не спеша. — Я вот не пойму, на кой черт вы детские сделали на втором этаже? Чтоб рано или поздно кто-то навернулся с них!       — Папа, прекращай ворчать с утра! — Настя вышла в гостиную с тарелкой на которой была просто гора блинов. — Доброе утро.       — Да виделись уже! — подъебнул ее Андрей, и та тут же залилась краской.       — Что вы опять ругаетесь? — Саша вышел следом с посудой, чтоб накрывать на стол. Он вопросительно взглянул на супругу, увидев, что она снова покраснела.       — Это ты во всем виноват, вот теперь и разбирайся. Он теперь стебать нас будет до конца дней.       Балу посмотрел на Князя, тот лишь самодовольно скалился.       — Папичка! — Машка с дедовых рук протянула ручки к папе.       — Моя ягодка! — Саша взял на руки дочку и зацеловал в щечки. Та только смеялась, обнимая папу за шею.       — Блины-ы-ы! — мальчишки уселись за стол и сразу же потянули лапки к блинам.       — Так куда, сначала вы едите кашу! — Настя поставила перед ними пиалки с кашей.       — Ну ма-а-ам, мы не хотим кашу! — заныли дети, корча гримасы страдания и мук.       — Ничего не знаю, вот, по пять ложек каши и потом лопайте, что хотите!       — У-у-у!       — Никаких «у-у-у»! Вперед, папа за вами следит. Саша, проследи, по пять ложек! — Настя пошла на кухню, чтоб принести остальное.       — Доброе утро! — со второго этажа спустились Горшеневы.       — Доброе, садитесь завтракать!       — У-у-у, блины, кайф! — Мишка рухнул за стол и тут же закинул в рот блин. Мальчишки с грустью посмотрели на него, продолжая ковырять кашу.       -Я бы на вашем месте поторопился, а то дядя Миша все блины съест, он их любит. — Андрей тоже сел за стол. Мальчишки переглянулись, и стали буквально запихивать в рот кашу.       — Вот че ты делаешь, сейчас ведь подавятся еще. — Саша усадил Машу на стульчик и стал ее кормить.       Через пять минут каша была съедена и над тарелкой с блинами развернулась драка за блины.       — Мой!       — Нет мой! Мама, скажи ему!       — Мальчики, ну прекратите, всем хватит! — Настя закатила глаза. Ее сыновья обожали блины и каждый раз будто соревновались кто больше съест, но всегда наедались до отвала пятью-шестью штуками, и остальное приходилось доедать папе-Балунову. — Я сейчас от вас их вообще заберу, будете драться и больше готовить не буду, что это такое? У нас гости, а вы так себя ведете.       — Они не гофти! — Андрей запихнул в рот почти целый блин.       — Они фемья! — Поддержал его старший брат, который пытался запихнуть два блина сразу.       Взрослые удивленно вскинули взгляды на детей. А ведь те были абсолютно правы.       — Мальчики, — Настя вздохнула и решила поговорить с детьми на тему, о которой так давно думала. — Скажите, вы хотели бы познакомиться с вашей бабушкой?        Мальчишки удивленно уставились на маму.       — А чего с ней знакомиться, мы и так ее знаем. — Миша как всегда был прямолинеен и прост как гвоздь.       — Нет, малыш, — Настя вытерла его щечки от варенья, в котором был перемазан пацан. — Я говорю о бабушке, которая моя мама.       В комнате повисла тишина. Все взрослые знали, что эта тема очень скользкая. Мальчишки переглянулись и пожали плечами.       — Ну, если хочет… Пусть…       Это прозвучало так просто, без раздумий, словно совершенно ничего не значит. А ведь так и есть, дня них это совершенно ничего не значит. Настя моргнула, смотря, как Миша залив блин сгущённым молоком, запихивает его в рот, как с трудом пережевывает, как то же самое делает Андрюша. Словно ничего не изменилось.       — Настен, все нормально? — Андрей позвал дочь.       — А-а-а… Да…       — Настя, слушай, я вчера так и не спросила, а как вы с Сашей помирились. Вы же не развелись в итоге? — Ольга вовремя вспомнила их вчерашнюю беседу.       — А-а-а… Мы… Нет…       — Какой развод? — Горшок оторвался от блинов и уставился на жену.       — Настя с Сашей! — Пояснила она.       — Я не понял! — Миша вопросительно уставился на друга.       — Я тебе потом расскажу! — Оля положила Мише еще пару блинов и с огнем в глазах уставилась на Настю.       — Ну-у-у… Он сделал себя необходимым в моей жизни. — глядя на вопросительные взгляды, она продолжила. — Продавать дом он отказался. Сказал, что сделает это только после штампа и уговорил меня переехать обратно, с условием, что сам съедет. Ну а я, дурочка наивная, поддалась на его уговоры, а через неделю взвыла. Три младенца это… Хотела нанять няню, но он и тут уговорил не делать этого, клятвенно пообещав помогать. И не соврал, я бы без него не справилась.       — То есть все-таки обстоятельства? Из-за них ты передумала?       — Нет… — Настя улыбнулась.- Я бы наняла няню, меня покорило то, что он купил новое кольцо.       Тут уж все уставились на нее.       — О-о-ох, он купил новое кольцо, на тот случай, если через полгода я разведусь ним, то он снова сделает мне предложение.       — Это он тебе сказал?       — Не-е-ет… — Саша подал голос. — Она подслушала.       — Не подслушала, а случайно услышала. Ну а потом, нет ничего привлекательнее чем мужчина, который решает твои проблемы. — девушка улыбнулась. — Он мальчиков на себя взял, дом, еду готовил. Знаете какая у него картошка вкусная жареная получается… М-м-м… Да и я ж люблю его. — Настя встала и, подойдя к Саше, который кормил Машку, обняла со спины.       — Такой хоро-о-оший, мой мишка.       — Сейчас опять целоваться будут, фу-у-у.       Скорчили гримасу Мишутка и Андрей, все рассмеялись.