Обязанности опекуна

Положение, в котором оказался Гарри, казалось ему невыносимо плачевным и унизительным, он сонный, вялый и неимоверно уставший сидит на коленях своего профессора, как какой-то малыш, которого требуется успокоить и приструнить, желание дать опекуну в нос и вырваться из стальной хватки росло с каждой секундой, но последние слова зельевара заставили отказаться от плана очередного побега. "Температуру будем измерять ректально" – фраза, произнесенная Снейпом, породила в голове подростка ужасающие картины, которые хотелось выкинуть из сознания и уж точно не хотелось переносить в реальность. Поэтому гриффиндорец был вынужден успокоиться и провести отведенное время на руках опекуна. Время тянулось мучительно долго, как будто целую вечность. Но, в отличие от вечности, 10 минут все-таки подошли к концу, и подростку было позволено вернуться обратно в кровать. – Теперь я могу наконец-то поспать? – буркнул Гарри, глядя, как опекун всматривается в цифры термометра и хмурит брови. – Сон Вам определённо полагается, но, к сожалению, не сейчас. Результаты не самые утешительные, – произнес Снейп, помахав градусником перед лицом подростка, – Возможно, все было бы не так плачевно, если бы Вы послушали меня и не стали надевать пижаму ночью, а еще биться в истерике, ну и конечно же сбегать... но сейчас поздно об этом говорить, температуру надо сбить. – Я не бился в истерике! Я уже говорил Вам, я не ребенок, меня не надо защищать, присматривать за мной и помогать мне. Всю свою жизнь я отлично справлялся с заботой о себе самостоятельно. Последняя фраза вызвала у Снейпа короткий смешок, но он быстро взял себя в руки. – И моя реакция на Ваши действия, профессор, вполне оправдана, что еще я должен был делать, оказавшись в опасной для себя ситуации? – в конце своего пылкого монолога Гарри уже практически хрипел, горло саднило, но врожденное упрямство и гриффиндорский запал не дали ему промолчать. Северус в очередной раз протянул подопечному стакан с водой. – Единственный человек, который сейчас покушается на Вашу безопасность, это Вы, мистер Поттер, я же двигаюсь в совершенно противоположном направлении. По части пылких речей Вы, конечно, мастер, но я бы не рекомендовал сейчас напрягать голосовые связки, Вы рискуете остаться без голоса. И сейчас я спешу озвучить наш дальнейший план действий, который не подлежит опровержению, можете не напрягаться. Сейчас мы собьем Вашу температуру, после чего я проведу осмотр, чтобы понять, насколько плачевно наше с Вами положение, затем вы выпьете стакан клюквенного морса и ляжете спать. Всё довольно просто. И может пройти довольно быстро, если Вы не будете сопротивляться. – с этими словами зельевар подошёл к комоду, откуда достал "жаропонижающую укладку": шприц, ампулы с лекарством, иглу и спиртовые салфетки. Отчасти он жалел, что пришлось так резко разговаривать с ребенком, но другого выхода из ситуации он не видел, да и его нервы не железные, очень сложно помогать человеку, который отчаянно твоей помощи сопротивляется. Времени на то, чтобы сюсюкаться с подопечным, нет, состояние Гарри очевидно не улучшалось, сам он не становился более сговорчивым, и надо было срочно начинать лечение. Но, увидев расширившиеся от ужаса при виде иглы глаза подростка, зельевар решил предпринять еще одну попытку договориться. Отложив в сторону наполненный шприц, Северус присел на кресло около кровати, локти он положил себе на колени, а корпусом наклонился в сторону подростка. В результате его лицо оказалось примерно на одном уровне с лицом подопечного, создавалось подобие слабого, но все же зрительного контакта. Из-за непосредственной близости опекуна Гарри не мог отвести взгляд, это представляло опасность, поэтому приходилось смотреть в его сторону. – Мистер Поттер, Вы уже не раз повторяете мне, что являетесь взрослым человеком. Неужели Вы не понимаете, что сейчас лучшим вариантом является послушать меня и начать лечение? Если температура упадет, Вам станет намного лучше, я уже не говорю о том, как хорошо будет, когда болезнь отступит. Вчера мы проигрывали практически тот же сценарий, и инъекция все равно была сделана, и я вновь обещаю сделать все максимально быстро и безболезненно, если Вы мне в этом поможете, то возможно вообще ничего не почувствуете. – закончив, зельевар испытующе посмотрел на подростка, ожидая ответа. – А я не могу выпить какое-нибудь зелье или таблетку? Возможно, вчерашняя доза не помогла, потому что была слишком маленькой. И я слышал, что, по современным данным, температуру сбивать не рекомендуют, нужно дать организму возможность бороться самостоятельно, – Гарри с надеждой посмотрел на опекуна. Снейп вроде смягчился, и гриффиндорец надеялся на то, что в этот раз получится его заговорить или в крайнем случае сторговаться на что-то менее болезненное и пугающее. – Меня впечатляют Ваши познания в медицинских исследованиях, мистер Поттер, – вздохнув, произнес Северус, – Но, к сожалению, другого выхода у нас нет, такую температуру необходимо сбить, Вам нужен отдых, других способов на данный момент нет, и если мне не удалось Вас убедить, то мне вновь придется применить силу. Так что, нам удастся прийти к мирному соглашению в данном вопросе? Гарри сидел и не двигался с места, тело его было максимально напряжено, как будто он готовился к последней битве. Молчание послужило ответом. Организм подростка был максимально ослаблен, болезнь, жар, нервное напряжение и попытки сопротивления взрослому давали о себе знать, поэтому Северусу не составило труда в очередной раз подхватить "пациента" на руки и расположить у себя на коленях, сил на сопротивление уже не осталось, Гарри оставалось только лежать, уткнувшись лицом в матрас, и слабо подрыгивать ногой, давая понять, что он все еще против сложившейся ситуации. Укол профессор сделал быстро и действительно практически безболезненно. Когда все закончилось, трусы вернулись на свое законное место, чего нельзя было сказать о пижамных штанах, которые зельевар ловко стянул с мальчика, воспользовавшись ситуацией. После чего Гарри был вновь усажен в постель, а опекун принялся расстегивать пуговицы на его рубашке. – Эй, что вы делаете? Отдайте мне мою одежду, – слабо запротестовал гриффиндорец, – Я уже говорил, что не хочу спать так, – слова прозвучали как-то слишком обиженно и по-детски, - Вам не достаточно прошлых издевательств? Северус закатил глаза. – Мистер Поттер, я спишу Ваши слова на бред, вызванный повышенной температурой. Я не имею намерения издеваться над Вами, тем более такими глупыми способами. Имей я такую цель, придумал бы что-то более изощренное. Вам нужно максимально раздеться, так температура спадет быстрее и поднимется обратно не так быстро, к тому же вся ваша пижама мокрая от пота. За объяснением очевидных вещей зельевар успел снять с подопечного пижамную рубашку и положить ему на лоб прохладный компресс. – Не засыпайте, Поттер, потерпите немного. Сейчас я Вас осмотрю, задам несколько вопросов, потом выпьете морс и сможете спать, сколько душе угодно. С этими словами Северус начал осмотр. Он осмотрел горло, прослушал легкие со спины, боков и спереди, не обращая внимания на вялые попытки гриффиндорца оттолкнуть руки, держащие холодную мембрану фонендоскопа. Прощупал подчелюстные лимфоузлы, которые оказались значительно увеличенными, прощупал живот. Все указывало на то, что у мальчика классический случай бактериальной ангины: налеты в горле, увеличенные лимфоузлы, высокая температура – но один симптом заставил профессора не на шутку взволноваться: при легком поколачивании по пояснице с губ подростка сорвался короткий, но резкий крик. – Вам было больно, мистер Поттер? – обеспокоенно спросил зельевар, заглядывая ребёнку в глаза. – Нет, просто было неожиданно. – Я сомневаюсь в правдивости твоих слов, Гарри. Прошу быть со мной предельно честным, это и в твоих интересах тоже, поможет подобрать правильное лечение. – ответом было молчание, – Гарри? Ты меня слышишь? – У меня правда ничего не болит, ну в смысле только горло... немного... – произнес подросток. Северус тяжело вздохнул. Похоже, правду придется добывать самостоятельно. – Перевернись на спину, остался последний момент, потом морс, и сможешь лечь спать. Гарри подчинился, он был вымотан, температура начала спадать, а веки спешили прильнуть к друг другу, словно в них были вшиты магниты. Но дальнейшие действия опекуна заставили его встрепенуться и предпринять попытку самостоятельного окончания осмотра. Снейп начал спускать с него белье. Гарри схватил руки профессора. – Эй, что вы делаете? Не надо. Вы же уже все посмотрели. У меня ничего не болит! – испуганно протараторил Гарри. – Тише, успокойся, пожалуйста, – произнес Северус, мягко отводя его руки одной рукой и слегка удерживая, чтобы пресечь попытки дальнейшего сопротивления, – Мне нужно проверить паховые лимфоузлы, если ты интересовался медициной, то должен знать, что увеличение лимфоузлов говорит об определенном ряде заболеваний. Это последний этап осмотра, и мы закончим. Зельевар пытался успокоить подростка разговором, но это не возымело должного эффекта, Гарри продолжал отталкивать его руки и пытаться отползти на другой край кровати. Пришлось сесть рядом, закрыть спиной доступ к месту исследования и придержать ребенка одной рукой. Как бы Гарри не старался, трусы были спущены, и Снейпу удалось добраться и прощупать все, что ему было нужно. Возможно, если бы Гарри не был так вымотан, он оказал бы более активное сопротивление, но не мог. Все, что ему оставалось, это пустить пару слезинок от осознания собственной беспомощности. Когда все экзекуции были закончены, Снейп напоил Гарри морсом и позволил заснуть. Позволить такой роскоши себе профессор не мог, ему срочно нужно было навестить знакомого врача в больнице Святого Мунго, похоже, что одной ангиной этот глупый ребенок не отделался.