Дежавю

      Руби видит много различных снов. Будь-то про её первую влюблённость — одного мальчика из соседнего поселения, будь-то простые, немного сумбурные путешествия с её баваалом, где она ловит уникальных и редких оуэллианских жабочервей.       Она любит исследовать. Она любит путешествовать. Мама благословила её за этот дар и одновременно с этим прокляла: девочкой она была непоседливой, никогда не бывала дома, всё время расширяя свой кругозор. Смериться с её непостоянством и увлечённостью не мог никто из ровесников — все считали её чудаковатой, да зазнайкой и занудой.       Эх, наверное, скоро и этого ей будет мало. Вскоре она покинет эту колонию и посетит другие места, где будет ещё больше диковинной фауны и флоры, необычных пейзажей, где она встретит новых людей, посетит иные города. Мечты, мечты!..       Руби, уткнувши любопытный нос в расцветшее растение, словила порцию раздражающей рецепторы пыльцы и чихнула. Юная исследовательница откинула сорванный цветок в траву, записала наблюдения в свой датапад, шмыгнула носом и уселась в высокой траве. — «Эти жар-лилии!.. Они расцвели! А-апчхи!» — женский голос в её голове неожиданно всплыл, занимая мысли маленькой девочки. — «Период цветения длится от недели до двух. Это естественный процесс, заложенный в их природе» — ровный, мужской голос не был полон сочувствия к собеседнице, лишь констатировал факт происходящего. — «А нет никакого лекарства от этой заразы? Ох, жаль, тогда я на этот остров больше ни ногой, пока они цветут!» — Руби тихо захихикала, представив двух персон, что настолько близки друг с другом, что позволяют себе так вольно разговаривать.       Ребёнок мечтательно вздохнула. Она с четырёх лет слышит эти голоса. Часто это бывает женщина по имени Робин, что очень роднит её с Руби, иногда бывает этот мужской, которого звать то ли Алан, то ли Ал-Ан — не понятно, ибо женщина, взрослая женщина употребляет оба имени. Иногда она слышит другой женский голос при разговоре с первой женщиной: они то ссорятся, то ласковы друг с другом, что свойственно близким друзьям или родным сестрам.       Очень странно. Но Руби не расстраивается, они ей не мешают, даже напротив — развеивают скуку и одиночество, хотя часто приходят неожиданно, из-за чего девочка вздрагивает от их голосов. Иногда она видит их во снах: Робин упрямая и харизматичная учёная, а Ал-Ан… разумный пришелец и напарник исследовательницы!       Руби впитывала эти моменты словно губка, насыщаясь приключениями, которыми они подвергались, и желая, что её жизнь была хотя бы чуточку похожа на их. Со временем она привыкла и к этому, но все также увлечённо следила за ними. Похоже… Они очень уважали и ценили друг друга. Были друзьями, которых катастрофически не хватало Руби.       Она неосознанно считала этих бравых путешественников своими друзьями. Она бы хотела знать их, если бы они не были плодом её воображения — тем желанием, что она хотела воплотить в реальность прямо сейчас. Юная исследовательница иногда пугалась: уж слишком реалистичные были события, которые она видела и слышала, — такое её воображение не могло подсунуть, ибо она, правда, ещё ребёнок!       С недавних пор она стала искать разгадку этой тайны. Самми, её старшая сестра, с подозрением посмотрела на неё, когда она спросила её «видит ли она странные сны», на что она сказала, чтобы Руби больше никому не говорила об этом, а то сочтут её сумасшедшей.       Девочке оставалось лишь горестно вздыхать. И жить дальше с этим необыкновенным бременем, безуспешно пытаясь найти решение своего вопроса.       Совсем рядом с ребёнком зашуршала трава, и Руби повернула голову на звук. Из-за деревьев немигающее на неё взирал… тот самый пришелец! Один в один!       Девочка затаила дыхание, сделала большие испуганные глаза и осторожно спросила: — Ты — Алан? Ал-Ан?       Пришелец вздрогнул и неуверенно вышел из тени деревьев. Теперь маленькая девочка могла получше рассмотреть пришлого и оттого восхищённо вздохнула: его необычная кожа, инопланетная структура тела была ещё красивее, чем в её видениях, а его рост! Он просто невероятно высокий! — Ты… ты настоящий?! А… а… а где твоя напарница? Её же Робин зовут, да? Я не думала, что вы существуете! — Ты… Робин? — с сомнением протянул пришелец, на ломанном альтеррианском, не учитывая оуэллианский диалект. — Что? Нет-нет, я Руби! — пришлый подошел ещё ближе и склонил голову набок, рассматривая её более пристально. — Роб-ан. Это ты. — Он тыкнул в неё огромной конечностью, задев кончиком тощее плечико, отчего его повело назад. — Нет, говорю же… Ты меня перепутал со своей напарницей! Она высокая и очень умная! Я — не она!       Пришелец долго молчал, прежде чем решился сесть неподалёку от неё. Он все же немного отличался от того, что она видела во сне: тот был куда более открытым, разговорчивым, а ещё он мастерски владел крутыми левитирующими махинами, что умели очень многое! У этого предтеча не было этого устройства за плечами на данный момент. Или он его каким-то образом спрятал? Очень любопытно! — Мы никогда не ошибаемся. — Самоуверенно изъявил пришлый, скрестив конечности с клешнями на груди. — Не верю! — Робин, прек… — Я Руби! — упрямо и настойчиво повторила девочка, смешно насупившись.       Ал-Ан, или как его там зовут, прикоснулся клешнёй к её голове и девочку посетило новое видение, а точнее, лишь его небольшой фрагмент: — «Потому Рубин — это человеческое имя согласно базе данных твоего КПК?» — «Полагаю, что это так». — О, ты и такое умеешь. — Растерянно промолвила юная исследовательница, смущённо почесав кончик носа, когда тяжесть теплой, сухой клешни исчезла с головы. — И они обсуждали моё имя, как мило! — тихо хихикнула она.       Инопланетянин критически глянул на неё. Руби не могла это объяснить словами, но она по какой-то причине понимала и даже различала его настроение. Это странно? Ещё как! — Моё имя — Ал-Ен, — прежде чем разочарование проявилось на лице ребёнка, он добавил: — и я также вижу эти осознанные когнитивные галлюцинации, как и ты, человек. — Видения? Ты говоришь про эти странные видения? Как те, что ты мне показывал сейчас? Я… я тоже их вижу! Так ты не будешь Ал-Аном? — Сложно ответить. Это явление не имеет никакого логического объяснения. Однако, если отбросить всякий здравый смысл, логику и науку, то текущий Ал-Ен приходится Ал-Аном в прошлом воплощении. — Извини… Я ничего не поняла. — Глупо похлопала она ресницами.       Пришлый раздражённо начал объяснять более «доступно» для маленького ребёнка: — Примитивно говоря, мы переродились в новых телах. К сожалению, я не располагаю большей достоверной информацией, так как подобное явление относится к религиозным и философским представлениям или верованиям. По моим субъективным оценкам такая система взглядов данного круга лиц является в большей степени умышленной выдумкой и мистификацией действительного. — Ты говоришь слишком заумно, Ал-Ен. — Руби чуть улыбнулась своему новому знакомому. — Но как это всё связано со мной? — Ты воплощение Робин в прошлой итерации или, как у вас принято это обличать, — в прошлой жизни. — Это… — она запнулась, задумавшись, — вполне может быть правдой. А как ты понял, что я — она? — Я видел твою прошлую детскую физическую форму. Она неповторимая для каждого человека, однако сходства между прошлой и текущей твоей итерацией очевидные. Робин… Руби оказалось слишком легко вычислить по внешним данным. — Но если это всё правда, то что нам теперь делать?       Ал-Ен слишком долго молчал после этого вопроса. Настолько долго, что девочка начала нервничать и теребить свой датапад в руках. — Директива не может найти рациональный подход к этому вопросу. В текущих реалиях мы имеем лишь обрывки данных, что трудно связать друг с другом, однако ясно то, что воспоминания прошлых жизней проникают в наш мир и влияют на нас. — Я люблю изучать инопланетную жизнь. Робин была ксенобиологом. — Пожала плечами юная исследовательница. — Что и требовалось доказать — воздействие достаточно существенное. — Согласно кивнул пришелец. — Прошлая итерация основательно изменила моё текущее мировоззрение. Ал-Ан не отличался практичностью к нашим догмам и до встречи с Робин Айю, однако прошлая ты имела большое значение для него. — Он сгорбился, нависнув над девочкой, что сглотнула, во все глаза взирая снизу-вверх на Ал-Ена. — Это стало неизбежной помехой на пути моего собственного совершенствования, однако всё было безуспешно: сколько бы я не пытался переписать своё ядро, воспоминания о тебе, как о Робин, не желали оставлять меня. По этому я решил отыскать тебя, считая, что смогу облегчить свою участь. Я очень долго искал тебя, Робин-Руби.       Губы Руби задрожали, сжатые в плотную узкую линию, глаза заблестели от непролитых слёз. В его голосе чувствовалась усталость после долгого пути, длительных поисков; облегчение, что ему удалось найти её, а ещё… что-то теплое, из-за чего у неё защемило сердце именно от нерастраченной, вечной нежности по отношению к этому знакомому незнакомцу. Они знали друг друга так долго — так какие могут быть между ними границы?..       Взгляд Руби затуманился, когда она уловила новые отрывки своих-чужих воспоминаний, обрывки фраз из разных моментов их приключения. — «Я чувствую, что это тебя тревожит. Полагаю… я могу тебя понять.» — Он вкрадчивый и осторожный со словами. — «Ты ужасно действуешь на нервы, ты это знал?» — её громкий и неодобрительный голос звенит в ушах, когда ксенобиолога достал этот надоедливый пришелец… в собственной голове. — «Это был сарказм? Мне всё ещё трудно различать.» — Ал-Ан спокойный и заинтересованный в проявлении человеческих эмоций. Он очеловечивается. — «Какой ты неэффективный». — Раньше она часто любила его дразнить, ведь он был её настоящим другом. — «Там, откуда я родом, ты могла бы быть питомцем.» — Он впервые настолько серьёзен, насколько небрежен в собственных шутках. — «Меня это серьёзно тревожит». — Она правда беспокоится, что может быть для него просто питомцем. — «Это сарказм?» — спрашивает он в следующий раз с подозрением во время иного диалога. — «Да. А ты учишься». — Робин довольна им. — «Надеюсь, я не успею завершить обучение». — И она искреннее смеется. — «Это какая-то бессмыслица». — она печальна из-за правды, которую скрывала «Альтерра». Сестра умерла, а Робин не поверила в её невиновность. Зря, но за то она повстречала Ал-Ана. — «Твои эмоции… перепутаны?» — Пришелец дезориентирован также как и она. Они разделяют одни эмоции на двоих. — «Так что случилось? Твоя команда нашла вакцину, а затем…» — впервые Робин практически ошиблась, зайдя слишком далеко, о чём не раз жалела. — «Прошу тебя, Робин. У тебя все компоненты. Найди комплекс и изготовь тело.» — Его тон более сдержанный, чем всегда. — «Я помогу тебе их найти». — Её голос полон сочувствия. — «Благодарю тебя за помощь». — Взаимная поддержка лишь укрепила их связь. — «А может, там ты обретёшь спокойствие. Найдешь семью». — Она приободряет его перед важным шагом вперед. И она будет рядом, несмотря ни на что в этот значимый момент в его жизни. — «Идем со мной, Робин». — Его голос слишком нежен, чтобы быть просто дружеским. — «А если они выжили?» — она готова перелистнуть новую страницу своей жизни. — «С тобой я готов к любому исходу». — Ещё одно воспоминание проклюнулось, его отрывок отпечатался в её разуме, уйдя к другим не менее важным.       Взгляд Руби посветлел, когда она новым взглядом посмотрела на пришлого. Она глубоко вздохнула. Их отношения были за гранью дружбы, но они все равно до конца оставались дорогими друг для друга приятелями. — Ал-Ан, — она потянулась к нему небольшими руками, чтобы обхватить его туловище, — ты наконец-то меня нашёл.       Вдыхая запах свежей травы, маленький ребёнок доверчиво прижимался к настороженному предтечу, что гладил девочку по голове, испытывая что-то сродни спокойствию после многих лет неопределённости.