Всегда было ясно

В номере отеля свет был приглушен. За окном была яркая луна, она виднелась даже за шторами. Арсений стал продвигаться в сторону кровати. Шастун же стоял в прихожей, уставившись другому в спину. Но вскоре взгляд пришлось опустить — Арс повернулся в строну Антона. Всё же блондин одумался и снял свои кроссовки с ног. На его правом носке была большая дырка. Антон попытался прикрыть это недоразумение— он поставил левую ногу прям на проблемное место. Чувство неловкости резко настигло его, когда он понял, что Арсений заметил его озабоченность. Арсения это умилило. Черт. Весь Антон его умилял. Попов улыбался. Секунд десять, не больше. Уголки его губ резко стали опускаться. Антон будто всматривался в человека напротив, что-то поделилось в его голове. Взгляд не отрывался. Шастун и не успел ухмыльнуться. Его глаза засверкали. В этот момент в голове был только один человек. Всё остальное исчезло. «Арсений. Арсений. Арсений…» в голове одно имя. Они стояли неподвижно, почти без мыслей, пока рука Антона не дрогнула. «Зелёный» — это был знак для Арсения. Шаг. Второй. Близко. Слишком? Без разницы. Антон не против. Они стоят почти в упор уткнувшись друг в друга. По шее прошло тёплое дыхание. Глаза Шастуна направлены вниз. Непорядок. Арсений резко поднял руку к подбородку парня. —В глаза,— Попов нежно приподнял голову Антона, заставив поменять положение. Арсений улыбнулся. Нет, это не та тёплая улыбка, от которой хотелось растаять, но Шастуну она нравилась даже больше. Арсений чуть прикусил губу. Он всё также близко. Шастуну не терпится. Шастун вот вот сойдёт с ума. Арс это знает. Всё правильно. Дыхание всё громче. Они уже забыли ночь за окном или день. Без разницы. Арсений не прекращает смотреть. Улыбка резко пропадает. Антон боится оторвать глаза, но чувствует что-то. Что-то произошло. Да, он готов. Арсений резко коснулся губ Антона. Всё расплылось. Антон закрыл глаза. Попов впивался всё глубже, перебирая языком чужой. Иногда он выходил за эту территорию, облизывая нежную кожу. Антон начинал непроизвольно стонать, так как Арсений продолжал настойчиво впиваться. Шастун хотел чтобы это продолжалось вечно, он чувствовал, что это ему нужно, необходимо. Но нет. Арсений также резко оторвался. Блондин открыл глаза. Он запомнил, что нельзя прерывать контакт, смотрел прямо на голубые глаза. Арс потянул парня на себя, тот с лёгкостью поддался. Неотрывная взглядов, они дошли, пролетели до кровати. Антон оказался сверху, что не устроило Попова. Он потянул парня на себя, перебросив его через своё тело. Он сверху. Опять взгляды. Опять улыбка. Арсений принялся покрывать Антона поцелуями, а иногда и больше, чтобы разбавить время, пока Антон справлялся с одеждой, что на себе, что и на брюнете. Арсений помог ему, не прекращая своего дела. Через некоторое время ему всё же пришлось оторвался, чтобы откинуть ненужную одежду. Всю одежду. Арсений потянул руки вверх, невероятно красиво сняв с себя мешающую ему футболку. Он стянул с Антона штаны, оставив его в одной расстегнутой рубашке, которая вовсе не закрывала торс, а сам находился ещё в одетых наполовину чёрных, обтягивающих джинсах. Ладно, они как раз не слишком мешали, хотя вскоре и от них Арсений избавился. Антон, лёжа, наблюдал как Арсений заканчивает с одеждой, предвкушая последующие события. Случайно на лице появилась улыбка, когда он осознал, что брюнет приближается. Арсений зажал парня своими бёдрами, забравшись чуть выше чем думал Антон. Он немного привстал, чтобы попасть в рот парня. Шастун начал сосать новый предмет во рту. Попов приподнял голову наверх, зажмурившись от удовольствия. Этого Антон не видел, он был занят делом, при этом закрыв глаза. Давление усиливалось, а член входил всё дальше с каждым толчком. Шастун вошёл во вкус и стал стонать, но делал он это тихо, что немало возбуждало Попова. Вдруг Антон открыл глаза, понимая, что Арсений меняет положение. Тот же схватил парня за плечи и ловко его перевернул, тут же начиная спускаться всё ниже, облизывая при этом спину Шастуна. Стоны не прекращались. Попов заменил язык на пальцы, которые действовали не хуже, если не лучше. Он остановил пальцы, добравшись до нужного места. Антон зажмурил глаза, он чувствовал каждый вздох и выдох партнёра. Он почувствовал что-то мокрое, зажмурился сильнее. Стоны стали громче, во весь голос. Арсений вошёл. Он смотрел на спину парня, мягко вводя член. Арс закусил губу, слушая Шастуна. С каждым толчком скорость усиливалась. Этого Антон и хотел. Хотел и всегда хотеть будет. Арсений усиливал темп, зажимая своими ногами чужие, не давая двигаться. У Антона в голове не было ничего кроме сейчас происходящего, а вот ниже что-то у него внутри всё же было. Наверное это его искреннее желание. То чего он всегда хотел. Теперь он это знает. Сейчас всё хорошо, но это же не будет давать ему покоя. Его проклятие. Его проклятие это — Арсений. Он бы не сказал, что мог бы быть в таких отношениях даже бы если стал самым честным человеком в мире, а вот Арсений… это другое дело. О таком главное признаётся самому себе, а дальше всё как обычно.

***

Антон продолжал лежать на кровати. Только он был один. В его глаза врезалось солнце, заставляя прикрыть их рукой. Парень придумал лучше и просто повернулся лицом к подушке, ещё и закрыл уши другой сверху, чтобы не слышать назойливых звуков под окном. Голова раскалывалась. Это не странно, учитывая сколько Антон вчера выпил. Он наконец убрал подушки подальше из-за мучения жаждой. Тот алкоголь и вправду был крепкий. Шастун даже не помнит как ложился спать. Черт. В каком смысле? Антона охватила паника. Он опустил голову. Штаны, рубашка. Черт. Он спал одетый. Ему стало не по себе. Что за херня ему снилась?! Точно, всего лишь снилась. Но снилась же. Нет, он же не гомик. Конечно нет. К тому же у него есть девушка, которую он любит. Да, сложности бывают, но всё можно объяснить. Ира его тоже любит. Точно. Какая мерзость. Надо нафиг забыть этот ужасный сон. Узнал бы об этом Арсений… Арсений? Да или вообще кто угодно, это же ужасный позор. Арсений. Арсений? Он что ли заплатил за номер? Конечно. Он ещё и Антону помог. Надо его найти. Он нужен Шасту. Разумеется, чтобы заплатить за номер, разобраться в общем. Шастун заскочил в ванную, умылся холодной водой, посмотрел в зеркало и опять отбросил все мысли по поводу этого сна. Он смотрел на себя в зеркало, как будто отсрочивая эту встречу. Надо было идти на ресепшн. Пока Антон искал лифт, спускался на нём, он рассматривал идею вовсе не искать Арсения. После такого хотелось даже начать его избегать. Они только начали нормально ладить, а тут Шастун. Его мысли всё испортили. Нет. Не мысли. Как это связано? Сны не всегда связаны с мыслями. Точно. Однажды ему снилось, что он стал футболистом. Этот сон он вспомнил со школы. О нет. Тогда он правда мечтал о такой карьере. Ну нет. Шастун начал перебирать всё по типу этого, что удалось запомнить. На благо снилось что-то ему мало, очень редко, и все сны оставались в памяти. Сегодняшний точно останется надолго. Когда Антон понял, что он проигрывает самому себе, а суждение про связь оказалось реальным, он уже доехал на первый этаж. Почему-то, когда Антон продвигался к стойке с работниками отеля, его охватывала некая паника. В голове он начал репетировать речь. Из какого-то фильма он резко вспомнил, что такую информацию о посетителях (номер комнаты) не предоставляют. Парень остановился и почувствовал облегчение. Конечно, можно же просто ему написать. Тут же Шастун развернулся в обратную сторону. Он сделал где-то три шага. —Антон!— на весь холл раздался голос Арсения. Он начал подбегать к парню. Шастун остановился и уставился в никуда. Этот звук остановил его мысли. —Антон, я тебе звонил. Ты ещё спал?— Арсений сменил шаг на медленный, так как был уже близко. —Я…— Шастун развернулся в сторону Попова. Первое, что он увидел это были его чертовы голубые глаза. Такие же. Четко. Сегодня ночью Антон их уже видел. Они притягивали. Они притягивали Антона, забирая у него контроль над его же телом. Рот начал понемногу открываться. В голове «Арсений. Арсений. Арсений…». Шум вокруг заглушился. Шастун смотрел не отрываясь. Это была неловкая пауза. —Шастун, всё в порядке?— Голос Попова прервал её, — Выйдем? У тебя с собой сигареты? Мы так и не поговорили. —Нет. Я в порядке. Поговорим потом,— это было утверждение. Антон не знал куда деть свой взгляд, чтобы снова не попасть в тот плен. Сейчас в голове Шастуна творился беспорядок. Он не заметил как добрался до своей комнаты. В животе была неприятная боль. Казалось сейчас он заплачет. Так и было. На ощупь он взял упаковку сигарет, так как через глаза ничего разглядеть было невозможно из-за капель в глазах. Ещё немного и он бы закричал. Ему плохо. Он один. Он не мог этого объяснить, даже почему ему плохо. Антон просто плакал держа в руках сигарету. То, что с ним происходит, было с самого начала понятно. Антон любит Арсения. «О таком главное признаётся самому себе, а дальше всё как обычно». Нет. Ничего обычного Слёзы потушили сигарету. Больно.