От тебя пахнет сигаретами и летом

Вечером мне нечем было заняться, и я решила погулять по району. Я быстренько собралась и, взяв с собой наушники, пошла гулять. Сначала посидела на качели под песню Lil Peep'а, а потом пошла в сторону старой заброшенной площадки на окраине города. Не доходя до площадки, я завернула в лес. Идя по тропинке, я прошла мимо небольшого каньона, и в итоге вышла на большую поляну, на которой уныло стояли полуразваленные гаражи. Я, когда была маленькой, всё время бегала сюда с ребятами со двора. Но родители как-то узнали об этом и запретили мне сюда ходить, грозясь не выпускать из дома. Конечно, для маленькой меня это было чудовищным условием. Я послушалась их и больше сюда не приходила. До этого момента. Когда я подошла к старым постройкам, почти полностью проржавевшим от времени, со слезающей краской и вмятинами от ударов пьяных компаний, воспоминания накрыли меня с головой. Я вспомнила, как моя лучшая подруга детства, которая уже давно переехала, подарила мне тут браслет из нежно-голубых бусинок. Вспомнила, как тусовалась тут с мальчиком, который мне нравился, когда мне было лет десять. И как он подарил мне ромашку. А ещё вспомнила, как строила тут с ним шалаш и как мы грустили, когда пришли туда через несколько дней и он был сломан. Музыка в наушниках переключаются на какой-то тяжёлый рок. Достаю телефон и выключаю музыку, убрав наушники. Подхожу к гаражу. По импровизированной лестнице из деревянных ящиков поднимаюсь на крышу. Ложусь на ржавую поверхность и устремляю взгляд на алеющее небо, которое время от времени прорезают медленно плывущие облака. Не знаю, сколько провела там времени, но в какой-то момент я услышала неподалёку шелест опавших листьев и треск веток. Приподнявшись, я посмотрела в сторону, откуда, как мне показалось, исходил звук. Прищурившись, я увидела светлый силуэт, мелькающий меж деревьев. Через некоторое время шелест повторился, но правее. А потом я услышала крик: «Баста! Баста, ко мне!» На поляну вышел Август. Я смотрю на него. Он глядит на меня. Никто из нас не решается заговорить первым. К Летнему мальчику подбегает собака. Животное трётся боком о его ногу, всячески ластится и требует к себе хоть чуточку внимания. Парень отводит от меня взгляд и поворачивается к собаке, поглаживая ту по голове. Смотрю на это милое создание. Я имею в виду собаку, которая, высунув язык, весело виляет хвостом. Замечаю, что у собаки загнутое ухо. Хмурю брови и пытаюсь сложить пазл воедино. Интересно, это его собака? Но он не похож на её владельца. Он помогает своему другу и выгуливает её? Значит, общается с её владельцем? С чего бы вдруг он помогает? Он тоже проходил у моего дома? Слишком много вопросов хочется задать, но смелости у меня хватает только на безобидное: — Что ты здесь делаешь? — Не твоё дело, — сухо отвечает он. Я ведь точно так же отвечала ему, когда уходила прогуливать урок... Боже, неужели он всё ещё помнит об этом? — В тот момент мне нужно было... — Не надо оправданий, Разумовская, — бросает Летний мальчик и, пристегнув поводок к собачьему ошейнику, уходит вместе с питомцем. Некоторое время я всё ещё смотрю вслед Летнему мальчику и, в конце концов, слезаю с гаража и удаляюсь с поляны. Придя домой, я прокручиваю события последних нескольких минут. Зачем я извинилась перед Августом? Зачем пыталась оправдываться? Мне же всё равно, что он подумает. Ну, обиделся, мне-то что? Это ему не следовало совать нос не в своё дело. И вообще, с каких пор он считает, что мы с ним закадычные друзья и я должна перед ним отчитываться? С тяжёлой головой укладываюсь спать. Ещё долго не могу заснуть из-за навязчивых мыслей. Они лезли в голову, пытались проникнуть в самые потаëнные уголки сознания, отравляя разум и оставляя после себя неприятный осадок. Ближе к двум часам ночи я наконец уснула.