Моему любимому врагу

Фред и Джордж никогда не были спокойными людьми. Близнецы вечно норовили вытворить какую-нибудь пакость или глупость. Или, по крайней мере, так всегда казалось Эверли Брайт. Проведя все свои пять лет обучения в Хогвартсе, неподалёку от проказ Уизли, она отлично была знакома с общепринятыми правилами Хогвартса: 1) Ни за что ничего не брать из рук близнецов. 2) Ни под каким предлогом не давать им пробовать на себе их изобретения. 3) Никогда всерьёз не злить их (иначе туго придётся). К счастью, друзьям и однокурсникам редко приходилось испытывать на себе приколы близнецов, остальные же находились в зоне риска 24 часа в сутки. И к сожалению, Эверли не была исключением. Большая часть обитателей замка магии и волшебства всегда сочувствующе глядели на девушку в коридорах, когда та в очередной раз становилась объектом розыгрышей двух рыжих гриффиндорцев. Были смельчаки, которые заступались за Эверли, но и им доставалось так, что таких героев становилось всё меньше и меньше. Честно говоря, многие до сих пор не знают с чего это началось, но давайте перенесёмся на пять лет назад.

***

1 сентября 1989 год. Хогвартс-экспресс. - Эй, Фред, я нашёл нам места! – воскликнул озорной рыжий мальчик, подзывая брата к себе рукой. Братья бесцеремонно ввалились в купе, громко хлопнув дверью. Две девочки, уже сидящие там до них, громко прокашлялись, намекая на своё присутствие. - Мать моя единорожица! – вздрогнул один из мальчиков. - Ты, что, нам места с девчонками выбрал? - У нас одна мама, болван, – другой мальчик закатил глаза. - Раз такой умный, иди и сам ищи другие места. - И что такого в том, что мы девочки? – спросила смуглая брюнетка. Её подруга лишь одарила рыжих недовольным взглядом. - Ничего, собственно. В прямом смысле – ничего. Вы слабые и ничего не можете, только плачете и в куклы играете, - сказал кто-то из близнецов. - Это не так. Девочки умеют всё, мы и в квиддич играем, и колдуем хорошо, и зелья варим. Так что говорить так о нас – это очень глупо! – продолжала возмущаться брюнетка. - Да, только вот, такие случаи случаются очень редко, обычно во всём этом вы хуже нас – мужчин, - горделиво возразил Уизли. - Ну… - протянула всё это время молчавшая блондинка и встала напротив рыжих агрессоров. - вы – обычные мальчишки, никакие не мужчины. И вообще, я бы посоветовала вам извиниться перед нами и больше никому не говорить о таких глупостях! – девочка, несмотря на миниатюрность, выглядела очень пугающе. - Не то, что? Расплачешься, коротконожка? – подскочил один из мальчиков. Стоило признать, что тот был на голову выше, чем девочка. Но не смотря ни на рост, ни на разницу в телосложении, ни на то, что она – девочка, Джордж Уизли получил стремительный удар в переносицу. Джордж Уизли навсегда запомнил 1 сентября 1989 года, так как в тот день малюсенький семейный перстень, надетый на кулачок Эверли Брайт, оставил на его носу крохотный шрам, который неизменно остаётся там и по сей день.

Возможно, вы скажете: «Какая чушь! Мстить девочке только из-за этого! Это же давно было, простил бы уже!». Но это ещё не конец предисловия, все истории всегда строятся на наблюдении нескольких личностей. Только, если, это – хорошая история…

Анджелина Джонсон всегда считала, что близнецы были просто невыносимы на первых курсах. Так же, девушка всегда поддерживала лучшую подругу – Эверли, во всех её начинаниях, особенно если это – усмирение взбалмошных братьев Уизли. Про тот случай в поезде, они с Брайт всегда вспоминают со смехом. К счастью, девочек распределили на один факультет, поселили в одной комнате, так что с самой поры их знакомства, гриффиндорки – не разлей вода. В квиддичную команду девчачий дуэт также попал без особых усилий. Сколько себя помнит, Анджелина всегда была зрительницей препирательств, споров, а порой и дуэлей её лучшей подруги и Джорджа Уизли. Все знали, что когда давние неприятели ссорятся, под горячую руку им лучше не попадаться. Вот и Джонсон вместе с другой половиной рыжего дуэта всегда отстаивались в сторонке, изредка подшучивая над Эвер и Джорджем.

***

- Кажется, я что-то пропустила, что на этот раз не поделили? – в гостиную факультета стремительно вошла новоиспечённая капитан гриффиндорской команды по квиддичу. - Им разве нужен повод? – спросил Фред, оглядывая однокурсницу с ног до головы. - Кстати, хорошо выглядишь, Джонсон. Причёску поменяла? - Да, спасибо. Как лето прошло? - Как обычно, Джордж всё лето ходил нервный как не в себя, считал дни до школы. Этим летом как-то не как обычно, если ты понимаешь о чём я. - В вашей семье у всех проблемы с гневом? – усмехнулась Анджелина. - Знаешь, мне иногда кажется, что Джордж – приёмный. Анджелина и Фред залились смехом. - Соболезную, если ты считаешь, что Ирландия выиграла заслуженно! – воскликнула Эверли. - Себе соболезнуй, у твоей любимой Болгарии кроме Крама ничего толкового нет, хотя и он не восьмое чудо света, - ухмылялся Джордж, который по-прежнему был выше девчонки на добрые десять дюймов. - Ты чего лыбишься, балда рыжая? Давно по лицу не получал? Могу устроить, - злобно сверкнула глазами блондинка. - Смешно слышать угрозы от девчонки настолько низкой как ты, коротконожка, - демонстративно наклонился Джордж, приблизив своё лицо к лицу Эвер, от чего та густо покраснела и сделала порывистый шаг назад, намереваясь уйти. Но холодные длинные пальцы сомкнулись вокруг запястья гриффиндорки, словно прошибая обоих током. «Контраст температур, наверное.» - подумали оба. - Значит ты принимаешь поражение? – нахмурился рыжий. - Иди к чёрту, Уизли, - прошипела Брайт и вырвав руку из цепкой хватки, демонстративно удалилась в сторону лестницы, ведущей в женские спальни. - Странно, - Уизли всё ещё чувствовал тепло руки девушки на своих пальцах. – Как-то быстро она в этот раз, и пяти минут не прошло, - шептал Джордж себе под нос. - Отстань ты от неё уже, мне её уже реально жалко, - сказал подошедший к брату Фред уже который раз, прекрасно зная, что ничего не изменится. – Мы уже давно не дети, чего ты к ней цепляешься, не могу понять. - Мне нужно выйти, прикроешь если что? – словно не слушая брата, спросил Джордж. Фред шумно выдохнул, но всё же кивнул. И конечно же он знает куда так часто стал отлучаться его брат, и конечно он знает о том, что началось это этим летом. Ноги несли Джорджа по многочисленным коридорам в сторону заброшенного крыла в когтевранской башне. В такие часы там, конечно, многолюдно, но гриффиндорец надеялся, что ему повезёт. «Не повезло» - подумал Уизли, увидев толпу парней с абсолютно разных факультетов. Они шумно что-то обсуждали и гриффиндорец развернулся для того, чтобы покинуть просторный прокуренный класс, но его окликнули: - О, Уизли. Узнаем всё у первоисточника, - какой-то слизеринец выдохнул дым из легких и снова сделал затяжку, держа сигарету между пальцами. - Приобщаешься к маггловскому куреву. Мамочка с папочкой в курсе, Розье? – съязвил Джордж. - Сам-то здесь случайно оказался? – хмыкнул слизеринец, недовольно фыркая. – Мы как раз Брайт обсуждали. Думали ты посоветуешь нам как уложить малышку в постель. Толпа разразилась хохотом. - Подружка Джонсон всегда была хорошенькой, но половое созревание творит чудеса, - добавил кто-то с когтеврана. Уизли презрительно скривился, но достал из кармана брюк пачку сигарет и прикурил одну из них с помощью палочки. Раздумывая что сказать, он медленно затянулся. По правде говоря, он уже второй год всеми правдами и неправдами не подпускает никого к Эверли Брайт, объясняя это тем, что всё своё внимание она должна уделять их препирательствам и спорам. Он говорит это всем, у кого появляются лишние вопросы. Он говорит это брату, говорит друзьям и, кажется, уже поверил в это сам. Неожиданно Уизли рассмеялся. - Большего бревна в постели ещё не встречал. Крайне не советую. Бывало и получше. - Так ты с ней спал? – удивлённо спросил шатен со слизерина. - Можно сказать никто не догадывался… - усмехнулся Джордж. – Сказал ей о том, что она бревно, так она на меня и взъелась, поэтому и цепляется постоянно. Розье прыснул от смеха. - Уизли, каждая крыса в этом замке знает, что вы двое ненавидите друг друга с первого шага в эту школу. Даже идиоту понятно, что она тебя к себе на пушечный выстрел не подпустит. Меньше бы врал - репутацию портит. До меня тут дошли слухи что ты уже который год всех от неё отваживаешь. Никто ни разу не видел, чтобы с ней хоть какой-нибудь парень говорил, кроме тебя или твоего брата. Неужели втюрился в девчонку? - Ввожу в курс дела. Спор на девчонку Брайт. Входной взнос – 10 галлеонов. Выигравший получит всё, - сказал какой-то пуффендуец. - Но если у тебя к ней что-то есть и ты против нашего спора. Только скажи и мы пальцем её не тронем, - Розье поднял руки в мирном жесте и наиграно невинно помотал головой, улыбаясь. - Понятно же, что втюрился, - крикнул кто-то из толпы. - Плевать. Делайте что хотите, - Уизли выбросил окурок в приоткрытое окно и пожав плечами удалился искать более уединённое место, где он смог бы выкурить полпачки и наконец-то успокоиться.

***

Джордж не рассчитал время и теперь понуро плёлся в факультетскую гостиную, освещая себе путь блеклым светом «люмоса». Дойдя до портрета полной дамы, гриффиндорец произнёс совершенно нелепый пароль «чепуха» и вошёл в просторную тёплую гостиную. Разумеется, все уже спали. Уизли беспрепятственно прошмыгнул в их с братом и Ли Джорданом комнату. Судя по всему, оба уже спали, и Джордж собирался последовать их примеру, упав на кровать, он устало прикрыл глаза. В голову непроизвольно стали лезть разные мысли. - Завязывал бы ты. Это вредно. Читал в какой-то газете, - в темноте раздался хриплый голос. - Хорошо, Фред. - Не хочешь поговорить? Задумавшись, Джордж спросил: - Эверли, она… Как тебе? По-твоему, она красивая? - Ну, наверное, да. Не знаю. Многим нравится. А что? - На неё поспорили. Мерзко. - А ты что? – Фред сел в кровати. - А я сказал «плевать» и ушёл. Что я должен был сделать? – тяжело выдохнул младший Уизли. - Набить им морды. Думаю, никто бы не допустил того, чтобы на его любимую девушку спорили. - Она мне не… - Нравится. Да-да, я уже слышал. Но ещё я был там, когда ты избил Диего Каплана в прошлом году за то, что он обозвал её уродиной. И я помогал тебе достать мармеладных червяков из сладкого королевства в прошлом году, когда никому даже из школы выходить нельзя было. Думаешь я не знаю, что в полночь ты отнёс их Брайт, которая лежала в больничном крыле с ветрянкой. Ты знал, что стонешь и шепчешь её имя во сне? - Пожалуйста не нужно, Фред… - Я даже помню точный момент, когда это произошло. Помню, как по твоей вине она упала с метлы на тренировке, и ты месяц торчал в больничном крыле возле её койки. Помню, как никто не понимал ваших взаимоотношений, потому что стоило ей выйти из больничного крыла, и вы снова ссорились каждую минуту. Ты же уже давно понял и принял это. Зачем ты продолжаешь делать вид что всё как раньше? - Потому что я сделал всё, чтобы она меня ненавидела. Всё было обречено на провал с самого начала. Она не примет мои чувства, но если я перестану с ней спорить и пререкаться, я потеряю её внимание и вовсе, я просто хочу, чтобы я занимал в её жизни хоть какое-то место, пусть и такое, - сказал Джордж и грустно улыбнулся. - Прости Джордж, но ты скажешь мне спасибо. С этими словами Фред Уизли подошёл к одному и шкафов с одеждой и открыл его. Из высокого дубового шкафа вылезла до ужаса смущённая Эверли Брайт в смешной пижаме с уточками. - Ну, мы пойдём, - Фред прошёлся до кровати Ли Джордана и разбудил его с громким криком: - Небо падает, дружище, бежим! Нужно спасаться. Уизли кинул другу подушку и вытолкал его из комнаты. Следом он вышел сам. - Так это правда? – прерывая неловкое молчание, спросила девушка. - Всё сказанное – слово в слово – это правда, - Джордж нервно заламывал пальцы на руках. - Я тоже… - тихо сказала девушка, не спеша заканчивать, долго раздумывая. - Что? – спросил парень. Одним рывком блондинка преодолела расстояние между ними. Привстав на цыпочки, она притянула лицо парня к своему за воротник форменной рубашки, вынуждая Уизли наклониться к ней. Сократив расстояние до минимума, Эверли коснулась губ гриффиндорца своими, оставляя на них лишь невесомое касание. Всё это время она с вызовом смотрела Джорджу в глаза. Отстраниться ей Уизли не дал, вовлекая девушку в более чувственный, глубокий поцелуй.