Бег друг к другу

Дальше все шло своим чередом. В школе мы со Степновым действительно были похожи на себя прежних. Я участвовала в соревнованиях, тренировалась с ним после уроков, мы болтали на переменах о спорте и о деде. Никто не обращал на нас внимание кроме, пожалуй, Гуцула. Гуцул не доставлял никаких хлопот, только изредка бросал на меня полный презрения взгляд каждый раз, когда видел меня с Витей вместе. Я не понимаю, что его не устраивает. Он ведь встречается с другой девушкой. Борзова, как мне кажется, прекрасно поняла, что происходит между мной и Степновым, и приняла это в полной мере. Вроде она даже с тёплой улыбкой на нас иногда посматривает. Порой у меня складывается впечатление, что она подойдёт ко мне и скажет «Совет да любовь!». Дед был действительно счастлив за нас. Он получал много удовольствия от наших совместных вечеров: почти каждый день мы втроём сидели на кухне, пили чай и болтали обо всем. Столь приятные дни повели деда на поправку. Девчонки и Рассказов ничего никому не рассказывали, а только иногда подшучивали над нами. Кроме моего деда, только в их обществе мы могли не прятаться, и этой возможностью мы пользовались на все 100 процентов, поэтому вызывали у них большое количество добрых насмешек. В общем, наша жизнь была весьма благополучна. Только один вопрос остался нерешён — мы до сих пор не рассказали моим родителям. У Виктора, как оказалось, не было семьи. Его родители умерли один за другим несколько лет назад. Братьев и сестер у него не было. Были только дальние родственники, с которыми он не особо поддерживал связь. По сути кроме меня и деда единственным его близким человеком был Рассказов, который, конечно же, поддерживал нас обоих так сильно, как только мог. Но вот чего ждать от моих родителей, я и сама не знала. Они всегда поддерживали меня во всем, у нас никогда не было никаких конфликтов, но на самом деле мне всегда казалось, что столь хорошие отношения у нас только потому, что мы любим друг друга на расстоянии. Я боюсь, что родители не проявят столько же понимания, сколько проявил его дед. Они ведь абсолютно не представляют, сколько всего мы тут пережили вместе. Мы с дедом не хотели их грузить своими проблемами, поэтому ничего не рассказывали. Природа наших чувств со Степновым моим родителям будет абсолютно непонятна. Я много раз обсуждала это с дедом, но он отмахивался и говорил, что все будет хорошо, что родители хотят только того, чтобы я была счастлива. Со Степновым я тоже делилась своими страхами, хоть и без подробностей. Он ничего мне не советовал, ведь он не мог мне сказать, что я должна наплевать на мнение родителей в случае их неблагосклонной реакции. Хотя я понимала, что примерно этого он от меня и ждёт. Он не поймет меня, если я со своим независимым характером, за который он так меня любит, вдруг пойду на поводу у людей, которые высшие цели предпочли своему собственному ребёнку. Я люблю своих родителей, но понимаю, что Витя воспринимает их именно так. И он прав. Но я за это не в обиде ни на родителей, ни на Витю. В любом случае, больше откладывать объяснение с родителями не выйдет, потому что они собираются приехать домой на несколько дней. Прямо сегодня мы буем ужинать вместе. Впятером.

***

Встреча родителей прошла, как обычно, тепло и восторженно. Они подарили подарки и рассказали кучу интереснейших историй. Еду на ужин мы решили заказать. Я сообщила им что начала встречаться с парнем и пригласила его на наш сегодняшний ужин, чтобы познакомиться. Они были по-хорошему заинтригованы и пока что не проявили ни капельки недовольства. Тем более что дедушка им рассказал, какого высокого мнения он о моем молодом человеке. Но вот раздался роковой звонок в дверь. Это пришел Витя. Мандраж охватил все мое тело. Все уже сидели за столом, а я пошла открывать дверь. Степнов вошел и обнял меня. У нас было буквально несколько мгновений наедине. Витя увидел, что я очень нервничаю и обнял меня еще крепче: обожаю этот его психический сканер, который способен прочитать почти любые мои эмоции. Витя разулся, и я пригласила его за стол. У него в руках был букет цветов и торт. — Добрый день! — с самой приветливой улыбкой Степнов вошел в гостинную и самым добродушным тоном голоса поздоровался с ее обитателями. Мой страх похоже вполне оправдался, потому что тон моих родителей оказался не настолько взаимно добрым, насколько я надеялась: сквозь их улыбки сочилось удивление и недоумение. — Виктор, — представился Степнов и протянул руку моему отцу, чтобы по-мужски поздороваться. Отец встал, чтобы ответить Вите. — Вы ведь учитель физкультуры в школе моей дочери, если я правильно запомнил? — растеряно ответил папа. — Все верно, — вступился дед. — А также мой соавтор и прототип главного героя в романе. Отец кинул недоверчивый взгляд на деда. Когда все приличия были соблюдены и мы с Витей наконец-то уселись за стол, в испытывающий разговор вступила мама. — Виктор, простите меня за столько нескромный вопрос, но сколько вам лет? — мама начала с самого главного. Честно говоря, я не знала точный возраст Вити. Я всегда стеснялась спрашивать его, потому считала, что это для него больная тема. Так что на маму в данный момент я одновременно и злилась, и была благодарна, ведь мне было безумно интересно узнать ответ. — Мне 32, — сухо ответил Витя, не выразив на своём лице никаких эмоций. Никто сразу не отреагировал. Видимо, пытались вычесть в уме 17 из 32. 15 лет… Я крутила эту цифру у себя в голове. В отцы он мне не годится. Но ему уже даже больше 30… Он из совсем другого поколения. Мы находимся в разных точках наших жизненных путей. Вдруг он уже хочет детей, например. Я ведь всегда считала, что заведу детей, не раньше 30 лет. Но ведь когда мне будет 30, ему будет 45… Эти калькуляции начали стремительно усиливать уровень моей тревожности и я решила, как истинный адепт Скарлетт, подумать об этом завтра. После долгой паузы продолжил папа: — В твоем романе разница между героями была всего лишь 10 лет, — обратил отец к деду. — Да, в жизни всегда все не так, как в романах, — мудро проговорил дед. Дед явно давал понять, что его эти цифры вообще нисколько не колышат. Витя продолжал сидеть с непроницаемым лицом, чему я удивилась, ведь раньше он не умел так искусно стирать все проявления чувств со своего лица. — А какие же у вас общие интересы, — продолжил папа. — Ну, кроме спорта? Папа посмотрел сначала на меня, потом на Витю, выжидая ответ от кого-нибудь из нас. Меня начало раздражать то, что родители решили устроить допрос. — Ну например, Витя вместе с учителем истории помогает моей группе с выступлениями, — не без раздражения ответила я. Витя заметил мое напряжение и предпринял попытку разрядить обстановку: — А еще мы вдвоем играем главные роли в романе Петра Никанорыча. Витя произнес это очень весело, желая немного развеселить здешнее общество, но улыбнулся только дед. Мои родители и я уже тихо злились друг на друга, утратив все чувство юмора. — Что ж, — отец всем своим видом демонстрировал, что ответы его не удовлетворяют. — И какие у вас планы на будущее? Я покраснела, и дед снова решил заступиться за нас: — Никита, ну какие еще планы на будущее? Ребята встречаются всего несколько недель, зачем такие вопросы сейчас? — дед говорил очень строго, по-отцовски. — Давай прекращай смущать тут народ. Поговори лучше с Витей о баскетболе или какие ты там виды спорта любишь… — А вы уже были женаты? — спросила мама после очередной неловкой паузы. Больше я не могла выдержать столь вопиющего поведения своих родителей, я резко встала из-за стола и демонстративно вышла из комнаты. Дед пошел следом за мной, оставив Витю на растерзание родителям. — Лена, ну ты чего? — дед налил воды и подал мне стакан. Я сквозь слезы попыталась объяснить, что я даже сама никогда не задавала Степнову такие вопросы: — С чего мама взяла, что я хочу слышать ответ? — Она просто переживает за тебя, — пытался успокоить меня дед. — Для писателя твой ответ слишком банален, — съязвила я. — Ты думаешь, я не осознаю, что история Степнова может быть сильно длиннее моей? Ты думаешь, мне приятно думать о его бывших, которых за 15 лет нашей разницы в возрасте может набраться сильно больше, чем у меня? Я продолжала плакать, а дед не смог подобрать утешительный ответ на мои риторические вопросы, поэтому просто обнял меня, пока я продолжала хлюпать носом.