Till Kingdom Come

      Алекс входит в школу, в то место, где его всегда ждут. В ней тихо, и это вполне объяснимо — время уроков. Он аккуратно прикрывает за собой дверь и вдыхает тёплый воздух, наполненный запахом книг и свежей краской.       — Передумал и решил принять моё предложение?       Он поворачивает голову вправо — ему улыбается Чарльз, подъезжая на своей коляске.       — Нет. Я приехал…       — К Сиерре. Я не читаю твои мысли, но это и так понятно. У неё сейчас урок, можешь пока занести вещи, — Ксавье кивком головы указывает на сумку в его руке.       — Так, пожалуй, и поступлю.       Алекс начинает подниматься по лестнице, когда ему в спину прилетает:       — Эй, Алекс. Я очень рад тебя тут видеть.       Дорога к комнате Сиерры остаётся неизменной. И сама комната, в принципе, тоже, только теперь Адамс не соседствует с Мэй, а живёт одна. Всё же преподаватель, как никак. Алекс прикрывает за собой дверь и окидывает помещение взглядом — всё убрано, всё на своих местах. Комната залита солнечным светом. На прикроватной тумбочке он выцепляет их совместное фото.       Поставив сумку в шкаф, Саммерс спускается вниз и направляется к кабинету химии. Ждёт недолго — минуть пять, и из кабинета начинают выходить ученики, которые с ним здороваются. Он входит в помещение и наблюдает за Сиеррой. Та стоит к нему спиной и вытирает доску.       — Мне нравится твоя юбка.       Она едва заметно вздрагивает и оборачивается, по глазам читается, что она не верит тому, что видит, но Алекс улыбается тепло и широко, и Адамс, бросив тряпку, бросается к нему. Он с готовностью подхватывает её и прижимает к себе, пока Сиерра цепляется за его шею.       — Решил принять предложение Чарльза?       — Нет. Пока нет.       Си чуть отстраняется и берёт его за руку. Он порой забывает, что его девушка — эмпат.       — Ты чем-то обеспокоен?       — Это связано с семьёй. У тебя есть ещё уроки сегодня?       — Нет, отвела последний.       — Вернёмся к тебе в комнату?       Сиерра кивает, и Алекс крепче обвивает пальцами её ладонь. Теперь они уже вдвоём поднимаются в спальню Адамс. Она переодевается в майку и короткие шорты, вешая юбку и блузку в шкаф. Потом кидает Алексу шорты и футболку.       — Переодевайся тоже, иначе ты тут сваришься. Не припомню настолько жаркого июня.       — Сваримся вместе? — предлагает ей Алекс с улыбкой.       — Я тебя люблю, но нет.       Сиерра по-кошачьи растягивается на кровати, ожидая, пока Алекс сменит одежду на что-то более лёгкое и присоединится к ней. Кровать чуть скрипит под двойным весом, Саммерс прижимает к себе Сиерру, кладёт руку ей на плечо, Си хватает его за ладонь и принимается гладить его пальцы и рассматривать кольца.       Он крепко обнимает её и смотрит в глаза, думая, что ему с ней очень повезло. Си одаривает его ответным взглядом и влюблённой улыбкой.       Даже спустя столько лет…       — Расскажешь мне, что там случилось с семьёй?       И Алекс рассказывает. Говорит о том, что звонила мама, приглашала в гости, напоминала о том, что они — семья. А ещё… Ещё Скотту нужен старший брат.       — А что ты?       — Я… Я не знаю, нужно ли мне теперь это.       Сиерра молчит. Алекс знает и без эмпатических способностей, что у неё сейчас творится на душе — думает о своей семье. У них разные ситуации: родители Алекса прикладывали усилия, чтобы его понять и принять; отношения же Си со своими были другими — её родители предпочитали делать вид, что они ничем не связаны.       — Чарльз говорит, что всем нужна семья.       — Но у меня есть семья. Все вы. Даже Эрик, — нехотя добавляет Алекс. Эрик Леншерр — тёмная лошадка, и что у него на самом деле на уме, могут предполагать (но не знать) Чарльз и Лотти. — Мы не родные по крови, но это и не важно.       — Но ты ведь не с нами, — тянет Сиерра. — Ты появляешься раз в несколько недель, потом пропадаешь. Тебе нелегко дома, нелегко и в школе.       Алекс на это молчит. Такая жизнь — в школе, с учениками и друзьями — не для него. Сиерра знает и не давит. К чувству безопасности привыкаешь, и это расслабляет, отвыкаешь от того, что творится в мире, а когда сталкиваешься с реальностью — больно ранит. Он не привык жить спокойно, не после всех событий и войны во Вьетнаме. Это Сиерра рада тут жить, потому что тут обрела семью и живёт спокойно, потому что другого не знает.       — Ты боишься, Алекс, — шепчет она.       — У меня есть ты, — упрямо заявляет он. — Моя семья — это ты. Я хочу строить её с тобой.       — Но я — не всё, — вздыхает Си. — У тебя нормальные родители и брат. У многих и этого нет. А тебе повезло. Не отталкивай тогда Скотта, если тебе непросто даётся общение с родителями. Скотт не виноват, если у вас возникали и возникают какие-то недопонимания, это ваши отношения. Так что не отталкивай Скотта, — повторяет она. — Обещаешь?       — Обещаю, — повторяет Алекс. Склоняет голову и целует Сиерру, затем смотрит на её длинные загорелые ноги. Жарко, пахнет цветами из клумбы под лугами, в воздухе витает цитрусовый запах духов Си.       Здесь хорошо и спокойно и разуму, душе, и сердцу.       Но у Саммерса нет времени на исполнение обещания — пока он только примеривается, как подступиться к младшему брату, звонит мама, звонит и плачет.       — Пожалуйста, приезжай, Алекс. Скотт, он… Он разнёс половину школы.       — Он тоже?..       — Да, — отвечает мама на неозвученный до конца вопрос. — Ты там нам нужен. Ему нужен.       И Алекс приезжает. Скрещивает руки на груди и оценивает поведение родителей — отец сдержан, но волнуется, мама мелко дрожит, хватает его за руку.       — Мы пытались с ним поговорить, но это же…       — Скотт, — заканчивает он за них, хмыкает и направляется к лестнице.       Так Скотт Саммерс попадает в школу Ксавье для одаренных подростков. Становясь невольным участником перепалки Скотта и Джин, Алекс испытывает чувство дежа вю — у них всё тоже так с Сиеррой начиналось — и усмехается.       Но Скотт истолковывает это по-своему, решив, что старший брат над ним насмехается.       — Чего ты усмехаешься? — ворчит он.       — Ты же не видишь.       — Я всё прекрасно слышу и чувствую, — заявляет Скотт.       — Теперь-то ты обязан остаться — нужно помочь Скотту освоиться, — подмигивает и улыбается Алексу Хэнк.       Алекс и впрямь остаётся — вот только не думает, что это будет так.       В школе появляется Апокалипсис, и всё меняется.       Не только для него.       Скотт знает, что у него есть старший брат. Родители не скрывают, что у них есть ещё один ребёнок (он ведь не совсем нормальный).       Скотт знает, что есть Алекс, он просто взрослый.       — Он работает и встречается с девушкой. Ему не до нас, — отвечает как-то мама на вопрос Скотта: «Почему мы не приглашаем Алекса на ужин и на выходные?»       Но Скотт чувствует — что-то не так. Он помнит старшего брата, а потом тот куда-то исчезает и куда — непонятно.       Разнося школу, Саммерс невольно понимает, почему с Алексом мутная история — Алекс не был человеком.       Кажется, таких называют «мутантами».       Он это понял по реакции родителей: «Неужели он тоже?»       Тогда-то, когда привычный мир разваливается, появляется Алекс в светлой куртке и солнцезащитных очках. Появляется, толкает «речь старшего брата» и что-то говорит о школе, в которую ехать не очень хочется, но Скотт понимает — только там могут помочь, потому что имеют дела с мутантами.       — Что это за школа? — интересуется он в машине.       — Школа для одарённых подростков Чарльза Ксавье.       — Одарённых? Это не дар, это проклятие.       Алекс не согласен.       — Зависит от того, как к нему относиться.       — И что со мной будет?       — Тебя научат контролировать силу, — Алекс стучит пальцами по рулю в такт песни, — и ты сможешь вернуться в общество к людям. А можешь после обучения остаться в школе и стать преподавателем.       Скотт переваривает его слова. Переваривает и тогда, когда знакомится с Хэнком и Джин. С Джон знакомство получается не очень красивым, но Скотт зол, растерян и понятия не имеет, что со своей даром-слэш-проклятием делать. Он не может видеть, но слышит весёлые голоса других учеников; некоторые возбуждённо обсуждают заданные им проекты, другие идут и обсуждают, как получилось сделать то или другое со своей силой.       — Здравствуйте, мистер Саммерс!       — Здравствуйте!       Скотт слушает, как Алекс здоровается с учениками и по его голосу понимает, что брату здесь нравится. Значит, должно понравиться и ему — должен же он хотя бы раз в жизни положиться на старшего брата? Так почему бы не сейчас?       Ему хочется узнать Алекса получше. У них схожие способности, и, судя по всему; он не просто «работает и встречается с девушкой», как ему говорили родители. Скотт не знает, чем занимается Алекс на самом деле, но царевен — не в офисе клерком сидит.       Хочется быть частью этого мира.       — Мне нужно отъехать ненадолго с Чарльзом. Постарайся не найти себе неприятности.       — Сделаю всё, что в моих силах, — кивает Скотт.       — Этого я и боюсь, — вздыхает Алекс.       — Алекс! — зовёт его из машины Ксавье.       — Будь хорошим братом, — последнее, что произносит Алекс, прежде чем сбежать по лестнице.       — Повеселись, — говорит ему Скотт.       Но «веселится» не только Алекс. «Веселится» вся школа, когда сначала появляется Апокалипсис со своими Всадниками, среди которых замечают не только Эрика Леншерра, но и Лотти Ксавье. Потом к ним заглядывает Страйкер со своими военными.       Скотт помнит — обещал никуда не влезать, но действует ли обещание, которое ты дал тому, кто сейчас находится без сознания?       — Прости, большой брат, но иначе я не могу, — и вместе с Джин и Куртом ввязывается в авантюру, благо Хэнк успевает преподнести ему очки.       Алекс не видит смысла на него злиться — напоминает ему самого себя, вдобавок, ещё тот упрямец. Это у них семейное.       — Нравится комната?       Скотт оборачивается — на пороге стоит Алекс.       — Да. Непривычно, правда, что буду с кем-то её делить, но, надеюсь, с Куртом не возникнет проблем.       — Станешь преподавателем — получишь отдельную комнату.       Скотт хмыкает.       — Я и преподавать?       — Почему нет.       — Ты уезжаешь? — он замечает, что на Алексе куртка, а в руке — сумка.       — Я…       — Нет, — в комнату входит темноволосая девушка в коричневых сапогах и кожаной юбке и фиолетовой водолазке. Она обнимает Алекса за талию. — Он решил остаться, а это так, выбрасывает ненужное.       — Да, — взгляд брата теплеет, и он смотрит на неё. — Она права.       — Всегда права, — девушка протягивает Скотту руку. — Мы не успели познакомиться. Сиерра Адамс, преподаю химию, а ещё…       — …моя девушка, — заканчивает за неё Алекс, хмыкая.       — Тебе понравится в школе, — заверяет Скотта Сиерра. — Ладно, я пойду, мне ещё нужно помочь Хэнку. Рада была познакомиться, Скотт.       — Взаимно.       Сиерра напоследок одаривает их улыбкой и выходит из комнаты так же, как и вошла — бесшумно и быстро.       Алекс и Скотт смотрят друг на друга.       — Нам предстоит много работы, — говорит Алекс, и это он сейчас не о тренировках. — Ты готов?       — Готов.       Алекс кивает и следом улыбается.       И Скотт думает, что этой школе точно стоит дать шанс.