Право выбора

Когда он добрался до мотеля, уже опустились сумерки. Драко ввалился в дверь, пытаясь отдышаться. Марафонские забеги после месяца в больничном крыле давались не так легко, как хотелось бы. В маленьком обшарпанном фойе сидели трое. Его громкое вторжение разрушило висевшую между ними напряженную тишину. Как по команде, они повернулись в его сторону. Гарри Поттер просиял своей невозможной горделивой улыбкой, как будто ею он пытался сказать: «Я же вам говорил», и бросился к нему, неловко запутавшись в кресле. Больше Драко ничего не видел, лишь улыбку Гарри, а потом он и вовсе сжал его в объятьях, закрыв собою этот облезлый мотель и своих друзей. Если бы Драко все же нашел в себе силы оторвать голову от горячей шеи Гарри Поттера, он бы увидел самодовольную Гермиону Грейнджер, в очередной раз убедившуюся в своей правоте, и рассеянного Рона Уизли, чья челюсть явно проигрывала в борьбе с гравитацией. Гермиона подошла к ним. -Малфой, рада, что у тебя все получилось. Нам не следует медлить. Она взяла подошедшего Рона за руку, а вторую протянула Гарри. Он отстранился от Драко, оставив руку у него на плече. Гарри кивнул. И они все аппарировали.

***

-Грейджер, я думал, аппарация запрещена для несовершеннолетних, — промямлил Драко, пытаясь побороть подступающую тошноту. Слишком много впечатлений за один день. И перемещений, пожалуй, тоже. -Нам нужно было убраться как можно дальше от твоей матери, чтобы не навести на нее беду. -Я понимаю. Грейджер пробормотала несколько защитных заклинаний, скрывая их лужайку от непрошенных гостей. Выудила две палатки из своей крошечной сумочки — она долго практиковала заклинание незримого расширения, не иначе. -Гарри и… Драко, — впервые она называла его по имени, и это было обычно. Словно они дружили с первого курса, словно он никогда не называл её грязнокровкой, — вы разбираетесь с этой палаткой (она пихнула сверток в руки Поттеру), а мы с Роном поставим вторую. -Почему ты не взяла одну большую палатку, зачем нам спать в разных, это разве безопасно? — встрял в её бурную деятельность Уизел. -Рон, я буду чувствовать себя в полной безопасности с тобой, не беспокойся, — елейно проворковала Грейнджер, смутив парня. Рон покраснел до самых кончиков ушей и суетливо занялся их палаткой. Они точно не пара, эта ведьма слишком хитра для него.

***

Когда они собрались поужинать, уже наступила ночь. В черноте мерещились фигуры, Драко казалось, что они крадутся к нему и шепчут, что он предатель. Но в палатке горел свет, он хрустел какими-то маггловскими печеньями и было даже уютно. -Гермиона, какой у нас план? Почему мы здесь? Теперь ты может рассказать, — Гарри задал висевший в воздухе вопрос. -Пожалуй, ты прав. Воландеморт стремился к бессмертию и создал крестражи. Так рассказал тебе Дамблдор, — Гарри кивнул, — Это предметы, в которые он заключил часть своей души. Видимо, Гарри уже уничтожил несколько из них. -Дневник и то кольцо, — прошептал Поттер. -Верно, ты ведь почувствовал? -Да, это было… Как будто сердце разрывается. Как думаешь, почему я так связан с ним? -Ох, Гарри, хотела бы я знать. В книгах про такое не пишут, вряд ли я могу его расспросить? -И мы не знаем, что искать и где искать, я правильно понял нашу миссию? — встрял в разговор Драко. -Неприятно это говорить, но ты совершенно прав, — Гермиона состроила кислую мину, как будто она съела за раз все лимоны мира, — Понятно одно — Гарри чувствует их. -И мы будем мотаться по всему миру с Поттером, подсовывая ему все возможные предметы? -В общих чертах ты прав, — зазнайка печально вздохнула. -Кстати, Поттер, мама мне сказала, что у Того-кого-нельзя-называть нет носа, это правда? — Драко попытался разрядить обстановку. -Страх перед его именем лишь усиливает страх перед ним. Зови его по имени, я тебе разрешаю (Поттер веселился). И да, правда, у него нет носа. -Выходит, Нарцисса видела его? — заинтересовалась Гермиона. -Он был в поместье, прямо когда мы сбежали, — ужас от прошедшего уже отступал и теперь Драко гордился собой. Он успел улизнуть в последний момент. Он оставил в дураках самого страшного волшебника всех времен. Уизли присвистнул. Гарри рассмеялся. -Выходит, мы вырвали тебя прямо из его цепких лап. Видишь, как здорово получилось? -Я бы тебя попросил, я ушел сам, — Драко сочился самодовольством. Гарри поднял руки в защитном жесте. -Как скажешь. Это было совершенно абсолютно неискренне.

***

Они уже вернулись в свою палатку и теперь неловко стояли посередине. Две кровати стояли у противоположных стен. Расходиться по разные стороны не хотелось, а предлагать свою постель ни один не решался. Наконец, Поттер выдохнул «Да к черту!» и взмахом палочки увеличил свою кровать. Он приглашающе махнул Малфою рукой и начал раздеваться. Поттер был немного ниже ростом и совсем тощим. Мышцы перекатывались под его тонкой кожей, не скрываемые ничем. Драко почувствовал, как поднимается температура в палатке. В этот раз Гарри не был резким, они никуда не спешили, не боялись, что их застукают. Они были черт-те где, в каком-то лесу, и свобода пьянила их. Тело Драко горело от поцелуев, он хватал губами воздух, как будто боялся задохнуться. Он и вправду боялся, что его сердце не выдержит такого напора, оно не привыкло чувствовать столько счастья. Поттер был неловким и очень, очень нежным. Его горячий язык вылизывал живот Драко где-то полевее пупка. Член болезненно упирался Драко в живот. Он хныкал. Гарри посмотрел на него с озорным блеском в глазах, а потом резко опустился ниже и обхватил губами напряженный член. Драко взвыл. Ему хватило всего пары резких движений, и он кончил прямо в рот Поттеру, не сумев даже предупредить его. Гарри закашлялся и поднялся выше, закидывая ватные ноги Драко себе на плечи и медленно входя в него. Они занимались сексом накануне, поэтому в этот раз Драко совсем не чувствовал боли. Поттер смотрел Драко прямо в душу своими невозможными глазами, которые так редко не прятались за стеклами очков. И Драко казалось, что эта зеленая бездна затягивает его, и он все падает и падает, не в силах остановить этот полет. Да он и не хотел. Гарри тоже не выдержал долго, издав протяжный полустон-полурык. -Скажи, Гарри, это нормально — чувствовать себя таким счастливым, когда вокруг война и люди умирают, да и мы сами можем умереть в любой момент? -Конечно, нормально, ради этого мы и живем, разве нет? Ради этого и боремся.