Так выпала карта

А ведь стоило ожидать подвоха. Не зря вчерашняя улыбка так напрягла его. Утром на кровать Позова бесцеремонно залезли, сразу прижимаясь к тёплому боку. - Бля, Арс. Дай поспать. Свали, - завозился Дима, пытаясь скинуть раздражитель с кровати. Куда там! Арс быстро перелез к стенке, занимая удобное и безопасное положение. - Ты сказал, чтобы я не лез к тебе до утра, - обвиняюще заметил Арсений, удобно устраиваясь. - Ну, твою ж мать! - простонал Дима, закрывая голову одеялом. - Ладно. Спи тут, только дай мне поспать. - Ты такой инертный, - с улыбкой замечает Арсений, залезая под одеяло и старается не касаться чужой кожи, хотя это сложно выполнить будучи на одноместной кровати. - И заткнись, - раздражённо добавляет Дима, отворачиваясь. - Знаешь, ты такой бука, - надув губы шепчет Арсений. - Ты должен быть добрее. - Я? - удивился Дмитрий, в порыве праведного гнева разворачиваясь лицом к Попову и собираясь высказаться по поводу своей терпимости, но слова застряли в горле, когда он увидел чужое лицо. - Ебучий случай, ты вообще спал? - Да, - не моргнув глазом выдал Арсений, замирая и нервно улыбнулся. - С чего бы не спал? - У тебя огроменные мешки под глазами, что в них картошку всей стране можно хранить, - замечает Дмитрий, недовольно сводя брови к переносице. - Я ведь предлагал тебе валерьянку или вино. - Мысль о том, что нужно было согласиться пришла ко мне слишком поздно, - вздыхает Арсений, отводя взгляд и, закусив губу, вдруг просит. - Можно мне поспать немного с тобой? Хотя бы полчаса или час. Я тебе потом не буду больше докучать. Да и Антошка приедете, а мы так давно не видели. Не хочется позорно уснуть пока он тут. - Хорошо, - грустно вздыхает Дима и сгребает Арса в свои объятия. - Может тебе и правда, просто не хватает человеческого тепла. - Знаешь, неудобно, что перед тобой я показываю себя таким слабым, - виновато шепчет Арсений, прижимаясь ближе, неуверенно обнимая в ответ. - Арсюш, а люди не идеальны, - Дима ласково начинает гладить Попова по голове и нежно приговаривая, пытаясь успокоить. - Поэтому бояться нормально. Сомневаться нормально. Искать утешения в друзьях - тоже нормально. А вот держать всё в себе - нет. Это разрушает тебя изнутри. - Тебе надо было идти на психотерапевта, - слабо улыбается Арсений, прикрывая глаза. - Знаю, мне уже это не раз говорили, - хмыкает Дима, искренне спрашивая. - Вот только как я могу бросить Антошку? - Дим, но он ведь не ребёнок. Сам хорошо справляется, - со вздохом уверяет Арсений, задумчиво потираясь щекой о чужое плечо. - Сейчас да, но раньше... - Позов хрипло смеётся, что-то своё, но быстро себя обрывает, делает голос суровее. - И вообще, ты хотел спать. Вот и спи. - Я пытаюсь, но что-то мне мешает, - признается Арсений, начиная ерзать. - Думаю то, что ты напряжён не способствует, - замечает Дима. Дима говорил это, попутно опуская ладони по спине ниже и, чтобы подтвердить свои слова, не сильно нажимает на поясницу, вынуждая Арса чуть прогнуться. Вот только реакция на это оказалась весьма... Неожиданной. Арсений покорно прогнул спину под давлением чужих пальцев и вместе с тем, обхватил руками шею Димы, спешно утыкаясь в неё лицом, пытается заглушить непроизвольный томный стон. - Оп-па! - вскинул руки Дима, растерянно выдав. - Не думал, что ты окажешься чувствительным. - Извини, - жарко выдохнул Арсений, чуть прикусывая зубами тонкую кожу шею Позова из-за того, что слишком сильно вжался лицом. - Я поэтому на массаж и не хожу. - Не знаю как тебе, а мне стало неуютно, что мы сейчас в обнимку, - голос у Димы от неожиданно даже охрип, что несомненно усугубило и так нелёгкое положение. - Может отпустишь и мы просто мирно будет спать? - Я могу так поспать? Мне очень удобно, - заверил Арсений, отчаянно вжимая пылающее лицо крепкое плечо Поза. - А мне нет. Ситуация итак неоднозначная, - шипит болезненно Дима, когда его сильнее стискивают в объятиях, отчего даже дышать становится трудно. - Постарайся забыть, - умоляюще протягивает Арсений. - Такое не забыть! - возмущается Дима, не зная куда положить руки, чтобы случайно не коснуться эрогенной зоны. - Прошу тебя, тогда сделай вид, что этого не было! - смущённо восклицает Попов, отчего Позов чуть не оглох. - Ладно. Только потому что это всё случайность и тебе нужен сон, - Дима готов был в окно уже выйти, лишь бы эта странная пытка прекратилась. Он ведь живой человек и он не может не реагировать на то что к нему прижимается горячее тело от которого приятно пахнет. Да сейчас, блять, утро! - Спасибо. Ты очень заботливый, - убавил громкость Арсений, но от Димки так и не отцепился, продолжая сжимать его в объятиях. Арсений довольно быстро уснул, а вот Дима глаз сомкнуть не мог. В голове эхом звучал приглушённый милый стон, что сорвался с губ Попова. Не то чтобы это сильно взволновало Диму, но заставило задуматься о том, как стыдно было Арсу впервые на массаже за свои стоны. Возможно, у массажиста даже от такого бархатных приглушенных вздохах переходящих в жалобные сладкие поскуливая встал. Попов во сне перестал стискивать Дмитрия и тот смог вздохнуть свободнее, чуть отодвинуть Попова к стене и даже попытался уйти, но не смог. Арсений вдруг начал хныкать и метаться по постели, что-то плаксиво неразборчиво шепча и Позов, не в силах игнорировать, когда кому-то страшно, придвинулся обратно, осторожно обнимая Арсения, что тут же прижался к источнику тепла. - Антон, - слабо донеслось от Арсения и он снова замолкает. - Видимо, ты переживаешь сильнее, нежели пытаешься показать, - вздыхает Дима, ласково погладив Арса по голове. - А ведь Шаст даже не догадывается, что ты себя коришь. Как жаль, что вчера он так и не приехал. Спящему Арсению было намного легче признаться в том, что Антон не смог приехать. Рейс отменили, а на несколько ближайших, билетов не было. Антон испугался говорить напрямую всё Арсу и попросил Диму передать, а тот не смог. Сначала решил отложить до утра, но заметив, что творится ночью с Поповым, решил отложить ещё немного. А Арс ещё ночью будто почуял, что Антон не приехал в Воронеж, всё места не находил и жался к Димке, пытаясь позаимствовать хоть толику чужого спокойствия. У Позова язык не повернулся отказать, пожалел он и пустил в свою постель Арса.