Тучка, плавки, два коня

— Чимин, Чимин, ты слышал, что наследный принц устраивает смотрины, чтобы найти себе супруга? Чимин пинает камешек, попавшийся ему по дороге, жует травинку и осматривает берег реки. Пожалуй, можно будет устроиться здесь. Идеальное место для пикника. — Тэхен, да хватит тебе греть уши обо все эти сплетни. — Это не сплетни, Чимин! Это прекрасная, сказочная жизнь. — Которой нам не видать, как своих ушей. — Ну почему ты такой, Чимин! И ты отлично видишь свои уши в зеркале по утрам. — Господи, Тэхен, если бы я не знал, что у тебя уже есть жених, подумал бы, что и сам хотел бы оказаться на тех смотринах. Тэхен помогает расправить уголки одеяльца, которое они принесли с собой, и тянется за рюкзаком, где аккуратно сложена еда. Носить с собой корзинку на пикник — это, конечно, красиво, но нифига не практично. — Чимин, как будто твое сердечко не трепещет при мысли, что великолепный принц вдруг остановится рядом с тобой, пройдя мимо ряда не менее прекрасных кандидатов, попросит тебя на танец, а потом сожмет в объятьях и прошепчет жарко на ухо… — Тэхен! Прекрати! У тебя течка что ли скоро? Ты чего тут мне стал сценарии, грозящие перейти в порно, описываешь. Как у вас там с Джином, кстати? — Ну как, хорошо. Вот у него как раз скоро течка. Но он сказал, что она начнется не раньше завтрашнего вечера и что я могу спокойно идти с тобой на пикник. Если что, он мне сразу позвонит. — Ох, — Чимин заканчивает расставлять тарелки на одеяльце, проверяя, чтобы каждая из них была придавлена достаточно тяжелой едой и не улетела в реку при первом дуновении ветерка, — иногда я так завидую вашим отношениям. Вы так друг друга поддерживаете и так друг другу подходите. — А иногда? — Тэхен спрашивает тихо, уже зная ответ. Чимин поднимает на него глаза и подползает к нему на коленях, сгребая в объятья: — А иногда я вспоминаю, через что вы прошли, чтобы вам разрешили быть вместе, и совсем не знаю, выдержал бы я. Тэхен обнимает его в ответ, сидит так минутку, а потом, всхлипнув носом для бодрости, говорит: — Ох, развели ж мы тут с тобой плесень. Все же хорошо. Вон, солнце какое! Они синхронно смотрят на небо и упорно игнорируют тучу, которая собирается в отдалении, как раз за лесом, который простилается на другой стороне реки, аккурат раз там, где проходит граница владений принца Чона. — Тэхен, а как ты думаешь, Чонгук выберет по зову сердца или по долгу? Чимин достает из своего рюкзака миниатюрную бутылочку шампанского и начинает медленно снимать металлическую закрутку с крышки. — Не знаю, Чимин, не знаю. Я сам об этом думал. С одной стороны, мы же не даром все зовем его Чонгуком и знаем, как он поддерживает омег. А с другой, возможно, даже ему не подвластен выбор по велению сердца. Мне его даже как-то жаль. — Да? Почему? — Чимин забирает протянутый Тэхеном бокал и заполняет его шампанским. Бутылка до этого открылась тихо, с хлопком, даже не перебившим Тэхена. — Ну, как ни крути, за его выбором наблюдает вся нация. Там ему явно будут приводить на смотрины только тех, кого одобрит верхушка. — И явно не таких простачков, как мы, — Чимин чокается с Тэхеном и делает глоток. Недурно. Для мини-бутылочки из круглосуточного магазина — очень даже ничего. — Ага, не для таких простачков, как мы, — Тэхен откидывается на одеяльце, подложив руки под голову и закрывает глаза. Чимин задумчиво жует, пока его друг отдыхает. Они оба продолжают игнорировать раскаты грома, раздающиеся вдали. Тут пока солнышко и ни одного облачка. Телефон Чимина пикает напоминанием. — Что там? — Ничего особенного, Тэхен, просто напоминание, что не только у Джина вот-вот будет течка. Тэхен поворачивает на бок, и положив руку на ладонь, спрашивает: — О, я думал у тебя попозже. — Да, но сейчас из-за стресса она скачет, как сайгак по полю. — А они по полю? — Тэхен, не начинай. Я не знаю. — Блин, Чимин, прости. Я не сразу понял… — Прости, Тэхен, это я сорвался. Реально нервишки шалят. — Хочешь, пойдем домой? — И не искупаемся? — Чимин, ты безумный безумец! Я в жизни не полезу в воду. Там же околеть можно. — Ну, поэтому у тебя и нет разряда по плаванию. — Ты когда-нибудь перестанешь этим хвастаться? — Хм… Пожалуй... Нет! Чимин со смехом встает, стягивает с себя рубашку, брюки, тянется за плавками в рюкзаке. Тэхен прикрывает глаза, наслаждаясь солнцем, и открывает их только когда слышит шум входящего в воду Чимина. Орет ему: — Только долго не плавай! — Слушаюсь, мамочка! Тэхен смеется и думает, что надо бы написать Джину, проведать, как он там. А поэтому не замечает, как его друг, расхрабрившийся в прохладной воде, решает доплыть до другого берега. И как выйдя там немного просушиться, не замечает появившейся сзади тени. Чимин вздрагивает, когда на его плечо ложится чья-то рука, и скрипучий голос сзади говорит: — Вы знаете, что находитесь во владениях принца Чона? Чимин оборачивается, видит перед собой мужчину в одежде охранника, она вся черная, покрытая броней, выглядящая такой неподходящей для этой погоды. Чимин смущается, что стоит перед мужчиной в одних плавках, да еще и мокрых, но находит в себе силы не скрещивать ладони перед пахом, а просто ответить: — Простите, я просто…. — Сунхи, оставь его в покое, ты же видишь, он просто плавает. Мужчина перед Чимином оборачивается на голос, Чимин прикладывает руку ко лбу козырьком, чтобы увидеть, кто за него заступился, но солнце все равно слепит — лес начинается чуть дальше, а тут только солнце в зените и кто-то, подъехавший на коне. Вот коня Чимин видит отлично. Замечательно, ничего не скажешь. — Но, но, он же, я просто… — Право же, Сунхи, ты же не думаешь, что он шпион или, — засвеченный солнцем спаситель понижает голос до низкого, заговорческого, — ассасин? Мужчина на коне заливисто смеется, а Сунхи идет красными пятнами. Чимин надеется, что эти двое не поссорятся из-за него. Хотя он реально ничего плохого не сделал. Вроде, принц Чон не из тех, кто придирается по мелочам. Вряд ли бы кто-то из охранников додумался его задержать и привести в полицию. Чимин улыбается робко в ответ на радостный смех наездника и на всякий случай кивает в сторону силуэта: — Спасибо большое, что вступились. Я, и правда, просто плавал здесь. Сунхи рядом цокает языком, недовольный тем, что, похоже, только он один тут проявляет бдительность. Спаситель, вроде, кивает Чимину в ответ головой, но видно плохо. Чимин уже перестал пытаться жмуриться на слепящее солнце, только глаза слезиться начинаются. — Сунхи, поехали, еще столько дел сегодня. Сунхи, недовольно бурча, забирается на свою кобылку: — А я вам говорил, ваше величество, что вот эта поездка будет лишней. Всадник смеется: — Я помню. Ты мне это раз сто повторил. — И повторю еще! Вы должны думать об интересах государства. Спаситель и, видимо, его величество Чон Чонгук, перебивает Сунхи, чтобы бросить Чимину добродушное: — Счастливо оставаться. И смотрите, не плавайте слишком долго. Гроза собирается. Потом пришпоривает коня и исчезает так же внезапно, как появился. Сунхи, несмотря на его брюзжащий тон и странный характер, пришпоривает коня не менее резво, исчезая вслед за принцем. А Чимин стоит на берегу в уже высохших плавках и думает: «Тэхен ни за что мне не поверит».