Цена могущества

— Не стойте столбом! Убегайте! — закричал Томиока, вводя оставшихся в живых после битвы с Мудзаном в недоумение. — Те, кто может еще сражаться, возьмите оружие и идите сюда! — Там что-то стряслось… — Зеницу с уже перевязанной головой приподнялся на локтях с земли, пытаясь разглядеть происходящее вдали. — Что случилось? — Танджиро превратился в демона! Нужно задержать его под солнцем и сжечь до тла! Нужно убить Танджиро, пока он не убил кого-то! — Продолжал Столп Воды.       Агацума и Хашибира замерли в ужасе от услышанного. Их друг…стал демоном? Этого не может быть. Победа над Мудзаном казалась уже достигнутой, но все ужасно ошиблись. Ожоги от солнечного света продолжали появляться на теле Танджиро, боль заставляла его закрыть лицо руками. Изменяющийся на глазах парень попытался скрыть в тень, но Гию оказался быстрее. Клинок пронзил грудь Камадо насквозь.       Я не могу позволить ему спрятаться в тени! Еще мгновенье, и Танджиро убил бы того какуши. Прошу, Танджиро, останься собой и умри как человек. Томиока почти молился про себя, чтобы всё закончилось, еще не начавшись. Однако дым, до этого исходящий от горящей плоти Камадо, начал рассеиваться. Раны мгновенно начали затягиваться. Быть не может… Он перестал гореть? Гию не успел опомниться, как получил удар по лицу. Кровь хлынула изо рта мужчины. Танджиро тут же снова занес кулак для смертельного удара. В последний момент зазубренное лезвие Иноске со свистом поразило руку демона, отбив его атаку. — Ты что творишь?! — Попытался вразумить своего друга охотник. — Это же наш друг! — Танджиро! — Не так далеко донесся голос раненого Зеницу. Златовласый парень дошел, поддерживаемый какуши, до места схватки. Картина, открывшаяся ему, ввергла его в ужас. Камадо, подобно зверю, сидел на корточках, пригнувшись к земле. Длинные когти, безумный взгляд, клыки… Метка истребителей разрослась по всему лицу и больше походила на языки пламени… Неужели это он? Агацума не верил своим глазам. — Не может быть… Танджиро… А как же Незуко-тян, Танджиро?       Иноске обернулся на знакомый голос. Прыжок, взмах когтей. Кабанья маска слетела с головы парня, обнажая прекрасное лицо с пустым взглядом. Фонтаном хлынула кровь из шеи, из рук выскользнули клинки, ударившись со звоном на землю. Хашибира упал замертво. — АААААА!!! — Истошный вопль Зеницу разнесся по округе. — ИНОСКЕ!!! Ноги парня подкосились от бессилия, заставляя его упасть на колени. Слезы полились градом. Я сильно ранен. Я не могу сражаться. Простите… Простите меня… Не могу… Тело парня покрылось мелкой дрожью. Рядом стоявший какуши склонился к нему, тряся и пытаясь привести его в чувство: — Вставайте, Зеницу! Ну же, вставайте! Нельзя сдаваться!       В отличии от юного охотника, Столп Воды поднялся из последних сил и кинулся в сторону Танджиро. — Дыхание воды! Первый стиль: рассекающая водная гладь! — Волна перерезала руку зверя, но та в следующую секунду отросла заново. Этого не может быть! Секунда замешательства, и обезумевший Камадо сразу же схватил Гию и одним движением оторвал ему голову, окропляя рекой крови землю…       Откуда ни возьмись появилась фигура. Длинные волосы развевались на ветру. Незуко стиснула брата в объятиях, не давая ему пошевелиться. Его клыки вонзились в плечо сестры. Девушка всхлипнула от пронзившей её боли. — Братик, прости меня! Братик, не поддавайся! Всё почти кончено. Не превращайся в демона. Давай…вернёмся домой. — На глазах засияли слёзы, которые после покатились ручейками по щекам Незуко. Танджиро зарычал. Его рык отражался эхом по всей местности, когти впились в спину младшей сестры, разрывая плоть и выпуская горячую кровь наружу. Девушка снова всхлипнула, пот проступил на ее лбу. — Стой, Танджиро! Это же Незуко-тян! Она вновь стала человеком! Остановись! Иначе она погибнет! — Зеницу закричал в надежде достучаться до сознания друга. Незуко-тян! Он же ее убьет! Пожалуйста, только не это! Зачем ты пришла сюда? Незуко, зачем? Но демон лишь пуще прежнего зарычал и топнул ногой с такой силой, что вокруг него с сестрой прошлась ударная волна, высвобождая из его спины множество гибких отростков, состоящих из позвонков. — Братик, пожалуйста! Перестань! Не надо! Борись! — крик отчаянья прервался коротким кашлем, вырвавшем изо рта капли крови. Отростки пронзили хрупкое тело девушки, выдернулись из ее спины и начали хаотично раз за разом протыкать ее вновь и вновь. Мир замер. Неужели так всё закончится? — Б-братик… Прости меня… — Слабый голос почти шёпотом продолжал обращаться к старшему Камадо. Руки, стискивающие его одежду ослабли и повисли как тряпичные. — НЕЕЕЕТ!!! НЕЗУКО!!! НЕТ, НЕТ, НЕТ! ТАНДЖИРО, ОСТАНОВИСЬ! ПРОШУ!!! — Зеницу схватился за свои волосы. Происходящее сводило его с ума. Это был настоящий ад. Радость его жизни в одно мгновение угасла. Парень буквально завыл от безысходности. Не может быть! Нет! Это неправда! Это всё не по-настоящему! Не верю! Он убил Незуко… — Дыхание цветка! Финальный стиль: Алые глаза равноденствия! — Шинобу Кочо выскочила из-за угла с лекарством из цветов глицинии. Молниеносная реакция демона сработала, как часы. Камадо, точнее то, что осталось от него, поймал охотницу за горло. Сдавливая его, зверь наблюдал, как Кочо трепыхается в его хватке, словно бабочка в банке, с каждой секундой теряя остатки жизненной силы. Танджиро отбросил бездыханное тело в сторону и направился в сторону Агацумы. Теперь придёт и мой конец? Но разве это теперь важно? Всё ещё оставшийся в живых Зеницу поднял голову, бросая взгляд на разбросанные повсюду тела: тела его товарищей, друзей, его любви. Разве это не Ад? Не так всё должно было произойти… Тень чудовища накрыла парня. — Прости, друг мой… Прости, что мы не смогли тебя спасти… — Это были последние слова охотника на демонов, прежде чем тот пронзил его сердце одним из своих отростков. *** — Что произошло? — Яркое солнце ослепило юношу, пришедшего в сознание. Как же слепит! Танджиро заслонил лицо от солнца рукой. Как долго я был в отключке? Камадо повернул голову на бок. О ГОСПОДИ! Что это? На него смотрела мертвыми глазами Шинобу. Шприц, с которым она напала на демона валялся неподалеку. Бледное лицо девушки отдавало синевой. — Кочо? Нет, нет, нет, — забормотал парень и подполз к холодному телу на коленях. Взгляд заметался по сторонам. Лужи крови, оторванные части тел, искаженные в ужасе гримасы на лицах близких ему людей: тех, кто ему был дорог, тех, кого он любил. Танджиро поднялся и заметил то, чего не заметил сразу — тишина. Мертвая тишина. Ничто и никто не издавал ни малейшего звука. Кроме собственного сердцебиения, которое в следующий миг начало оглушать. Шинобу, Гию, Иноске, Зеницу… — Незуко? Незуко! — в отчаянии закричал Камадо. Но звать Незуко пришлось недолго. Среди сотни трупов он увидел её. Распотрошённую сестру он узнал по одежде. К горлу подступила тошнота. Паника и страх навалились снежным комом, но самое страшное было осознание того, что всё увиденное — его рук дело. Парень упал на колени. — Незуко? — осторожно сорвалось с губ. — Боже мой, боже мой… Прости меня… Я… Я не хотел этого. Я не хотел! — Танджиро закричал от боли утраты, кричал, плакал, пока не пропал голос…       Через двое суток его нашли там же проходившие мимо люди. Не мертвого, но и не живого, с пустым взглядом, как у лежавших тел, которые окружали его…