Герой царства

Влю Векорти́д (волч. Влю Векортiдъ; род. 7 ноная 747, Белый Клык, Люпус) – кронпринц Соединённого Королевства Люпус, сын нынешнего короля Виллера IV Векортида. <…> Является видным борцом с преступностью. Принимал непосредственное участие в спецоперации МВД Люпуса по ликвидации Агарской ОПГ. По неподтверждённым данным, лично выполнял обязанности палача во время пыточной казни всех членов преступной группировки, в числе которых были и три самки… Материал из Фурропедии – свободной сетевой энциклопедии - Ленноз, смотри, что у меня есть! – звонкий голос сестры заставил меня поднять кажущиеся тяжёлыми веки. Положив лапу на морду, я стряхнул с неё горстку белых песчинок, что нанёс на меня лёгкий речной ветерок. Я приподнялся и сел на нежном мелком песке, протерев глаза кулаками. Дуновения ветра шевелили мою красную гриву, золотистую шерсть на моём обнажённом торсе, касались кисточки на хвосте. Солнце мягко и ненавязчиво грело округу, будто бы наполняя для меня незримую ванну из своего тепла. Рядом плескался маленький, но невероятно красивый и чистый пруд с водой прозрачной, словно стекло новенького окна. В нём шевелились разноцветные водоросли и плескались мелкие рыбки, которых больше в Фурроне не водилось нигде. А передо мной стояла моя сестричка в своём обыкновенном красном топике и с подносом, полным всяческих вкусняшек, от которого шёл поистине дурманящий разум аромат. - Я смотрю, ты тут балдеешь, - улыбнулась Лола, поставив поднос передо мной. - Балдею, - кивнул я, принявшись рассматривать принесённые сестрой яства. – Заслужил, как-никак. - Мы заслужили, - сказала Лола, присев рядом и взяв из миленькой плетёной корзиночки на подносе сахарное печеньице. – Маленькие каникулы не помешают, как думаешь? - Это точно, - я наполнил высокий стеклянный стакан душистым смородиновым лимонадом из пузатого графина, в котором плавали дольки лимона, кубики льда и листочки мяты. Пока я пью свой сладкий ароматный напиток, позвольте, леди и элементы, пояснить, что же это за место. Мы с Лолой находились на собственном участке царской семьи на Изумрудном острове посреди реки Исеть на уникальном пляже из нежнейшего белого песка пруда Локус Пацис. Это было особое место, предназначенное исключительно для отдыха членов царской семьи и их ближайших друзей. От прочего острова участок был ограждён несколькими рядами бронированного забора с КПП и элитной гвардейской охраной, а над ним действовала бесполётная зона. Всем прочим фуррам, за исключением прислуги, телохранителей из числа гвардии и личных адъютантов царя, сюда дорога была заказана. А вокруг дружно шумели ветви зелёных сосен, которые, собственно, и дали имя всему острову. Тёплые воды Локус Пацис отражали лучи солнца, создавая весёлые пляшущие водные блики. От пляжа вдоль аллеи из ёлок и лиственниц уходила уютная тропинка, выложенная разноцветными камешками, которая вела к роскошной вилле, также предназначенной для отдыха царственных особ, то есть, нас. Также рядом стояло несколько ширм, предназначенных для переодевания в сухую одежду после купания в пруду. Особенно, леди и элементы, хотелось бы отметить крупный серый валун, который стоял здесь же, у берега Локус Пацис, за моей спиной. Он был весь исписан мелом. Его разделяла на две половинки жирная белая черта – мою, львиную, и половинку моего друга Влю, кронпринца Люпуса – волчью. Венчали обе половинки рисунки флагов наших стран, выполненные несмываемыми красками – жёлто-бело-красный флаг Леомии, полосы в котором располагались наискосок, и зелёно-бело-чёрный триколор Люпуса, полосы в котором лежали ровно. Причём, средняя, белая полоса, была самой широкой, а зелёная и чёрная – узкими. Под ними шли чёрточки, оставленные мелом, символизирующие очки, получаемые нами в различных играх и состязаниях, когда Влю приезжал к нам. Мы с этим волчарой страсть как любили посоревноваться! А заодно и выяснить, кто круче – львы или волки. Пока число очков в обеих половинках валуна было равным, но я очень хотел уделать кронпринца в новой честной игре! Я допил лимонад и со стуком поставил на поднос осушённый стакан. Аккуратно придерживая графин, я обновил напиток. Разобравшись с питьём, я с интересом принялся разглядывать еду. Помимо уже упомянутых мной сахарных печений в плетёной корзиночке здесь лежали самые разные яства: конфеты, пирожные, пирожки с сытными и сладкими начинками, ровно разложенные на белой тарелочке ароматные кусочки шашлыка. А рядом, робко лёжа в стороне, красовались три большие аппетитные трубочки шаурмы. Как же я любил это кушанье! Готов был есть её хоть каждый день! И особенно – в компании близких друзей. - Попробуй конфетку, Ленни, - сказала Лола, протянув мне конфету в цветастом фантике. – Не пожалеешь, урвала последнюю из Большого зала. - Конфету? – переспросил я, уже готовый впиться зубами в одну из горячих жирных шаурм. – Ну, давай. Приняв конфету из лап сестры, я быстро развернул фантик и отбросил его в сторону. Лакомство оказалось круглой формы и было щедро покрыто шоколадом, который уже начал таять под жаркими лучами солнца. Слизав растаявший шоколад с пальцев, я поднёс круглую вкусняшку ко рту, укусил… - Лола! – воскликнул я, быстро отняв «конфету» от губ. – Это ж камень какой-то! - Ха-ха-ха, - залилась смехом сестра, сощурив большие зелёные глаза. – Никогда не устану потешаться над тобой, братик! - По-твоему это смешно? – проговорил с напускной суровостью. На деле мне самому было весело – я любил добрые розыгрыши, которые не переходят грань. – А если бы будущий царь сломал зуб? - Ты недооцениваешь свои зубки, Ленноз, - добро улыбнулась Лола. – Помнишь наш спор тогда, в естественнонаучном музее? - А то, - хмыкнул я. – Забудешь такое. Три года назад мы с Лолой затеяли одно пари в музее естественных наук. Смогу ли я прокусить хитиновый панцирь какого-то огромного древнего жука. Сестричка говорила, что мне слабо, я же утверждал обратное и бахвалился, что способен прокусить хоть броню черепахи. И, поставив на кон серебряную копейку, мы решили выяснить, кто прав. Хитиновый панцирь я разгрыз, но… скажем так, леди и элементы, у царских стоматологов в тот день было много работы. Да и неслабо мне потом влетело за порчу экспоната музея. - А ты приглядись к «конфетке», - Лола указала пальцем на покрытый шоколадом круглый камень. – Камешек-то не простой. Стерев с камня сладкий шоколадный слой, я вгляделся в него. Он и впрямь был необычной расцветки! Много колец серого, белого, чёрного, а в середине – оранжевая сердцевина. Я в камнях не разбирался, но был уверен, что это какой-то недорогой поделочный камень. - Агат, - сказала Лола. – Замечательный круглый агат. Можешь забрать себе. - Спасибо, - я положил камешек в карман своих галифе. – А что, отец тебе не дал ничего из своих запасов? - Ты что, с дуба рухнул? Он скорее передаст трон тебе раньше срока, чем расстанется хоть с кем-то из своих «малышей», – наполовину шуточно наполовину серьёзно произнесла Лола. Наш отец, царь Леомии, имел обширную коллекцию драгоценных камней, которую начал собирать ещё его дед и, соответственно, наш прадед и мой тёзка, царь Ленноз Девятый. Чего там только не было! И рубины, и сапфиры, и изумруды, и их братья жёлтые гелиодоры. Разумеется, бриллианты, в том числе и безумно дорогие цветные, самым ценным и большим из которых был крупный чёрный бриллиант под названием Сердце Гор. Среди наших придворных даже некогда ходил анекдот о том, что отец, дескать, когда-то хотел выковырять розовые бриллианты из рукоятки моего Мецара, чтобы сделать частью своей коллекции. В общем, алчность явно была в числе грехов нашего папы, как это ни прискорбно. Я перевёл взгляд на аппетитную шаурму, лежащую передо мной на подносе. Она казалась такой сочной, такой румяной, она так манила к себе… Но я решил отложить её на потом. Сейчас я хотел заняться другим, не менее важным делом. Поднявшись на лапы, я подошёл к кое-какому интересному предмету, стоящему на песке около нашего валуна. Это был маленький сундучок с небольшим замочком, в котором я хранил свои вещи. Какие у меня вещи, спросите вы? И зачем я взял их сюда, на пляж сказочного пруда? Что ж, позвольте объяснить. Эти вещи, а, вернее, вещь – мой планшет, на котором я пишу своё литературное произведение. Я работаю над ним уже несколько лет. Не хочу показаться нескромным, но, по-моему, у меня есть талант писателя. Я ловко вскрыл замочек маленьким ключиком, который я извлёк из кармана своих галифе. Аккуратно приподняв крышку, я бережно вынул из сундучка свой планшет – широкий, в кожаном чехле, и тут же его разблокировал. Иконка текстового редактора, так-так… Ну-ка, а на чём я остановился? Открыв файл с моим произведением, я нажал на нужную строчку в содержании и тут же опустился в самый конец, где я закончил писать в прошлый раз. Так, понятно, я собираюсь драться со злодеями. Да, леди и элементы, главным героем моего произведения был я сам. Знаю, это может показаться проявлением излишнего самолюбия, но мне это нравится. Как и многим моим читателям на сетевых ресурсах. И вот такой вот у меня получается фэнтезийный боевичок. Прихватив планшет, я вернулся к Лоле и улёгся животом на песок, положив его перед собой. Я прикусил палец на лапе, собираясь с мыслями. Так, с чего же начать новый абзац?.. А, я понял! Итак… «Посреди неширокой улицы, пылая яркимъ пламенемъ и издавая жуткій жаръ, вставъ прямо поперёкъ пути, горѣла тяжёлая грузовая фура, и ѣдкій дымъ возносился отъ нея къ тёмному ночному небу. Я припалъ къ шеѣ своего вѣрнаго боевого звѣря – громаднаго гигльва, который осторожно подкрался къ объятой огнёмъ повозкѣ, готовый молніеносно атаковать. Чувствуя, какъ яростно колотится моё сердце въ предвкушеніи грандіозной схватки, я поднялъ надъ головой острый чёрный мечъ, въ гарде котораго заблестѣла отражённымъ свѣтомъ пожара розсыпь розовыхъ брилліантовъ. Я зналъ – сегодня я свершу правосудіе надъ страшными злодѣями и одержу свою первую большую побѣду. Зовутъ меня Леннозъ Цеторъ, я левъ и наслѣдникъ престола Лѣоміи, львинаго государства. Въ эту ночь я собираюсь брать опасную банду грабителей и убійцъ, называющихъ себя Чёрная Птица, которые вотъ уже три мѣсяца терроризируютъ мою столицу и умудряются оставаться безнаказанными. Я иду на это дѣло во главѣ отряда милиціонеровъ моего отца, царя Лѣоміи, и обязанъ положить конецъ безчинствамъ преступниковъ, а заодно и доказать свою храбрость и силу, а также то, достоинъ ли я буду въ своё время принять царскій тронъ. Подожжённая и поставленная поперёкъ пути повозка – излюбленный пріёмъ Чёрной Птицы, когда они охотятся за фургономъ, гружёнымъ золотомъ. Такимъ способомъ они вынуждаютъ его свернуть на болѣе узкую улочку, гдѣ нѣтъ пространства для манёвра, тамъ перекрыть ему дорогу, перебить львовъ-охранниковъ и завладѣть грузовикомъ, чтобы потомъ вывезти въ безопасное мѣсто и разгрузить. Что жъ, на этотъ разъ мы сыграемъ съ ними шутку: въ фургонѣ, что сейчасъ движется позади меня, спрятаны не деньги, а вооружённые до зубовъ гвардейцы. Я обернулся назадъ, встрѣтился взглядомъ съ возницей фургона, одѣтымъ въ синій кафтанъ царской милиціи. Онъ едва замѣтно кивнулъ мнѣ и повернулъ пару тянущихъ повозку полосатыхъ лошадей – ханзебръ – въ сторону маленькаго переулка, гдѣ, я былъ увѣренъ, насъ ждала бандитская засада. Я понималъ, какъ онъ волнуется – онъ же сознательно ѣдетъ туда, гдѣ на него нападутъ. Волненіе медленно охватывало и меня. Я опять повернулся къ горящей фурѣ, ощутилъ, какъ сильный жаръ пламени хлестнулъ меня по мордѣ и какъ подпалились кончики волосъ моей гривы. Лёва, мой вѣрный гиглевъ, закованный въ стальную броню, припалъ къ камнямъ улицы, чтобы, когда пробьётъ часъ, перепрыгнуть черезъ пылающее препятствіе и настичь злодѣевъ съ другой стороны переулка. Я слышалъ, какъ онъ глухо рычитъ. И вотъ до меня донёсся громкій крикъ, львиный рёвъ, ржаніе ханзебръ и бряцанье оружія! Бандиты клюнули, и это нашъ шансъ покончить съ ихъ бандой разъ и навсегда!» Я увлечённо принялся набирать новые и новые строки, постепенно заполняя смыслом одну виртуальную страницу за другой. Мои пальцы резво тыкали в экран. Вскоре счётчик страниц в моём редакторе увеличился на три, а потом и на пять и на семь. Ох, как же я обожал это дело! - Извините, господин великий писатель, - внезапно я услышал голос Лолы. Сестра глядела на меня с усмешкой, держа в обеих лапах по шаурме, - пока вы творите свой шедевр, ваша шаурма уже успела вас заждаться и захотела в ротик ко мне. Ам-ам! - Куда?! – воскликнул я, хватаясь за шаурму в Лолиной лапе – Я ей не разрешал от меня уходить! - Вот как? – Лола с наслаждением откусила свою шаурму. – М-м-м, вкусняшка… А я-то уже успела подумать, что тебе хватит и духовной пищи, ха-ха. Я отложил планшет и наконец-то взялся за аппетитную пышущую жаром шаурму и, облизнувшись, откусил большой кусок. Мне нравилось писать, но пока я решил прерваться на еду. Лаваш, кусочки жареной курятины, помидоров, огурцов и капусты, приправленные майонезом и кетчупом. М-м-м… Не могу даже передать, что это за блаженство! Как будто бы ем божественную амброзию. На подносе, между тем, осталась одиноко лежать третья шаурма. Кому же она достанется? Я тут же нацелился на неё. - Ты будешь? – спросил я, проглотив кусок и запив душистым смородиновым лимонадом. - Не я, - ответила Лола, таинственно усмехнувшись. – Не бери её. Не мы одни любим шаурму кушать. - Не понял, - недоумённо произнёс я. – Кто-то ещё придёт? - Можно и так сказать, - Лола отвела глаза и откусила немного своей шаурмы. Взволнованный, я вернулся к своему кушанью, принявшись сосредоточенно жевать и запивать лимонадом. Кто же может прийти? Кто ещё любит шаурму так же как мы? Неужели… - Попался, который кусался! – внезапно мощные мускулистые волчьи лапы обхватили меня за торс и прижали к чьей-то крепкой широкой груди. Моё сердце ёкнуло, я испугался. Но я узнал этот запах, этот голос. Его я не спутаю ни с чем. - Влю! – радостно воскликнул я, поставив трясущимися от возбуждения лапами стакан с лимонадом на поднос. – Серый, ты что ли? - Он самый, - громко рассмеялся волчара, показавшись мне на глаза. Его низкий мужественный голос был похож на раскаты грома. – Приехал в уездный городок Леоград проведать старых друзей. - Выехав из провинциальной деревушки Белый Клык, - я с улыбкой поддержал шутку друга. Мы любили в шутку уязвить патриотические чувства друг друга, но всерьёз никогда не обижались. Серый (так я его называл по-дружески) был очень высоким и крайне сильным волком с тёмно-серой шерстью. Вся его шкура – грудь, живот, спина, лапы – были покрыты боевыми отметинами. Рубцы, раны, шрамы от пуль и осколков, полученные в многочисленных боях с врагами Люпуса. Это заставляло меня восхищаться им. Хотя, с другой стороны, это было не совсем хорошо – ведь Влю был единственным сыном короля Виллера Четвёртого, правителя Люпуса, а значит, с его гибелью королевство останется без наследника. Одет он был, однако, совсем не как подобает кронпринцу. Его нижние лапы прикрывали короткие красные штаны, а торс – два красных ремня, которые соединялись на груди за небольшим круглым щитком. Так что большая часть его мощного накаченного тела оставалась на виду к превеликой радости хорошеньких волчиц, живущих в столице Люпуса Белом Клыке. Он не любил роскошь и часто наплевательски относился к своему внешнему виду, что, согласитесь, тоже не совсем хорошо для будущего монарха. - Ха-ха, Ленноз, а ты всё ещё тот самый наглый лёвка, - Влю и я крепко обнялись. Я чуял грубый мужественный запах, исходящий от его шкуры. Чувствовал мощные прикосновения его тела, его сильных лапищ, которыми он плотно обхватил мои плечи и спину. Мы нежно лизнули друг друга в нос и в лоб. - Влюшик! – к нам подоспела Лола, обнявшая нас обоих. Она просто обожала этого волчару. Львица ласково лизнула ухо Серого и потёрлась головой о его щёку. – Как добрался? Что долго не приезжал? - Ой, Лолочка, погоди, обо всём по порядку, - Влю отпустил и меня и крепко обнял теперь уже мою сестру. – Слушай, в последний раз, когда мы виделись, ты, кажись, была повыше. Вниз что ли растёшь? Дай хоть перекусить, голодный как волк, хе-хе. Я гляжу, вы и шаурмишку для меня оставили… А за то, что ты меня прозевал, Ленни, думаю, можно и очко Люпусу записать. С этими словами он отпустил Лолу и, отыскав на белом песке нашего пляжа кусочек мела, оставил длинную чёрточку на валуне под флагом своей страны. Затем, довольно потерев лапы, уселся на землю перед подносом и с жадностью укоротил конец последней шаурмы. - Кто не работает – тот ест, - довольно произнёс он, просмаковав шаурму и запив её молоком из графина. – О, я гляжу, ты, Ленни, всё пишешь? - Угу, – кивнул я. – Пишу про себя. Фантазирую, так сказать. Обязательно потом дам почитать. Так что, как дела у тебя, в Люпусе, как доехал? - Да, Влю, - рядом присела Лола, вновь взяв свою недоеденную шаурму. – Что интересного происходило? Серый, жуя остатки шаурмы, поднял вверх лапу, давая нам понять, что ответит на наши вопросы как доест. Проглотив последний кусок и вновь запив еду молоком, осушив при этом большой двухлитровый графин на треть, он утёр лоснящиеся губы и усы и довольно проговорил: - Еда у вас что надо, должен признать. Завтракал я сегодня рано, в нашем посольстве, где я ночевал. Там стол хоть и приличный, но без изысков. По приезде в Леоград Влю любил оставаться у нас во дворце или в посольстве Люпуса. Но никогда не останавливался в наших гостиницах, которые, почему-то, не жаловал. - Ты завтракал в посольстве? – спросила Лола. – То есть, приехал вчера? Постой, ты писал в «Планете», что приедешь сегодня, почему не предупредил? - Тише, Лолочка, - Влю налил себе в стакан смородинового лимонада и подцепил когтями кусок жареного шашлыка. – Я приехал вчера ночью. Или сегодня утром, ночевал в посольстве. Так что технически я прибыл сегодня, если вы понимаете, о чём я… Но, знаете, подумывал остаться в вагоне, но прогулка по ночному Леограду – кто откажет себе в этом? - В вагоне? – не понял я. – Ты что, приехал на поезде? Всё обижаешь авиацию? - Угу, - довольно буркнул Влю. – Хренотень эти ваши самолёты, вот что. В Леоград мне не к спеху, а на поезде можно хоть на провинцию полюбоваться. - О, боюсь спросить, сколько же ты пиликал сюда с другого континента? – спросила Лола. - Ну, полтора месяца, наверное есть, - ответил Влю, взяв следующий кусок шашлыка. – Чего смотрите? Времени у меня навалом, могу себе позволить. Кронпринц я или не кронпринц? И поезд у меня королевский, с рестораном, с ванной, с кинотеатром. С Бес-То, естественно. Но без роскоши, конечно. В таком хоть жить можно. - Да, круто, - сказал я, доедая свою шаурму. – Обязательно покажешь нам с Лолой свой поезд, ты прям нас заинтриговал. А чего у вас там в Люпусе происходило интересного? - В Люпусе, спрашиваешь? – Серый доел уже четвёртый кусок шашлыка и принялся за пятый, закусив перед этим печеньем. Да уж, верно говорят – волчий аппетит. – А ты что, Сеть не читаешь? Новости не смотришь? - Да, смотрю и читаю, - ответил я. – Только от первых уст услышать, сам понимаешь… - Понимаю. Да много чего случилось. Один дебил месяца три назад прибил свою мошонку к Площади Векорта. - Что-что? – прыснула со смеху Лола. – Что-то я не слышала. Кто-то прибил мошонку к вашей главной площади? Да уж, дебил конкретный. - Не смешно, - буркнул Влю, осушив графин с молоком ещё на треть. – Вам хи-хи-хи, а мне – удар по престижу страны. Там как раз рядом пролетала группа туристов из Игльхейма. Вы ж знаете этих орлов – они все такие интеллигентные, учёные. Что они после этого про Люпус подумают, а? Ну, милиция, конечно, выбила дурь из этого дебила и отправила в СИЗО на пятнадцать суток. Внимания он хотел к себе привлечь, видите ли. Ну и привлёк. Теперь ему, небось, очень весело было сидеть в одной камере с огромными злыми волчарами, изголодавшимися по сексу, ха-ха. - Ой, Серый, а тебе не кажется, что это жестоковато будет? – спросил я. - Хотя, нет, я вас не осуждаю, ваша страна, ваши обычаи. Стоит также отметить, что милицией стражи порядка назывались только у нас, в Люпусе и в Пумароне, республике пум. Во всех остальных странах Фуррона была полиция. Странное слово, не находите? По-моему, наш вариант звучит мелодичнее и красивее. - Это ещё не всё, - продолжал Влю, с аппетитом смакуя мясо. – Мой отец сделал меня на месяц начальником милиции Агары, это один из районов Белого Клыка. Хотел, чтобы у меня уже появился опыт управления. - А, да, я слышала в новостях, что кронпринц лично возглавил операцию против какой-то ОПГ, – сказала Лола, искренне радуясь за друга. – Ловко ты их всех разгромил! Поймал, арестовал, велел паспорт показать? - И не только, Лолочка, не только… - Влю кровожадно усмехнулся, в его зелёных глазах блеснула холодная сталь. – Я лично их пытал, лично их казнил. Люблю, когда мрази вроде них мучаются. Сколько честных фурров они погубили, скольким обломали жизни! Слухи, которые ходят вокруг этого, чистая правда, друзьяшки мои. - О-о-о… - только и смог выдавить я. – Ну, ты… крутой. - А вообще, это суета ещё та, - как ни в чём не бывало продолжил Серый, вернувшись к шашлыку. – Работы много, причём, рутинной, но зато служба полезная. При мне преступность в Агаре, как эту ОПГ расколошматили, опустилась ниже плинтуса, честное слово, клянусь восемью парами наручников! - Ой, так уж прямо и ниже плинтуса? – улыбнулся я, зная, как друг любит приукрашивать всё. - Не веришь? – нахмурился Влю. – Слово будущего короля! Все бандиты попрятались по своим норам и задрожали от страха, как только слух прошёл, как я накрыл и пытал тех мразей. Отрывать плоть по кусочкам, варить в кипятке, зарезать одну из их самок и заставить жрать её труп, выжимать из глазных яблок сок. Лепота… Ох, никогда не забуду их бешеные крики!.. Чего вы так смотрите, кошаки? Это расплата за десятки невинно убиенных! - Я тебе верю, Влюшик, - мяукнула Лола, ласково лизнув волка в щёку. – Только поддерживаю. Враги твоей страны, твоего народа, должны знать, что бывает с теми, кто посмеет убивать и грабить. Ты же знаменитый борец с врагами Люпуса. Внешними и внутренними. Это было правдой. Влю, несмотря на юный возраст, уже успел прославиться как непримиримый борец со всякого рода преступниками, вредителями, шпионами, коррупционерами, мошенниками и саботажниками. Он был добр с друзьями, но неимоверно жестоко расправлялся с теми, кто вредит его стране, лично участвуя в жутких пытках. В среде бандитов о нём ходили слухи один ужаснее другого. Вся эта публика со страхом ожидала того дня, когда Серый взойдёт на трон, справедливо полагая, что тогда для них настанет конец света. Так что даже слух о том, что каким-либо делом занялся его высочество кронпринц, мог вынудить бандитов самим пойти в отделение милиции и сдаться в надежде на снисхождение. - В общем, я не скучал, - подытожил свой рассказ Влю, с наслаждением откусив пирожок с абрикосовым джемом. – А у вас чего интересненького происходило? Я слышал в Сети, вы какого-то волчару наказали, который фурров мочил? - Всё так, Серый. Да, мы тоже не сидели без дела, - улыбнулся я. – Твоего сородича ликвидировали при задержании. Опасного злого мага. Дополняя друг друга, мы с сестрой рассказали волчьему кронпринцу о том, как преследовали белого волка Вомуса Розаля. Как нашли труп львёнка, как пришли к Повару, как узнали об ужасном убийстве на Малой Таракановой и как караулили его на кладбище. - Вот как, - Влю обнажил блестящие белые клыки в улыбке. – Значит, мой рассказ о наших обычаях и традициях вам пригодился. Я рад, друзьяшки, очень рад, что даже так помогаю драть бандитскую погань. А я-то ту ночь провёл в пути – ехал к вам на поезде. Но за предков, великих королей, конечно, тоже молился. Эх, если б я вёл этого вашего Розаля – он бы точно у меня не сдох от пули, а помучался бы хорошенько. Тиски для пальцев, калёное железо – обожаю. Столько фурров угробить – и умереть так легко? Нет, неправильно это, клянусь восемью кинжалами! - В точку, Влюшик! – воскликнула Лола. В её зелёных глазах на мгновение вспыхнул дикий кровожадный огонёк. – Если б ты только видел изуродованный трупик этого несчастного Лина, целую груду мертвецов, убитых им… Пуля – слишком мягко для него. - Да уж, - согласился я. – Этот Розаль должен был помучаться. - Ой! – виновато воскликнул Влю, осознав, что съел последний кусок шашлыка. На подносе осталась стоять пустая белая тарелка, измазанная грязно-бурыми разводами жира. – Вы тоже хотели их? - Ничего, дружище, - я похлопал волка по плечу. – Я прикажу принести ещё. У нас в вилле мяса просто завались, как-никак, место для отдыха царей. - Вот и хорошо, - кронпринц вытер жирные пальцы о треугольную салфетку. – Пускай ещё принесут сухие труселя. - Труселя? – не поняли мы с Лолой. - Да, труселя, - Влю обвёл нас взглядом своих зелёных глаз. В следующий миг он улыбнулся и издал громкий смешок, похожий на лай. – Чего смотрите? Такой замечательный пруд под боком и сидеть на берегу? - А, с этого и надо было начинать, - я ухватился за золочёную пряжку на ремне в виде львиной головы, принявшись её расстёгивать. Рыком я приказал слугам, дежурившим поблизости, принести шашлыки и сухую одежду. – А ведь верно - с утра тут сидим и ни разу не искупались! Я говорил вам, леди и элементы, что мы, львы, не любим воду? Всё из-за того, что мы, кошачьи, в отличие от псовых, не умеем отряхиваться, из-за чего нашей шерсти труднее высохнуть, а это в свою очередь может привести к простуде или чему-то похуже. Тут даже фен не поможет. Поэтому наши учёные разработали специальную водоотталкивающую мазь, которой нужно покрыть шерсть, если очень нужно спуститься в воду или когда хочется искупаться. Поэтому несколько баночек с такой мазью обязательно должны быть с нами, когда мы отдыхаем на Локус Пацис. - Пускай тогда захватят и новый топик! – Лола рыкнула следом за мной, принявшись снимать наколенники в виде львиных голов и наручи с шипами. Освободившись почти от всей одежды, мы с Лолой вскрыли баночки с мазью и принялись обмазывать свою шерсть, стараясь покрыть как можно больший участок тела. Жирная вязкая прохладная мазь желтоватого цвета приятно ложилась на мою кожу под золотистой шерстью. Влю рядом по-дружески терпеливо ожидал, когда мы закончим – он понимал, что это для нас важно. Вскоре мы втроём со смехом и рёвом вбежали в ласковую прозрачную воду Локус Пацис, идеально подогретую солнцем. Поднимая тучи брызг и шлёпая по воде, распугивая ярких разноцветных рыбок, мы принялись играть, купаться, баловаться, словом, отрываться по полной. Вода доставала нам до пояса. Под лапами мы ощущали приятное песчаное дно. - Берегись, серый пёс! – воскликнула Лола, со смехом окатив Влю брызгами. Его тёмная шерсть тут же стала мокрой, прижавшись к телу. Издав радостный лай удовольствия, волк тут же скорчил серьёзную мину и оскалил клыки, весьма натурально изобразив шуточный гнев. - Вот ты как, киса?! – крикнул он, начав грозно приближаться к львице. – Хочешь прогневать великого волчьего короля? Так получай же! И, подбежав к Лоле, он обхватил её лапами и мягко окунул в воду, невзирая на истошные крики львицы. Когда она поднялась, вода на её шерсти, попав на защитную мазь, собралась в маленькие безобидные капельки, никак ей не навредив. Большие зелёные глаза царевны выражали искреннее счастье. - Ха-ха, а теперь ты! – она с силой толкнула Серого в грудь, отчего тот бухнулся в воду спиной, создав новый взрыв брызг. Когда волчара поднялся, на его морде можно было прочитать только радостное удовлетворение. Задрав голову к небу, он громко и мелодично завыл, выражая всё своё возбуждение. - И снова! – решив присоединиться к ним, я подбежал к Влю сзади и в прыжке опять толкнул его в воду, окунувшись туда сам. Раскрыв глаза под водой, я прекрасно его видел – вода была идеально чистой и прозрачной, я уже говорил. Не выныривая, Влю подплыл ко мне и крепко прижал к своей широкой мужественной груди, да так, что у меня затрещали кости. - Гляди-ка, какой у меня улов! – воскликнул Влю, когда, крепко держа меня в своих мощных лапищах, вынырнул наружу. Моя красная грива вся вымокла до единого волоска, плотно облепив мою голову, плечи и грудь. Вода, попав на мою шерсть, покрытую специальной мазью, тоже собралась в маленькие капельки и не потревожила меня. – Не знаешь, эта рыбка не кусается? - Да нет, она мирная, - улыбнулась Лола, глядя на меня. – Только нервная чутка. Как мы её приготовим? - Так, будущих царей есть запрещено, - рассмеявшись, я отошёл от Серого на почтительное расстояние. – Поплаваем, а? - Наперегонки! – сказала Лола тоном, не терпящим отказа. – Кто быстрее до другого берега, слабо? - До той ивы, - Серый указал пальцем на печально склонившееся над водой дерево на противоположном берегу пруда. – Кто последний тот драная кошка! - Или вонючая собака, - вставил я, выйдя на воображаемую стартовую черту и приготовившись рвануть с места, словно гоночный болид. - Двое против одного, Влюшик, - сказала Лола, также встав на старт. – Не страшно, а? - Аж трепещу весь, - саркастически ответил Влю, оглядев нас. – Было бы вас пятеро – тогда бы ещё более-менее было б честно. - На старт, внимание, а-р-р-р! – скомандовал я, издав громкий рык. Втроём мы пустились вперёд не хуже каких-нибудь хищных акул, преследующих добычу. Загребая лапами воду, отплёвываясь от неё, я толкал своё тело вперёд, стремясь обогнать Серого. Лола с другой стороны тоже не щадила себя, пытаясь изо всех сил разогнаться быстрее волка. Капли воды застилали нам глаза, норовили забраться в нос, когда мы окунались. Буль-буль-буль – только и слышалось. Немного воды попало мне в нос, и я громко чихнул, ощутив раздражающее покалывание. Но Влю спокойно держал лидерство, легко обогнав нас несмотря на все наши старания, успевая даже насмехаться над нами: показывать язык и строить обидные рожицы. Всё-таки с водой волки дружили гораздо лучше, чем мы. - Ха-ха-ха! – залаял Влю, первым дотронувшись до склонившихся над водой ветвей ивы. – Драные кошки, драные кошки! Бе-е-е! И он принялся корчить обидные рожицы, словно бы был не серьёзным молодым кронпринцем, которого боялись все бандиты Люпуса, а маленьким волчонком. Что ж, я знал, что он частенько любит подурачиться. Мы провели в воде ещё какое-то время, всласть купаясь, играя и плескаясь. Когда же мы наконец вышли на берег, настроение наше было на высоте. Встретиться с лучшим другом впервые за многие месяцы, повеселиться в тёплом пруде и поесть вкусной еды на прекрасном песчаном берегу – что может быть лучше? - Так, кошаки, уберите куда-нибудь сухое, а то опять посылать придётся, - серьёзно сказал Влю, широко расставив нижние лапы и чуть нагнувшись. - Скорее! – крикнул я Лоле, догадавшись, что сейчас произойдёт. – Сейчас будет цунами! Львица немедленно схватила сменную одежду и бегом отнесла её на несколько метров в сторонку. Едва она успела это сделать, как Влю принялся отряхиваться от воды, как самый настоящий пёс. Тёплые водяные струи брызнули во все стороны от его влажной шерсти, словно бы прорвало водопроводную трубу, и в один миг намочили мелкий белый песок под нашими лапами. Немного воды, разлетающейся вокруг весёлым фонтаном, попало и на меня, залив мне глаза и угодив в рот. Закончив отряхиваться, кронпринц Люпуса издал довольный лай и, подойдя к Лоле, взял у неё пару широких сухих трусов, предназначавшихся для него, и деловито отправился за одну из ширм, что были установлены здесь же, на пляже, как раз для переодевания. Признаться, иногда я очень завидовал этой способности псовых. Я тоже принял из лап сестры свои трусы. Она же взяла оставшуюся пару и объёмистый топик. Разойдясь по разным ширмам, мы быстро переоделись и вновь встретились на пляже. - Ещё балл Люпусу за победу в заплыве, - довольно проговорил Влю, отметив мелом ещё одну чёрточку под зелёно-бело-чёрным триколором на сером валуне. – Что-то благородные львы начинают отставать. - Не радуйся раньше времени, волчок – серый бочок, - буркнул я, ложась на пляж под лучи солнца. – Сегодня ты выигрываешь, завтра – я. Отойдя от валуна, Влю лёг рядом со мной. Лола была не самой большой любительницей бездельно лежать на солнце и поэтому она принялась за новую порцию шашлыков, принесённую по моему приказу, заверив нас, что оставит нам немного. А я лежал под греющим солнцем, закрыв глаза. Ветерок касался моей шерсти, шевелил мою огненно-алую гриву. От нежного белого песка, на котором я расположился, поднималось приятное тепло. Мой хвост с красной кисточкой на конце лениво подогнулся подо мной. Я сам не заметил, как мои губы расплылись в удовлетворённой улыбке. А рядом со мной, так же наслаждаясь теплом, лежал мой самый лучший друг. - Ленноз, - внезапно услышал я голос Влю. - Что? – я повернулся к другу, вглядевшись в любопытную волчью морду. - Как дела на личном фронте? – спросил он тихим интимным голосом. – Состоишь в отношениях с кем-нибудь или как? - Или как, Серый, - вздохнул я, вспомнив про удручающее положение своей личной жизни. – Самое обидное – то, что многие красивые и умные львицы из знатных и богатых семей хотят меня, но я к ним почему-то ничего не испытываю. - Вот как? – Влю сочувственно кивнул мне. – Странно. Ты как будто бы и не лев. Очень желаю тебе поскорее найти девушку. Меня в Люпусе тоже хотят многие волчицы, всё-таки, я тоже сын короля. Они тоже очень красивые и умные, тоже из знатных семей. Но я выбрал одну. Не дочь какого-нибудь аристократа или богатого бизнесмена. Её зовут Вержен, она самый обычный капитан милиции. И знаешь, чё? По иронии мы с ней встретились во время смотров невесты для меня. Тогда у одной из кандидаток в мои подруги кто-то украл драгоценное ожерелье, и она расследовала это дело. И тогда-то я её полюбил… Многие из ближайшего окружения моего отца считают, что я спятил, выбрав её, но мне всё равно. Я очень её люблю. С этими словами Влю вновь закрыл глаза и опять лёг на спину. На его морде теперь играла счастливая улыбка. Видимо, он вспоминал свою возлюбленную милиционершу. Я был очень рад за него и, честно признаюсь, хотел себе того же. Он сказал «Ты как будто бы и не лев». Это было связано со стереотипом, который у других фурров сложился о нашем виде – якобы все львы крайне любвеобильны. Надо сказать, стереотип этот сложился не на пустом месте – всё-таки ещё в древности, когда мы ходили на четырёх лапах и не имели разума, самцы нашего вида жили в прайдах со множеством самок. Это передалось и нам – в нашем обществе довольно широко распространено многожёнство. Я больше вам скажу, леди и элементы, наш отец, царь Леомии, имеет несколько жён, и мы с Лолой, открою вам тайну, от разных матерей. Правда, главной среди них является именно моя мать, жена, родившая наследника. Именно она носит титул царицы и обращаться к ней следует «ваше величество», а остальные жёны носят титулы только великих царевен, и обращаются к ним «ваше высочество». Но не думайте, что в нашей стране царит жуткий патриархат, совсем нет, все жёны царя, великие царевны, имеют превосходное образование и занимают важные государственные посты. Например, моя мать, помимо того, что она царица и жена царя, занимает должность министра печати, а мать Лолы служит в таможне в звании генерал-лейтенанта. А пока мы спокойно лежали на нежном белом песке пляжа Локус Пацис. Солнце приятно грело нашу шёрстку, а ветер колыхал мою красную гриву. Влю рядом принялся довольно подвывать, вспоминая о своей любимой волчице, а я просто наслаждался погожим тёплым днём. Ну разве не лучшее время для заслуженного отдыха? - Мальчики, идите сюда! – услышали мы звонкий голос Лолы. – Здесь ещё много шашлыков! Сюда ещё и соус принесли. Услышав про шашлыки, я почему-то почувствовал, как во мне вновь просыпается жадное чувство голода. Странно, я же уже ел… Но ничего, для шашлыка место в животе всегда найдётся! - Уже иду, сестричка! – ответил я, раскрыв глаза и встав на лапы. Мелкий белый песок приятно ласкал подушечки моих ступней. Посмотрев на Влю, я спросил – Ты идёшь, друг? - Нет, Ленни, я уже наелся до отвала, - буркнул волк, не поднимая головы. – Ешь сам. Я ещё тут полежу. - Как знаешь. Подойдя к подносу, у которого сидела Лола, я мягко приземлился рядом и взял в лапу аппетитный кусок жареного на открытом огне мяса. О, какой же он был ароматный, свежий и тёплый! Опустив его в фарфоровую мисочку с остреньким красным соусом с покрошенными в него мелкими кусочками зелёной петрушки, я решительно отправил его в рот и с величайшим удовольствием принялся жевать. Мясо с соусом было и впрямь выше всяких похвал! Проглотив его, я взялся за другой кусочек, а Лола налила мне в стакан нового лимонада – уже классического лимонного. - Влюшик не будет? – спросила львица, кивнув на лежащего на песке волка. - Нет, он уже наелся, - ответил я, с благодарностью приняв стакан лимонада и отправив в рот новый смазанный соусом кусок мяса. - Жаль, - произнесла Лола, взяв в лапу булочку с черничной начинкой. Только сейчас я заметил, что около неё лежит толстая газета, исписанная красивыми дорогими чернилами. – Думаю, его бы заинтересовало это чтение. Газета Лолы была составлена из дорогой мраморной бумаги и написана изумрудными чернилами каллиграфическим почерком. Название на первой странице было «Куранты». В нашем мире, разумеется, уже давно применялась печать, но эта газета была особенной – она писалась мастерами каллиграфии исключительно для членов царской семьи и их ближайшего окружения и выходила раз в месяц. Это была дань традициям – «Куранты» выходили ещё с очень давних пор, задолго до появления печатного дела. - Ну-ка, - я взял у сестры газету, перед этим вытерев пальцы о салфетку, и вгляделся в красивые лапописные буквы на плотном первом листе. – Что-то интересное? - Не то слово, - ответила Лола, откусив булочку. – Переверни страницу, там такое будет, закачаешься. Заинтригованный, я перевернул первый лист с названием газеты. На следующей странице и впрямь красовался броский заголовок над длинным аккуратным текстом, от которого так и веяло возбуждающим интересом: «ПОЛКОВНИКЪ ТУРУЙЯ ДОСТАВЛЕНА ВЪ ЛѢОГРАДЪ Тридцать восьмаго октая объединёнными силами СВР и БЦБ была проведена операція по эвакуаціи бывшаго полковника Итакана Гриззы Туруйи изъ Хрохова въ Белодолье, откуда затѣмъ она вылетѣла въ Лѣоградъ. При этомъ группа агентовъ развѣдки, сопровождавшая Туруйю, понесла чувствительныя потери. Командиръ группы – подполковникъ СВР Гасія Дринуйя - и три другихъ агента – капитанъ Гарра Джинуйя, штабсъ-капитанъ Гнюссъ Зизайя и поручикъ Гира Ормандъ – были убиты гіеньей полиціей и бойцами Итакана. Сейчасъ полковникъ Туруйя помѣщена въ конспиративный домъ БЦБ, находящійся подъ охраной. Гризза Туруйя была офицеромъ Итакана, согласившимся сотрудничать съ лѣомійской развѣдкой. Черезъ неё въ распоряженіе лѣомійского командованія попадали важныя данные, касающіеся магическихъ артефактовъ, тайныхъ убѣжищъ и прочихъ секретовъ Имперіи Хинпаксъ времёнъ Милленіума Унынія. Въ ближайшее время сотрудники спецслужбъ будутъ работать съ ней надъ раскрытіемъ тайны легендарнаго Песка Воли, древняго артефакта, разработаннаго магами Хинпаксъ въ періодъ Милленіума Унынія, и скрытаго гдѣ-то на территоріи Лѣоміи, позволяющаго контролировать разумъ фурра и полностью измѣнить его личность…» Я опустил газету на песок. У меня перехватило дыхание от возбуждения. Так значит, скоро легендарный Песок Воли будет в нашем распоряжении. Вот так новость! Сейчас я постараюсь вам всё разъяснить, леди и элементы. БЦБ – Бюро царской безопасности – и СВР – Служба внешней разведки - наши спецслужбы. Итакан – Имперская тайная канцелярия – спецслужба Чёрной Империи, государства гиен, граничащего с нами на юге. Чёрная Империя – это осколок Империи Хинпакс, огромнейшей сверхдержавы, которая некогда покорила весь Фуррон. Тогда гиены поработили все остальные виды фурров, и эпоха, когда они властвовали над миром, была названа Миллениумом Уныния, так как гиены жестоко угнетали покорённые народы. Сказать по правде, гиены и сейчас мнят себя высшей расой и мечтают вернуть своё былое могущество. Но надо отдать гиенам должное – их технологии и культура всегда были на высоте. Добрая половина Леограда, например, построена во времена их владычества. Также именно они отстроили под Леоградом первый метрополитен, где вагончики тянули локомотивы, работающие на хитроумных заводных механизмах. Помимо перестройки городов гиены также активно занимались изучением магии с целью создания оружия. Песок Воли – именно такой артефакт, созданный ими. Под его воздействием любой фурр мог измениться. Душевнобольной мог исцелиться и стать полноценным членом общества, а самый разумный - в одночасье лишиться разума. Также храбрейший воин мог стать последним трусом и подлецом, а жестокий разбойник – безобидным интеллигентом. Но где этот Песок? Никто не знал. Было точно известно, что он находится где-то у нас, в Леомии. Если б вы знали, как наши власти хотят заполучить хотя бы щепотку этого Песка! Ведь с его помощью можно создать солдат без страха и упрёка, великолепных лидеров, за которыми пойдёт народ. Этот артефакт давал большую силу, леди и элементы. И теперь фурру, который может помочь нам в его поисках, ничего не угрожает, и он сможет продолжить работу у нас! - Серый! – крикнул я, повернувшись к лежащему на солнышке волку. – Иди сюда! Тут у нас интересные новости! - Чего? – недовольно буркнул Влю, поднявшись на свои сильные мощные нижние лапы и принявшись отряхиваться от песка. – Какая-такая новость? - Посмотри, сам всё увидишь! – задорно крикнула Лола, сделав глоток лимонада. – Хорош уже пляж давить! - Ну ладно, кошаки, - Влю напустил на себя шуточную сердитость. – Если это ваша новость мне не понравится – то я вас… - На, читай, - я всучил другу в лапы газету и указал пальцем на заголовок. – Только осторожней с ней, царский эксклюзив как-никак. - Да понял я, - проворчал Влю, принявшись читать статью. Читал он быстро, я это знал. Так что вскоре на его морде появилась довольная улыбка. - Гиена у вас? – спросил он, бережно передав «Куранты» обратно мне. – Молодцы! И вы, львы, умеете работать, когда захотите! Только вот, если бы её эвакуацией занималась не ваша СВР, а наш КГБ, мы бы столько бойцов не потеряли. - Да ну тебя, Серый, ваших бы ещё больше полегло! – сказала Лола. – Эта полковничиха теперь у нас. Будет помогать нам искать Песок Волки, как требуется. Глядишь, скоро у нас такое оружие появится, просто закачаешься! КГБ – Комитет государственной безопасности – был спецслужбой Люпуса. Надо признать, многие считали его чуть ли не самой эффективной спецслужбой Фуррона. Новость, как вы заметили, крайне нас заинтересовала. В самом деле, когда я услышал, что эту Гриззу Туруйю раскрыли её бывшие коллеги из Итакана, я всерьёз забеспокоился, ведь, если её казнят, мы потерям единственную ниточку к Песку Воли. К счастью, агенты СВР недаром едят свой хлеб. И когда у нас окажется этот могущественный артефакт, мощь Леомии намного, намного возрастёт. - Смотрите, к нам идёт офицер! – воскликнула Лола, указав лапой на дорожку, выложенную камнями, идущую от шикарной царской виллы. Действительно, по ней к нам на пляж направлялся гвардейский майор в повседневном зелёном костюме с застёжкой-молнией, с погонами с двумя красными просветами и двумя звёздочками и в фуражке с синей пятиконечной звездой на кокарде – символом нашей армии. Это был не просто офицер, а мой адъютант майор Грантор, я его сразу узнал. Аксельбант на его груди указывал именно на это. По его резким частым движениям я понял, что он чем-то взволнован и спешит сообщить нам какие-то важные вести. Я поднялся на лапы и сделал в сторону майора несколько шагов. - Эй, Ленни! – окликнул меня Серый, когда я направился к адъютанту. - Что? - Скажи ему, чтоб вернул мою волыну. У меня её отжали на КПП. - Да? - Да, кошак. Типа, нельзя к цесаревичу с оружием. А я вообще-то сам кронпринц… - Ваше высочество! – майор быстро отдал мне честь. – Со мной-с связались офицеры БЦБ. У них в конспиративном доме сидит-с бывший полковник Итакана, которого наши эвакуировали-с из Империи… - Вот как? – удивился я. – И чего они хотят? - Точнее, не они хотят-с, а сама гиена, - отвечал Грантор. – Она требует, чтобы к ней явились лично вы, ваше высочество. Мотивирует это тем, что среди сотрудников БЦБ могут оказаться её бывшие коллеги из разведки Чёрной Империи. Только вам она согласна передать данные о Песке Воли. - Вот как, - удивился я. – Прямо так и сказала – только цесаревичу Леннозу и никому другому? - Не могу знать, ваше высочество. По словам сотрудников БЦБ, охраняющих её, именно это она и сказала. Что мне передать-с коллегам? - Так, что передать, что передать… - я посмотрел на Лолу и Влю. Те молча кивнули мне – мол, они готовы составить мне компанию. По-видимому, они были заинтригованы словами Грантора не меньше моего. – Ладно, майор. Передайте им, что я с друзьями, - я кивнул на львицу и волка, - буду в их конспиративном доме в ближайшее время. Какой, кстати, адрес? - Ематора 68, ваше высочество. - Ематора, значит… Понятия не имею, где это, но, чай, навигатор у меня в машине не для красоты. И… да, ещё кое-что. - Что-с, ваше высочество? - Верните кронпринцу Влю его пистолет. Я ему полностью доверяю. - Есть! Грантор снова отдал мне честь и, развернувшись, побежал по дорожке к вилле, где располагался служебный телефон с защищённой связью. Я подошёл к валуну с нарисованными флагами Леомии и Люпуса, около которого оставил свою одежду, и поднял с песка свой фирменный красный китель. Скажите, леди и элементы, интересный получился поворот? Чую я, начинается новое приключение!