Давай пойдем со мной?

Инадзума сильно отличалась от остальных городов, это было понятно с первого взгляда. Хмурые, грубые люди на улицах, одиноко стоящие дома, неосвещенные фонарями улицы… Сейчас Люмин, идя по вечернему городу, сочувствовала своему брату, которому придется распутывать все эти мутки с Электро Архонтом. Да, Люмин именно поэтому ненавидела архонтов и все, что с ними связано. Вроде бы взрослые, умные люди, но ведут они себя порой как дети — один во время серьезной угрозы городу спокойно сидит и пьет чай, другой просиживает все свободные часы за бутылкой пива, третья вообще закрылась в своем мирке и за городом никак не следит… А иметь с ними дело приходится ее брату. Странно, как он еще до сих пор не понял, что его попросту используют в своих целях. Хотя, возможно, проживя несколько сотен лет, уже начинаешь непроизвольно замечать некоторые детали, которые ее наивный братец пока что не замечал. «Опасный преступник.» Надпись на доске объявлений привлекла Люмин. На смятом, грязном листе бумаги было что-то написано (Люмин не удосужилась прочтитать это) и нарисовано лицо девушки. Бледное, худое, со спадающей на лоб челкой, голубыми глазами и плотно сжатыми губами. Казалось, будто она, нежная и мягкая по своей природе, пережила что-то плохое, что неизбежно отразилось на ее эмоциях. «Аяка Камисато» — было написано чуть ниже. Крио глаз бога. Находится в пределах острова Наруками. Нужная информация сама находилась, как на ладони, возникала прямо перед глазами. Странно, чем эта Аяка могла насолить сегуну? Девушка на рисунке показалась Люмин довольно милой, не способной принести вред обычным людям. Люмин, погружаясь в размышления, спрыгула с низкого забора на твердую землю. Голубоватые следы появмлись перед ней еще до того, как та «включила» чувство стихий. Что поделать — в Бездне и не такому научат. Прохожие люди непонимающе косились на фигуру в длинном плаще и с маской, закрывающей верхнюю половину лица, но ничего не говорили, предпочитая громко фыркнуть и повернуться к ней спиной. Следы тем временем вели к пещере под Инадзумой. Люмин аккуратно отодвинула камень, преграждающий вход. И обнаружила там девушку. Аяка была похожа на каменную статую: она сидела неподвижно, сложив руки перед собой, и молча смотрела на костер перед собой. На появление Люмин она отреагировала… почти никак. Только мимолетно бросила взгляд на нее и тут же снова уставилась на костер. Люмин подошла поближе и присела рядом с ней, так, чтобы их колени соприкасались — может, этот жест привлечет внимание к своей персоне. Но и на это Аяка не обратила внимание. Колени у нее были холодные, Люмин чувствовала это даже сквозь плащ. Терпение медленно заканчивалось, вместо этого к горлу подступило горячее раздражение. — Ты там жива вообще?! — Люмин схватила Аяку за плечо и развернула к себе. Может, она поступала неправильно: пробралась в чужое укрытие, да еще и накричала на хозяйку. Однако это волновало Люмин сейчас меньше всего. — Скажи хоть что-нибудь! — Ты кто? — впрочем, в голосе не было никакого интереса: он был похож на шелест бумаги, такой же тихий и отстраненный. На бледной коже появились тени от костра. — Я… — замялась Люмин. Показать ей, кто она на самом деле? Да. Ответ пришел сам собой, когда в льдистых глазах промелькнуло что-то, похожее на заинтересованность. Люмин скинула капюшон у плаща, позволяя волосам заструиться по плечам, и сняла маску. Реакция Аяки была неоднозначной: сначала она подалась чуть вперед, пару секунд рассматривая ее лицо, но после этого сразу же резко дернулась назад, с каким-то странным чувством в глазах смотря на Люмин. Та непонимающе нахмурилась. — Что такое? — Ты… его сестра, верно? — глаза Аяки стали похожи на два больших, замерзших озера. Увидя кивок Люмин, она с еще большим ужасом уставилась на нее и вдруг схватила ее за руку. — Да что такое? — Люмин попыталась освободиться, но все напрасно: Аяка держала крепко. — Что-то произошло? — Да, — спина Аяки вздрогнула, будто… та плакала? — Его убили. Сегун Райден, — Аяка говорила быстро. — Он попытался спасти Тому, а она, — кажется, она всхлипнула, — она убила его… Люмин быстро вырвалась из ослабевших рук Аяки. Яркая, обжигающая злость ударила в голову. Руки зачесались: захотелось что-нибудь пнуть. Кажется, огонь в костре разгорелся сильнее, языки пламени поднимались все выше и выше. В носу защипало. — Да к черту их всех! — вскрикнула Люмин. И вскрикнула громче, чем предпологалось: Аяка теперь с каким-то благовейным ужасом смотрела на нее. А она сама кулаком вжималась в каменную стену. Нет. Этого попросту не могло быть. К черту эту Эи, пусть сама со своими бедами с башкой разбирается. Только вот… Не оставлять же тут одну Аяку, верно? Люмин глубоко вздохнула, пытаясь унять стучащую в висках кровь, и как можно спокойнее посмотрела на Аяку. — Слушай, а давай пойдем со мной кое-куда? — на лице возникла хитрая улыбка, когда Люмин заметила чуть приподнятые брови Аяки. Мысли об убитом Итэре отошли куда-то на второй план, сейчас самое главное — незаметно провести Аяку через охрану города…