The Dyad in The Force - Диада в Силе

      Чтобы ощутить напряжение в воздухе, достаточно было минимальной чувствительности. Оби-Ван замечал лихорадочно блестевшие золотом глаза мандалорцев, которых пытались успокоить их партнерши. Безуспешно.       — Я не понимаю, что происходит, — он замер, когда в общей комнате на него уставились с десяток пар золотых глаз… включая Энакина.       — Зимнее солнцестояние, Йоль, — Кассандра провела пальцами по руке мужа, успокаивая его.       — Ночь оживших кошмаров, — Кэл Скирата блеснул золотыми глазами. Единственное, что успокаивало бывшего джедая — отсутствие кровавой каймы но внешней окружности радужки, что исключало коррапт Тьмой.       — Худшие инстинкты пробуждаются, когда наступает ночь… — юная королева закатила глаза от настырного писка комлинка. — О чем я и говорила — несколько дурмстранговцев уже нашли себе проблемы, не сумев удержать член в штанах.       — Она хоть в порядке? — едва заметно нахмурился Оби-Ван.       — Кто сказал, что это «она»? — Кассандра ухмыльнулась. — Полезть к Неблагому в ночь Йоля, когда его сила на пике… — она покачала головой.       — Какое досадное самоубийство…       — Вечно ты влипаешь в неприятности, — рыкнул Рекс, выталкивая Глитча из портала. Оби-Ван только краем глаза заметил залитый кровью коридор и отвернулся, прикрывая рот в попытке удержать ужин.       — Они са-ами искали неприя-ятностей, — промурлыкал младший. Золотые глаза были расфокусированы, мальчик шатался, едва стоя на ногах, а по его щеке стекала одинокая струйка крови. — Все-таки зацепили, — он стер ее с лица, лизнул палец и пьяно хихикнул.       — Что это с ним? — Энакин недоуменно нахмурился.       — Опьянение Силой, — Кассандра подхватила младшего сына и утянула на другую половину комнаты, где на пушистом ковре в беспорядке лежали подушки.       — Он — альфа, — Глитч уставился мутными глазами на Скайуокера, недоуменно наклонив голову и подняв брови, напоминая обиженного котенка. — Но блондин. Почему он блондин? Миссис Шми — брюнетка…       — Папаша породу испортил, — отшутился Энакин, обнимая мальчика с другой стороны и приглаживая его взъерошенные вихры.       — Rex. Ke’mar’eyi gar vode bal k’yaimpa.       — ‘Lek, buir, — Рекс кивнул, исчезая прямо из комнаты.       — Давайте, собираемся в кучку, — Кассандра взглянула на мандалорцев снизу вверх. — Некоторые традиции соблюдать критически необходимо для сохранения здравого рассудка. А то в тот единственный раз, когда я не принимала участие в таких посиделках, увидела очень неприятное будущее.       — Насколько плохо? — Энакин положил подбородок ей на плечо. — По шкале от одного до Джеббы…       — Малакор-5.       — Можно? — в дверях показались две одинаковые рыжие макушки.       — Чем больше, тем веселее. Больше историй услышим, — Блэк улыбнулась, приветствуя Отряд 99.       — Еще раз, мелочь, решишь так эстетствовать!.. — рявкнул Коди в бешенстве, хватая младшего брата за ухо.       — Они сами полезли!       — Убивать зачем?!       — Kote, — голос Кассандры лязгнул металлом. — Ke’shebe.       — Buir!..       — Ke’shebe. Jiila.       Коди гневно раздул ноздри, но сел рядом с Кассандрой, положив голову ей на колени, и заурчал, когда тонкие пальцы зарылись в его волосы.       — Они ничего не смогут сделать, не вызвав межкультуральный конфликт, — юная королева нахмурила брови. — Не после того позорища, которое называлось «суд поединком». И не перед Йольским балом, когда здесь будет высшее общество Республики.       — Что?! — в ужасе просипел Реван. — Они? Здесь?!       — Приходится осторожно выбирать место встречи с союзниками.       — Ну надо же — выбрался? — Оби-Ван вскинул бровь, глядя на довольного младшего Фетта.       — Под честное слово и обязательство вернуться через пару недель, — кивнул тот. — Кстати, Бен — ты сволочь. Почему ты не говорил, что у тебя настолько прилипчивые друзья? Один мне мозг выколупал, чтобы я его прихватил сюда!       — Привет-привет, зануда, — махнул ему рукой улыбчивый киффар.       — Квин?       — Ты, вредина, даже не зашел поболтать!       — Последние недели мы несколько в цейтноте перед Балом, — осадила обоих мужчин Кассандра. — Так что не держите обиды на своего товарища.

***

      Традиция прощания со старым годом зародилась у Haat’Mando’ade на Терре, во время их контракта с ситхами. Тогда небольшой отряд, большинство в котором оказались полутаунгами — только им удалось выжить против джедаев, — сполна на собственных шкурах ощутил мощь магических вихрей на Йоль. Вальбурга Блэк, скрипя зубами, просветила их о необходимости проведения обрядов Колеса Года, с которой относительно успешно боролись Орден Феникса и его сторонники… после чего вместе с отрядом до утра сидела на укрытом пушистым ковром полу в гостиной, делясь воспоминаниями о разных миссиях, в которых принимала участие. Ближе к полуночи к ним присоединился Регулус — ее младший сын, тоже рассказавший несколько историй из своих школьных лет.       — Смерть Регулуса Вальбургу подкосила. После окончания того конфликта она прожила еще несколько лет и ушла к звездам, присоединившись к вечному маршу воинов, — Кэл Скирата положил на стол налившийся жемчужно-серым сиянием кристалл.       — Так, значит, технически, твои сыновья приходятся мне кузенами? — со смешинками в глазах уточнила Кассандра.       — Никогда об этом не думали, — хором на шесть голосов отозвались те.       — А стоило бы, — подначила их леди-ситх.       Историй было много, как и опыта у мандалорцев. Жизнь мотала их по галактике, забрасывая в малоизвестные или малоизученные регионы… глаза у молодежи горели энтузиазмом, жадно впитывая каждое слово. Каждая история превращалась в наполненный энергией кристалл, добавлявшийся к медленно формирующемуся узору.       Тонкая рука сжала прозрачный кристалл.       — Не все истории будут… приятными, — леди-ситх блеснула золотыми глазами. — Во всяком случае… Орден Джедаев знает, что я была на Набу во время блокады, а знать Набу помнит юную девочку из Дома Палпатин, принявшую при избрании Принцессой Тида тронное имя Аденн.       Энакин и Рекс положили головы ей на плечи, одновременно сплетая ладони перед ее животом, пока Кассандра медленно рассказывала, безжалостно вскрывая неприятные подробности закулисных интриг набуанской аристократии.       — Между тем, как я и Падме Наберрие приняли на себя новые обязанности, и нападением Торговой Федерации прошел год. Сначала все началось с прений в Сенате по поводу нескольких торговых соглашений и увеличения налогов на перевозки по определенным торговым маршрутам. Торговой Федерации это не понравилось.       Оби-Ван прикрыл глаза. Он помнил конфликт на Набу даже слишком хорошо. Но ему приходилось сопровождать королеву, в то время как Кассандра — Аденн, Принцесса Тида, — оставалась на планете, избежав плена, и подняла набуанцев на вооруженное сопротивление, с помощью прорвавших блокаду Haat’Mando’ade отбив у Торговой Федерации несколько городов.       — Уже в Тиде я попала в ловушку, когда направлялась к королевскому дворцу. Наши verde были далеко, успеть на помощь не могли. Мне пришлось раскрыться как Dha’runi. Моему… конкуренту это не понравилось, он почуял угрозу. К счастью, его отвлекли так вовремя появившиеся джедаи, и ему пришлось защищать оккупантов из Торговой Федерации. Хотя мне хватило и того, что, похоже, на меня полезли дроиды со всей округи, — мрачно пошутила девушка. Кристалл в ее руке наливался чернотой. — Мне и Рейко повезло — мы продержались до отключения станции управления, но из-за этого я не могла быть там, где могла бы помочь другим. После этого я отправилась в госпитали, исцеляя раненых и перенаправляя свой гнев и ярость в более… приемлемое русло. Когда королева вернулась во дворец, я подала ей прошение об отставке, не желая превращать Набу во второй Ондерон, — черный кристалл, напоминающий оникс, лег в центре формирующегося узора.       — Ну, раз уж заговорили о Торговой Федерации… — следующий кристалл взял Джанго и чему-то ухмыльнулся. — Около полутора лет назад возникла у нас проблема — дефицит бескара. Нужен он был уже на позавчера, новых жил пока не нашли… и решили запустить «утку». Через левые источники пустили слух о найденных-таки залежах бескара, на шо примчались эти поцы из Торговой Федерации.       — Я так понимаю — клюнули? — с ехидной ухмылкой поинтересовался Реван.       — Ха оба раза! И наживку, и крючок, и леску до самой удочки! Кэсс была еще здесь, на Терре, когда эти поцы попытались с наскоку навязать нам такое соглашение, от которой всей системе было бы больно так, шо ой. Не вышло. И шо бы вы думали — через месяц у нас на орбите висят их Лукрехалки! Называется — сырье для алхимической выплавки бескара с доставкой на дом, — фыркнул Джанго. — И если вы думаете, что они с того хоть шо-то поимели, кроме смеху на весь Сенат и позору по самые халявы — то таки да! Просто представьте себе морду их вице-короля, когда он понял, шо Кассандра и есть принцесса Аденн, которая устроила им по время захвата Набу такой полный гембель в свои-то нэжные девять лет, шо они не знали, куда бежать и с какой стороны хвататься за свои бэрэмэнные головы!

***

      — Амбассадору Мандалорского сектора есть что сказать по поводу выдвинутых Торговой Федерацией обвинений? — Канцлер Палпатин устало моргнул.       — Есть, Ваше Превосходительство! — синеглазая блондинка Арла Фетт с презрением взглянула на Лотта Додда, который выкатил долгую тираду, вся суть которой сводилась к тому, что нехорошие мандалорцы обманули и спровоцировали Торговую Федерацию, да еще и нагло отжали флот оккупационных сил. — Я имею шо сказать многонеуважаемым представителям Торговой Федерации. Прошло ровно пять лет, как вы отхватили полные халявы позору на Набу, и нате вам здрасьте — старые танцы на новых граблях! Сначала вы думали, шо Набу — легкая добыча, потому что там правит ребенок. Теперь вы по новой отхватили уже в Мандалорском секторе! Или вы думали, шо декларируемый пацифизм — это показатель беспомощности? Разбежались, оба раза! Пацифист скорее сделает дополнительный контрольный врагу в голову, после чего спалит труп, шобы уж наверняка, и никакого клона не вылезло! Имею вам заявить, многонеуважаемые, что отвесить вам люлей и поднять набуанцев на партизанскую войну было личным решением моей племянницы. Слышите? Личным! Она могла подать в отставку, едва вы там подняли гармыдер… а могла не приезжать на Набу вообще, но увы — она слишком ответственная! Так берите с нее пример и будьте независимыми торговцами… как вы там говорили? В другом месте! Галактика большая, места на всех хватит! И да, моя племянница просила передать вам личную благодарность за ваши Лукрехалки — как раз закончим программу перевооружения! Господа сенаторы, Ваше Превосходительство, у меня на этом все! Честь имею!

***

      — Они это заслужили, — Оби-Ван безуспешно попытался подавить смешок.       — Хорошо послала, — золотые глаза Кассуса блеснули гордостью за потомков.       — Не она первая, — коротко хохотнул Кэл Скирата. — Кэсс, что ты им тогда сказала?       — Neimodiise me'sen, slana'pir ba shebs, — на одном дыхании выдала Кассандра.       — Эммм… а это вообще анатомически возможно? — Реван лихорадочно пытался осознать вычурную конструкцию.       — Нет! ­– комнату сотряс взрыв хохота.       — Эх, старые добрые времена… — Кассус закинул руки за голову. — Мне тоже доводилось такое слышать…       — И?       — «Простите, джентльмены — я уже вдовец, настроения нет!» И, раз уже вспомнил… — он потянулся за кристаллом. — Перед войной, когда началась… реорганизация армии, я был одним из тех, кого призвал Мандалор Наивысший. На ту встречу я взял с собой старшего сына. Сама встреча прошла хорошо, но… — кристалл в его пальцах наливался пульсирующей чернотой застарелой скорби, — вернувшись, мы увидели полусожженный, залитый кровью дом. Пятеро моих детей были убиты. Самой младшей было полгода, и ей разбили голову о стену. А то, что сделали с моей cyare… я не буду об этом говорить, чтобы не спровоцировать выкидыш у маленькой королевы.       — Возьми другой кристалл, — Кассандра с ощутимым ужасом смотрела на заключенный в кристалле сгусток тьмы.       — Моя семья была не единственной пострадавшей, — Кассус кивнул, следуя совету. — Тогда вырезали несколько поселений, и везде была одна и та же картина. В одном из поселений мы обнаружили выжившую девочку, которой повезло — она убежала из дома, и потому уцелела. Она смогла описать нападавших — все поселения вырезал отряд катаров. Я принял девочку в свой клан, позже пытался добиться справедливости, но…       — Не вышло, — Скайуокер не спрашивал.       — Не вышло. Вожди катаров отказались даже помогать в установлении личностей убийц. Когда была подготовлена армия, я предпринял еще одну попытку добиться справедливости по закону, но они только посмеялись в очередной раз…       — А я тебе говорила, что это было личное, болван! — от затрещины супруги Реван растянулся на полу.       — Эй! — тот возмутился, потирая затылок. — Своеобразное, конечно, представление о справедливости… — пробубнил он.       — Нет справедливости, кроме той, которую вершим мы сами, — Кассандра вздохнула. — Для справки — только за первый семестр здесь я прокляла с десяток чистокровных shabuir’e на… кхм… нестояние. Легко отделались — могли бы вообще лишиться репродуктивно-важных частей.       — Зная тебя, можно сказать, что функционала эти части лишились надолго, если не навсегда, — ухмыльнулся Мидж.       — Сами учили меня работать качественно, — принцесса, дурачась, показала ему язык.       — Если уж заговорили про Одаренных и репродуктивно-важные части… — медик перекатывал кристалл по ладони, — есть у меня одна подруга, Дженна Зан Арбор. Гений от биологии и медицины, кстати, научрук у Гри, — Луминара Ундули поперхнулась от такой новости. Гри положил ей голову на плечо. — У нее была личная вендетта к одному из джедаев — Квай-Гону Джинну. Ей удалось его захватить лет пятнадцать назад, вскоре после исчезновения ее подруги, Шми Скайуокер. Чуть его не выпотрошила, но увы — джедаи успели раньше. В чем ей повезло — она успела взять образцы ДНК джедая, закономерно подозревая его в похищении подруги. Объяснить это она не могла никому из нас — ссылалась на интуицию.       — А ты откуда ее знаешь? — сузил глаза Оби-Ван.       — Так мы учились вместе, — медик пожал плечами. — На первых курсах. Это позже она ушла в науку, а я — на полевую медицину, но контакт мы продолжали поддерживать. С Шми мы познакомились… примерно тогда же, она была на курс нас младше. Дженна уже тогда изучала мир вокруг себя на молекулярном уровне. И вот один раз сидели мы у нее после занятий, и она нас подбила исследовать нашу кровь. Что бы вы думали? Так она чуть датапад не грохнула, когда выяснила, что ее подруга — полутаунг!       — Так вы знали, — с обидой произнес Энакин.       — Сиди, — с ноткой угрозы произнес Джанго. — Да, мы знали, что Шми — одна из нас. Джинн этого не знал. Мы не знали, где она — Дженна как раз собиралась его допрашивать, но, как уже сказал Мидж, джедаи успели раньше. Как ты думаешь, сколько времени прошло между битвой за Набу и «выкупом» Шми у Уотто?       — Не знаю…       — Три дня. Ровно столько, сколько понадобилось мне, чтобы прихватить Дженну, отряд коммандос и отправиться вместе с Рейко за нашей подругой, — Мидж взъерошил юноше волосы. Тот замер.       — Так это был ты! Тогда, на Набу… это ты мне чип удалял! — выдохнул Энакин. — Почему мне никто не сказал, что моя мать свободна, аж до этого года?       — Потому что есть несколько биологических параметров, которые поставили бы под угрозу не только твое нахождение в Ордене, но и твою жизнь, — резко ответил Гри. — У полутаунгов эйдетическая память — именно поэтому нам приходится тщательно контролировать свой разум. Еще одна особенность — стайность, как ты сам заметил. Мы сбиваемся в группы, они же стаи, вокруг альф. Влияние альфы на окружающих прямо зависит от его эмоционального состояния. Эмоционально стабильный чувствительный к Силе альфа-полутаунг под контролем Ордена Джедаев — это повод к войне. К которой мы не были готовы вплоть до этого лета.       — Если ты думаешь, что за тобой не следили, готовясь выдернуть…       Энакин заметно расслабился.

***

      Убить.       Ситх. Темная. Чужая.       Не место. Убить.       Клыки прорывают десну, оставляя на языке металлический привкус. Глаза застилает туман, в котором виден только черный огонек — его цель. Резкая вспышка больно режет глаза, и огонек цели исчезает за ослепительно-ярким чистым светом.       — Что с ним?       — Пекло, он Стьюджони!       — Что? Не человек?       — Нет. Порождение Благих. Прикрой Кассандру и Глитча. Проклятье, через какой ад он прошел, если для него расслабление — выход из зоны комфорта?!       — Охотник?       — Да. Ему нужна кровь.       Клыки впиваются в тонкое запястье, разрывая кожу и выпуская серебряную кровь. Первый глоток обжигает губы зимним холодом, остужая воспаленный рассудок, мечущийся между инстинктами и воспитанием.       — Ему не рассказали?!       — Как видишь.       Под веками вспыхивает образ — тронный зал, черно-золотой силуэт на троне, и стоящие вокруг силуэты — золотой, бело-синий, черный, серо-красный… Виски разрывает резким приступом мигрени, когда силуэты обретают лица. Кассандра полулежит на руках у Энакина, пока Бастила перевязывает ее запястье с раной от укуса.       — Джанго, — серьезный голос не вяжется с легкими прикосновениями. — У него шрам на шее…       — Ошейник. Рабский, — справа полыхает бешенством и гневом.       — Ad’ika? — мозолистые пальцы зарываются в волосы, осторожно массируя затылок. Со всех сторон его укутывают пониманием и сопереживанием, посылая поддержку.       — Ni kar'tayl gai sa'ad, Бен, — широкие ладони обхватывают его плечи, притягивая голову к чьей-то груди. — Ты нам нужен, — голос чуть более резкий, чем у Феттов, и слишком отличается от низкого глухого, принадлежащего Кандерусу Ордо.       Переродившийся фаэ трясется в руках полутаунгов, обнимающих его в попытке удержать. Пространство вокруг затапливает волной беззвучной паники.       — Мы тебя держим, — низкий плавный тембр фаэ знаком, как и золотистые глаза его обладателя. — Дыши, — смесь эмоций, взрывающаяся сверхновой совсем рядом, оглушает фаэ. Того колотит, и по щекам стекают первые слезы, превращающиеся в одной сплошной поток. — Вот так, vod’ika, не держи это в себе. Отпусти.

***

      Гри грязно выругался, со всей силы саданув кулаком по стене и ссадив костяшки. Экран терминала светился красным — доступ к личному делу бывшего Оби-Вана Кеноби, а теперь Бена Крайза, был ограничен.       — Не психуй, — Шаак Ти взъерошила его отросший рыжий ирокез. — А что, если… — она набрала комбинацию цифр и мрачно уставилась на по-прежнему горевший красным экран. — Странно… У Советников должен быть доступ к такой информации…       — А если его нет — кто мог его закрыть? — Кассандра склонила голову к плечу. — Когда я пытаюсь разгадать чьи-то намерения, я играю в игру. Я предполагаю худшее. Какое наихудшее побуждение заставляет разумного так говорить и так поступать? А потом спрашиваю себя, насколько хорошо этот мотив объясняет его слова и поступки.       — Да? — Коди лениво потянулся и тряхнул кистью, разминая пальцы. — А одолжи кулончик?       — Зачем? — Кассандра сузила глаза, накрыв капсулу с Воскрешающим камнем.       — Да так… пообщаться с одной зеленошкурой ушастой сволочью, пока можно прикрыть призыв нестабильным фоном, — криво усмехнулся молодой некромант, принимая от матери цепочку с капсулой. — Давно не виделись, теперь-уже-бывший-Гранд-магистр, и глаза бы мои тебя не видели! — рыкнул он, когда сила Камня вытянула призрак Йоды.       — Гнев чую в тебе я…       Коди только лениво двинул пальцами. Призрака скрутило.       — Знаете, магистр, — протянул юноша, — некромант может причинить боль даже душе мертвого… А меня учили на совесть. Не переживайте, нас не интересуют секреты Ордена. Только несколько деталей касательно одного конкретного его бывшего представителя. Кто знал о происхождении Оби-Вана Кеноби и когда его личное дело было закрыто приказом Гранд-магистра Ордена?       — Конфиденциальная информация это…       — Да не проблема, сейчас Депу наберу, — оскалился Джанго, поднимаясь. — Попрошу ее логи проверить…       — И по Скайуокеру тоже, — мрачно уточнил Гри. — Тоже закрыто, нужен пасс-код Гранд-магистра.       — Проверь остальных.       — Странно… они тоже закрыты…       — Кто знал о происхождении Оби-Вана Кеноби и когда его личное дело было закрыто приказом Гранд-магистра Ордена?       Призрак Йоды снова скрутило. Долго старый упрямец не продержался.

***

      — Старая тварь, — фаэ оскалился, мелко дрожа и сжимая отданный Коди камень душ.       — Чшш, udesii, vod’ika, — Джанго осторожно протянул руку, почесывая его за заострившимся ухом. — Не делай себе нервы.       — Он всерьез рассчитывал, что я попытаюсь убить свою племянницу?!       — Старость — не радость… — ехидно заметил Джастер таким тоном, что мандалорцы покатились со смеху.       — И маразм — не оргазм, — убийственно-серьезно добавила Кассандра, дождавшись, пока все чуть успокоятся. Комнату сотряс очередной взрыв хохота.       — Ad’ika…