Мир на двоих

Узи сидела на кровати, обдумывая каждое слово Тэда. Девушка окончательно запуталась. Она взяла себя за волосы, опустив голову вниз. Ей сложно, но этого никто не понимал. "Подростковый период" говорили они, "это пройдет" говорили они. Но психическая травма не давала покоя. Так же как и усталость. Подключив себя к зарядному блоку, девушка легла на кровать. Она не переходила в офлайн, нет. Она просто смотрела в потолок пустым взглядом. Тишина была такая, что аж было слышно как Тэд зашёл в свою комнату и готовился ко сну. А Узи все не спалось. Ей было одновременно и страшно, и все равно. Ведь по сути, кому она нужна? Ни-ко-му.... Однако усталость взяла свое и бунтарка перешла в сонный режим. В три часа ночи на экране Узи прозвенел будильник, который она тут же выключила. Посмотрев по сторонам, она немного успокоилась, надеясь что никого не разбудила. Немного сонная, девушка положила подушку так, как будто на кровати кто-то лежал и быстро вышла из зала. В коридоре никого не было, но кое кто был на кухне. Заглянув, девушка увидела Тэда, который пил масло. Увидев, что он вот-вот пойдет обратно, тихо и быстро зашла в зал. Зайдя за дверь, девушка притаила дыхание. Тэд, услышав странный шум, заглянул туда. Заметив кучу на кровати, он успокоился и закрыл дверь, за которой стояла девушка, закрывая руками рот. Выдохнув, она немного подождала и мигом выбежала из дома к дверям. У выхода на ружу, Узи видела отца Тэда и подошла к мужчине. –Узи?–удивлённо шепнул тот, отводя подростка от опасной зоны–что ты тут делаешь? –пожалуйста, придумайте что-нибудь!–бунтарка остановила охранника–мне ну очень нужно наружу! –там слишком опасно! Да и твой отец точно не одобрит. –а разве он знает, что я здесь? Узи улыбнулась. Мужчина вздохнул. –ладно, но при одном условии! Ни слова отцу или кому либо. Девушка с улыбкой кивнула, а охранник подошёл к компании. –эй, ребят. Я тут решил, может, мы сходим прогуляемся? Хан недовольно посмотрел, заподозрив что то неладное. Охранник отвёл взгляд. –чтож, хорошо.–начал отец Узи– но я останусь тут. Мужчина кивнул. Все пошли поболтать о своём, но только Хан остался и осмотрелся вокруг. –чтож, как у кого дела?–начал отец Тэда, пройдясь взглядом по всем лицам.–рассказывайте. –да так, моя ещё одного ребенка захотела. –а мой сын руку сломал, да ещё таким образом... Начался гул. И тут в голову охранника пришла идея. –эээй, друзья. У нас же карты стёрлись, верно? Все начали поддакивать. –так давайте скажем об этом Хану, он из дома возьмёт. Все начали кричать и звать Хана. Тот, с недовольным выражением лица, пошёл на шум. Узи выглянула из угла и посмотрела в след отцу. –есть! Красава мужик. Узи уже собралась бежать, но тут её остановил мужчина. –попалась!– разгневанно прокричал тот–я так и знал! Узи со страхом и ужасом в глазах посмотрела на силуэт и узнала своего отца. Хан схватил Узи за капюшон и душа, потащил по полу домой. Бунтарка вырывалась и кричала нецензурные слова, что раздражало мужчину. Взяв Узи за горло, он пошёл дальше. Услышав крики помощи и удушья, команда мигом побежала обратно. Знакомый охранник уже представлял худшее. Прибежав, работники начали останавливать Хана и оттаскивать Узи подальше от него. Девушка задыхалась и кашляла. Пока одни предлагали ей масла, другие столпились вокруг мужчины, расспрашивая его. –это не может так продолжаться. –заявил Хан– она все время пытается сбежать, подвергая всех опасности! Работники задумались, бросив взгляд на уставшего подростка. Ей стало настолько плохо, что она отключилась. Все вокруг знакомое. Даже слишком знакомое. Как будто она всю жизнь здесь жила, но мутное изображение и плохое самочувствие не давали нормально мыслить. Узи поднялась с лежачего положения и поняла что находится в своей комнате, окружённая дронами. –очнулась!–прокричал Тэд и встал со стула, что находился недалеко от неё–наконец-то. Хан повернулся к дочери. От его взгляда, девушка нервно сглотнула. –рассказывай. –дайте ей врем... Охранник хотел остановить Хана, но тот заткнул его. –я сам буду решать, что мне делать со своей дочерью.–"батя №1" повернулся к бунтарке–Мне уже рассказали свою историю о твоём путешествию из улицы, в дом Тэда, теперь я готов твою выслушать. Узи зло смотрела на Хана, но её резко переклинило и девушка упала на кровать без сил. –Хан, ей плохо.–продолжал охранник–Давайте вызовем мастера... Хан пропускал речь мимо ушей, давя на свою дочь пристальным взглядом. –гхм... Я встретилась с дроном-демонтажником, мы подрались, упали в яму, выбрались, он сказал что они убивают нас чтобы выпить наше масло и не умереть от перегрева. Позже он довёз на своих плечах меня до дома, меня встретил отец Тэда, он дал мне переночевать у них, я ночью пошла обратно и ты меня поймал! Доволен?! –не ори на меня. Узи впервые в жизни не огрызнулась с отцом, не было сил. Она смотрела в его бездушные и злые глаза. –Узи, у меня нет времени слушать твои глупые сказки. Мне вообще нет до них дела. Если ты так хочешь умереть, я могу убить тебя лично. Тэд от услышанного с ужасом отвернулся. Охранник что-то шепнул сыну и оба ушли из дома Хана. Гляделки отца и дочери продолжались долго, пока мужчина не дал девушке сильный подзатыльник. –дура конченная! Ты подвергаешь всех опасности! Башкой начни соображать что ты вообще делаешь! Сиди дома, а я пойду и выкину твой рельсотрон! –нет, пап! Пожалуйста! Хан развернулся и пошел в свой кабинет, в котором было оружие. Узи, запинаясь, подбежала к отцу и со слезами начала тянуть его за руку, чтоб тот остановился. Откинув бунтарку назад, мужчина взял рельсотрон и вышел из дома. Узи, с громким плачем побежала за ним. Маленькие, голубые слезы стекали до самого низа экрана девушки. То, над чем она работала днями, неделями, месяцами хотят выкинуть. В это оружие она вложила душу. От грусти она могла с ним разговаривать, смеяться, обнимать его. Он заменял ей все, чего ей так не хватало. В глазах бунтарки был страх, который ещё никто не видел и не испытывал на себе. Это как страх того, что все, чего ты любишь тотчас исчезнет. А самое страшное- что ты будешь помнить об этом. От слабости девушка отпустила руку отца, позволяя ему идти дальше к мусорному баку. Узи села на колени со слезами на глазах. Сняв свою шапку с взъерошенных волос, девушка залилась громким плачем, несмотря на работяг, которые с непониманием смотрели на беднягу.