«Айдол»

***

Глава 3

«Признание»

      Прошло ровно две недели с того дня как, Такемичи устроился помощником Коконоя. Как оказалось, парень и правда был старше на два года. Голубоглазый, немного понимал основу такой сферы деятельности, но никогда не встречал гения финансов, причем такого молодого.       Когда Ханагаки выходил из здания после очередного дня за бумагами, беготнёй по кабинетам и в буфет за кофе для начальника, улицы Токио были разукрашены огненно-красными, желтыми и розовыми оттенками. Наступил вечер.       Завтра воскресенье, выходной, а это значит, что сегодня Мичи может творить любую хрень в плоть до наступления следующего дня, хотя лучше бы ему выспаться. «Может ребят с собой позвать?»       Такемичи хотел предложить отпраздновать пропущенную вечеринку в честь его новой работы с друзьями у кого-то дома, заказав фастфуд, суши, закупив газировки и сладостей.       Юноша уже потянулся к карману ветровки и достал телефон как на его мобильник пришло новое сообщение. Дзинь. Шуджи: Хэй, плакса! Не хочешь со мной в бар? 17:20 Шуджи Или ты теперь у нас только по дорогим ресторанам и изысканному вину? 17:20

Вы

Очень смешно Ханма. Прям обхохочешься

17:21

Шуджи Так ты идешь? 17:21

Вы

Естественно!

17:21

***

      Стоя на остановке в ожидании своего автобуса, который довезет его до бара, Ханагаки заметил стоящего рядом мужчину вместе с маленьким ребенком. Оба смеются и весело что-то обсуждают пока к остановке не подъехал автобус.       Блондин, не теряя времени, забежал в него садясь на свободное место, погружаясь в свои раздумья. С момента смерти отца прошло не мало лет из-за чего его образ постепенно угасал пока и вовсе не остался только ярким пятном.       Семья Ханагаки ни разу не проигрывала на школьных фестивалях, связанных с семьями и их взаимоотношениях, сколько бы раз они не участвовали всегда занимали призовые места, как самая дружная семья.       Такемичи помнит как они с отцом в тайне от мамы покупали картофельные чипсы и сидя на качелях детской площадки с довольными улыбками ели их. К ним всегда подходили остальные дети на, что Ханагаки старший с той же улыбкой протягивал им пачку. Он и Такемичи научил со всеми делиться. Наверное из-за этого он не может сказать кому-то «нет». Ну, и фиг с ним.       Раньше он был общительным, веселым все во дворе хотели с ним дружить, но с смерти отца все резко переменилось. Из-за чего он становился неуверенным, каким-то дёрганым и потерянным. Остановка *** просим на выход.

***

      Помещение среднего размера. Приглушённый свет, черный потолок, серая плитка с белыми разводами. Деревянные столики со стульями из того же материала. В ряд стоящие мягкие диванчики в красной обивки с пластмассовыми столиками. Рядом барная стойка, за которой уже сидит к всеобщему удивлению, пока что трезвый Ханма. — Ну, наконец-то. Я уже начал думать, что тебя там трахнули. — Очень смешно. — угрюмо прокомментировал Ханагаки, — Прям обхохочешься. — Повторяешь♡ — А я виноват, что ты не меняешься? — ответил Такемичи, садясь на свободное место возле друга. Ловя на себе подозрительный взгляд бармена. Что так и говорил «А вам 18, то есть молодой человек?»       Как жаль, что Ханагаки плевать. Он очень устал. Пока в школе карантин, его рабочий день начинается с 7:30 до 17:10, иногда и до 23:30 из-за наглых работников, которые скидывали на него свою работу, делая вид, что они «обязательно» помогут Мичи, если ему понадобится помощь. Ага, как же. — Да ладно тебе, я же любя ♡ — сказал Ханма посылая голубоглазому воздушный поцелуй рукой с кадзи наказания.       В ответ на этот жест блондин сжал кулак, перехватывая, и отбросил в сторону. Буравя Шуджи, в который раз сомневаясь в натуральности его ориентации.       Он до сих пор помнит те сальные комплименты в адрес задницы левого пацана, который просто нагнулся поднять сдачу с пола в алко-маркете Ханмы. — Две рюмки виски, — получив заказ, перед этим строго стрельнув в Ханагаки взглядом, бармен развернулся к стенду с алкоголем, ища нужную бутылку. — Ваш заказ, — перед парнями появились две рюмки виски — Одну рюмку и всё, — блондин был уверен, что больше одной рюмки не выпьет, но как же наивный его детские надежды.

***

      Спустя четыре рюмки Ханагаки в хлам. Рядом сидит Шуджи и они вместе смеются, вспоминая былые времена. — Хах, а помнишь нашу первую встречу? — пытаясь сдержатся от накатывающегося смеха спросил брюнет — Пф. Спрашиваешь, — первое появление Шуджи Ханмы в их мирной жизни произошёл по типу: — Ты его знаешь? — Нет. — Да! Возле помойки познакомились. Стою, значит, ссу — Заткни пасть!       Такемичи до сих пор помнит тот день. Им тогда по тринадцать было. Он, Кисаки и Хина просто прогуливались по улицам и закоулкам. Между мальчиками тогда возник спор из-за чего Такемичи шёл задом наперёд.       И вдруг блондин спиной наткнулся на что-то, а точнее кого-то. Перед ними возник двухметровый амбал с жуткой на тот момент лыбой. Кисаки нахмурился. Хината была слегка напугана, а Ханагаки. А что там Такемичи? У него чуть инфаркт не случился, ибо стоял впритык рядом с ним. Он был готов замертво упасть.       Оказалось, что это новый знакомый Кисаки. Ханма сидел у дороги во время дождя. Мимо проходил Тетта, ну, ему стало его жалко, и он отдал свой зонт еще и совет какой-то замудренный дал. С тех пор он стал частью их компашки.

***

— Я та-а-ак люблю Хинату. Ты бы знал, — начал бредить Ханагаки, собираясь влить в себя еще одну рюмку. — так люблю, что жить без нее не могу! — Ну все, пацан, с тебя хватит, — сказал Шуджи, отбирая рюмку у голубоглазого. — Ну не-е-ет, верни-и-и! — начал ныть блондин. Всё-таки алкоголь плохо на нем сказывается. — Хочу ещё бухать! — Идем, пьяница ты моя♡

***

      К счастью, квартира которую Ханагаки снимал была недалеко от бара. Через пару минут байк Ханмы остановился напротив, пятиэтажки в которой жил блондин. Мать Тереза из него хуевая, поэтому он просто выкинул его возле здания, надеясь, что он не ошибётся квартирой и попадет в нужную.       Ханагаки уже подходил к лестнице, как в его пьяную головушку пришла чудесная на тот момент идея. Позвонить Тачибане и признаться ей в любви.       Он знал, что поступает плохо по отношению к другу, но Такемичи устал смотреть, как его любимая крутится перед его носом, пока он ни может признаться из-за ничего не предпринимающего друга.       Может, он её не любит, а Ханагаки не может признаться из-за недопонимания? Не обязательно же она ответит взаимностью. Если она откажет, он не будет настаивать и продолжит дружить как ни в чем небывало. А если окажется взаимно? Что тогда будет с Кисаки и их дружбой? «Эгх, была не была» — подумал пьяный блондин, доставая раскладушку, набирая давно выученный номер. Гудок… Второй… Третий… — Алло? — Хината! Я… Ты мне нравишься, очень давно. — начал Ханагаки, чувствуя как щеки начинают гореть от смущения и алкоголя внутри, — Я пытался это побороть, но видя тебя внутри все полыхает. Такое чувство, что внутри, расцвели цветы, щекоча лепестка внутренние органы, — настала пауза, сглотнув вязкую слюну и чувство тошноты он продолжил, — Я… не надеюсь на взаимность просто хотел, чтобы ты знала. Прости я… я такой эгоист взвалил на тебя такую ношу. Но, мне действительно хочется знать что ты скажешь. — Такемичи, это не Хината, — прозвучал до боли знакомый голос.