Рaradise

      Сверхспособности — секрет науки, который изучается учеными по сей день. Как и откуда они появились никто не знает. Может мутация, а может и вовсе вирус, однако мир быстро принял новые правила, выделяя самых способных подростков. Их отправляли в школу-интернат. Дети росли и обучались в полной изоляции, но при этом ни в чем не нуждались и имели связь с семьей.       И вот одним днем в общежитие заехал новый студент. Сенку Ишигами, 16 лет. Обладатель способности, имя которой «Телепатия».       Сенку затащили внутрь комнаты двое накаченных охранников и оставили, хлопнув дверьми. На него устремились три пары глаз. — Тц, что за мудилы, — фыркнул парень, окидывая взглядом комнату.       Просторное и довольно светлое помещение с хорошим отоплением и мебелью, — сделал вывод Ишигами. Один угол комнаты пустовал, видимо этот самый «угол» и принадлежал ему. Кровать с мягким матрасом, новые простыни, пустой ящик и шкаф. Красиво, но все это, к сожалению, так и останется пустовать. — Ты ведь Ишигами Сенку? — первым подал голос парень, на вид одного возраста с новым сожителем, довольно хилый на вид, со странностями в голове и на голове… — А ты что далматинец? — усаживаясь на стул, зевнул новоприбывший, — довольно нелогично задавать риторические вопросы. Асагири Ген, так понимаю, — Сенку окинул взглядом и остальных двух жителей комнаты, — Сайонджи Укио и Шишио Цукаса, — вставая на ноги и разминая шею, хмыкнул Ишигами, направляясь к выходу и махая рукой на прощание трем статуям, по совместительству бывшим людям. Должно быть те двое уже ушли. — Вот это да, — первым вышел из ступора Укио, возвращаясь в кровать. Было только пять утра, а подъём в шесть. Сайонджи никогда не упускал лишний шанс вздремнуть. — Кажется, мы вряд ли еще раз его увидим, — Цукаса безразлично направился к тумбе со своими вещами. Аккуратно сложенное белое полотенце оказалось на плече довольно крепкого парня, который, в скором времени, скрылся за дверью в ванную.       Ген все еще пребывал в недоумении. Человек, способность которая заглушает его чтение мыслей. Да кто он вообще такой? Чтобы он — Асагири Ген — не смог прочитать чьи-то мотивы? Не с тем связались.       В столовой всегда шумно и многолюдно, тем более за завтраком, ведь после подкрепиться получится только после первой части занятий, что хоть и длились несколько часов, но являлись самыми тяжелыми и сложными.       За одним из столов уместилась компания друзей. Кто-то очень быстро поглощал еду, кто-то дремал, а кто-то очень бурно обсуждал сплетни школы и грядущие уроки. — Укио, не спи, покушай лучше, не ради этого ли ты встал с кровати? — Сайонджи недовольно фыркнул, медленно управляясь со столовыми наборами. Многие до сих пор гадают, как тот засыпает практически везде и в любой ситуации, несмотря на окружающий его шум. — Первый урок у профессора Ксено? Боже… я уже плачу, — хныкал Хром. — А второй у господина Снайдера… — Боже, что за невезучий день, — буркнул Ген, все еще поглощенный мыслями о событиях сегодняшнего утра. — Вы случайно не знаете, где Ишигами Сенку? — К столу подошел президент студсовета, оглядывая всех персон, ненавязчиво останавливая свой взгляд на одном из них. — Видели сегодня утром, — зевнул Укио, — потом он ушел.       Кинро кивнул, удовлетворенный ответом. Цукаса решил промолчать, а Ген решил действовать. — Кинро-чан, а зачем тебе Сенку-чан? — парень подскочил к другому, прижимаясь всем телом, на что Кинро лишь тяжело вздохнул, подхватывая Асагири за талию. — Конфиденциальная информация, Ген. — Ну, Кинро-чан, разве мы с тобой не друзья детства? — Правила есть правила. Я пойду, приятного дня вам всем.       Президент оставил компанию и шокированного Гена. Бедный менталист слишком много удивлялся сегодня. Однако беды на этом не закончились. По приходу в класс ребятам представили нового ученика и усадили в дальний угол класса. На угоду новым слухам, многие сбежались к парте новенького. Ген сравнил других учащихся с мухами около навозной кучи, но решил промолчать. Не очень хорошо показывать свои настоящие эмоции для менталиста. — И так, скоро культурный фестиваль, — Ксено посмотрел на детей, облокачиваясь на край своего учительского стола, — есть идеи, малышня?       Культурный фестиваль — школьный праздник в честь дня рождения самого учреждения, который отмечается ежегодно. Каждый класс готовит что-то особенное и представляет всей школе. — Может сценку или кафе? — высказалась одна из школьников. — Дом с приведениями? — Неинтересно, это все было и всегда есть! — Тогда предложи сам что-то. — Так-так, тихо, — цыкнул Ксено, тяжело вздыхая. И так каждый год, — успокойтесь, давайте по очереди.       Как и ожидалось, на чём-то одном никто не сошёлся, ибо идея была слишком неинтересной, либо слишком сложной и неосуществимой. В итоге Ксено разозлился и продолжил урок, оставляя дискуссию на конец дня.       В предвкушении праздника никто не мог усидеть спокойно на месте, вся школа бурно обсуждала предстоящий праздник, придумывая самые крутые и невообразимые, по их мнению, представления в надежде выделиться и отличиться. Учителя делились на два фронта: те, кто был так же, как и дети, в ожидании чего-то интересного и те, кто был крайне недоволен отлыниванию на уроках.       В библиотеки, как никогда, было безлюдно, ибо многие начинали подготовку к мероприятию, занятые покупками и переговорами с учителями в попытках разрешить использовать какое-то оборудование. Например, один класс решил поставить сценку и Юдзуриха спрашивала разрешение на использование швейной машинки, а другой, кажется, устраивает кафе и им нужны кухонные принадлежности. Никто и думать не думал об учебе, кроме одного человека. — Кинро-чан, опять ты тухнешь среди кучи книг, — Ген появился неожиданно, хотя, возможно, он простоял больше, чем казалось, наблюдая за профилем парня, что так сосредоточенно читал книгу. По его лицу казалось, будто эта самая книга больше чем простая сборка бумаги и картона. — Знания никогда не бывают лишними, Ген, — не отрываясь, пропел Кинро. Он невероятно статный и харизматичный, что не является чем-то новым для статуса «Президента студсовета», однако сколько бы Ген не наблюдал за этим парням, каждый раз ловит удар от его лёгкой улыбки. — Все заняты подготовкой, бегают, веселятся, а ты тут один одинёшенек, но так уж и быть, великий и неповторимый Ген составит тебе компанию, — самодовольно хмыкнул Асариги, наблюдая за приподнявшейся бровью Кинро.       Кинро привык к Гену и к его раскрепощённости. Они помнят и знают друг друга с самого детства, как большая часть этой школы. Их подобрали сиротами с разных концов Японии. В этой школе таких как они, брошенных и беспризорных, было куча, но нашли утешение эти двое именно друг в друге, создавая собственный мир и не подпуская никого к их маленькому раю. Кинро видел Гена злым, искренне радостным, расстроенным, удивленным. Ген, в свою очередь, мог понять Кинро без слов, мог определить его состояние по одному взгляду. С самого начала и до самого момента их встречи в библиотеке. — Ген, — Кинро завис на минуту, а затем тяжело вздохнул, снимая очки и сжимая переносицу. — Я понимаю, — ровный голос резал слух и металлическое сердце Кинро, что казалось, никогда не могло чувствовать рядом с кем-то, кроме Асариги Гена. — Ой, а что вы тут делаете вдвоем? — в проходе появился силуэт стройной девушки, в руках которой красовались пару книг по вышиванию, — извините, если помешала. — Ой, Юдзуриха-чан, какая приятная встреча, — Ген весело улыбнулся, подбегая к девушке, — нет-нет, что ты. Мы уже заканчивали, а тебя что привело? — Да вот думала освежить память. Шила я из-за хобби, но вдруг я что не так сделаю, — засмущалась та, поглядывая на Гена, — кстати, а что ваш класс будет делать? Слышала к вам новенького перевели. Ишигами Сенку, да? — Ой, и правда! Слухи быстро распространяются, — хмыкнул Асагири, слегка покачиваясь на ногах, — мы еще не решили. — Это плохо, вам нужно скорее подать заявку, иначе есть вероятность, что ее не примут, — разочаровано вздохнула Юзуриха. — Насчет Ишигами Сенку, — наконец подал голос Кинро, что тихонько стоял и наблюдал со стороны, — мне нужно с ним поговорить, а найти я его не могу, случаем не встречала? — К сожалению, нет, хотя… — девушка задумалась и выдала тихонько, — я слышала кто-то зашел в архив. Мы все тут друг друга знаем, поэтому вряд ли кто рискнул зайти туда, но этот новенький кажется подозрительным. — Тоже так думаешь, милая? — Ген подозрительно ухмыльнулся. Кинро явно понял, что не к добру. — Архив находится в открытом доступе. Нет ничего удивительного, что туда кто-то зашел. — Хм, ты прав, Кинро. Пожалуй, все слишком взволнованы праздником и появлением новенького, поэтому столько баек ходит, — хихикнула девушка, поглядывая на время, — ой, мне пора бежать, всего вам хорошего, Кинро, Ген.

***

      Под конец дня, как и сказал Ксено, все собрались на своеобразный классный час, дабы обсудить, что по итогу приготовит их класс. Обсуждения заходили в тупик, ведь многие уже подали заявку в первой половине дня и дабы не повторяться, существовало правило «заявки». Каждый класс подает анкету, где прописывает свой класс и что готовит на мероприятие, а затем список вывешивался и также по нему проверяли новоприбывшие анкеты.       Ксено устал и хочет вернуться к своим исследованиям и к себе в комнату. Ему не в радость слушать, как малышня ругается и предлагает одну банальщину. Кто-нибудь спасите его.       К удивлению, молитвы учителя были услышаны, и один ученик подал весьма элегантный замысел. — Как насчет квеста? Конечно, придётся просить помощи у других, но разве это не взаимовыгодно? Будем сотрудничать и добьемся большего эффекта от торжества. — Поподробнее, — Ксено был заинтересован, а если Ксено заинтересован, то его ничего не остановит. — Создадим некую карту с сокровищами, выдадим каждому прибывшему эту самую карту, где помечены места, в которых нужно найти подсказку для определения следующего пункта назначения. Как вы понимаете, крестиками мы пометим классы, что пойдут на сотрудничество, таким образом, гость сможет пройтись по всем локациям, повеселиться и в конце получить некий приз.       Сенку закончил мысль и самодовольно расселся на стуле. Замысел хорош, и никто не мог этого отрицать. К тому же других вариантов у них не было, а подача анкет скоро закончится, поэтому все единогласно согласились на этот план.       Реализация заняла кое-какое время, да и ресурсы, но их квест утвердили, конечно, понимали все, что без воздействия их дорогого и обожаемого учителя Ксено Х. Уингфилда дело не обошлось, как любое другое нестандартное для их школы-интерната.       Всем было до безумия интересно, почему начальство мириться с таким явным нарушением школьного устава, но никто ничего по этому поводу не высказывал, ибо детям было бы попросту скучно без уроков Ксено. Они хоть и были до безумия сложными, но до того интересными и захватывающими, что порой Ксено приходилось убегать и строить грозные рожицы, которые неплохо так выходили, дабы от него отстали.       На собрании старост классов, Шишио Цукаса презентовал «Веселые игры» от своего класса. Многие согласились на эту затею, ведь взаимовыгодные отношения строятся на доверии, а Шишио славился своим огромным чувством справедливости. Врать просто так он не станет и подводить тем более.       Сам Сенку руководил остальными. Составил подробный план действий, разделил класс на несколько групп и отправил по заданиям. Все продвигалось без проблем и препятствий, кроме одного. Асагири Ген. Вечно пытающий как-то поддеть Ишигами своими фокусами и «колдовством». Парень всеми силами пытался игнорировать это двухцветное создание, но тот следовал за Сенку по пятам, наблюдал со стороны, а работал только на переговорах с другими классами. — Как же он меня раздражает, — фыркнул парень, запрокидывая голову назад, — вот бы от него избавиться. — Нельзя так, — вскрикнул второй, что стоял рядом, жуя булочку, — драки — это плохо! — Да-да. Кстати, как дела у Юзурихи? — Все хорошо, не переживай. Она целыми днями сидит и шьёт! — Прекрасно, — хмыкнул парень.

***

— Воу, Кинро-чан, как-то мы стали довольно часто видеться в библиотеке, не кажется ли тебе, что это похоже на тайные свидания? — Я всегда тут в свободное время, но другое дело — ты. — Не будь таким грубым, Кинро-чан~       Кинро и правда в свободное время после полудня прибывал в библиотеке почти ежедневно, а после вечерних уроков занимался фехтованием. Ген это прекрасно знал, а еще он понимал, что его нахождение в этом центре знаний, было явно лишним. Асагири не мог похвастаться блестящим умом, какими-то физическими способностями или познаниями в рукоделии. Ген умел лишь хитрить, врать и немного «колдовать», однако этого ему хватало дабы как-то показать себя и не быть забытым. — Ты ведь хочешь пробраться в архив, да? — Кинро, что до прихода Асагири читал какую-то довольно потрепанную книгу, поставил ее на полку, будто бы и вовсе не брал. — Что за глупости ты говоришь, Кинро-чан~ Ты ведь сам упомянул, что вход свободный, значит слово «пробраться» … — Ген почувствовал всей спиной крепкие полки книжных шкафов, ведь его очень сильно к ним прижали, а еще он чувствовал довольно сильный аромат мужского тела и мягкие поцелуи на своих губах.       В интернате было множество запретов и правил и одно из них гласило: «Отношения запрещены». Кинро, что до мозга костей был воспитан по этим правилам, готов был перенести тысячу ударов и наказаний, но не мог избавиться от своих желаний. Кинро слишком хорошо воспитан, чтобы творить такие глупости. На Кинро было возведено слишком много надежд и ожиданий, чтобы разрушить это все из-за одного человека, чья улыбка помогала ему двигаться по жизни, освещала этот скользкий и тяжелый путь, благодаря которой он до сих пор жив и может нести весь груз на своих плечах. Ему было страшно, но он так и не смог принять какое-либо решение.