Новая жизнь. Попаданец в майнкрафт.

Меня резко сжало до невероятной степени, пока я не ощутила себя не больше чем клубком тускло подсвечиваемого света, который мог бы уместиться примерно в детской ладони, настолько маленьких размеров я стала. Я снова оказалась в знакомом по ощущениям тëмном пространстве, но теперь оно ощущалось по-другому. Если раньше мне было достаточно нервозно здесь находится и пространство словно бы немного неряшливо и торопливо сбагривало меня, то теперь здесь так...спокойно? Я словно просто прохожу по заезженному в моей памяти пути, который запомнила как и я сама, так и сам путь уже привык к моему прохождению по нему. Спустя несколько мгновений тьма сменилась на слегка размытую картинку. Передо мной предстала поляна, усеянная цветами. Казалось бы, ей не было конца, настолько большая она была. Примерно посередине стоял маленький мальчик. Кажется, он такой же крошечный, как и те цветочки, которыми усыпанно всё поле. Ему максимум два года, не более. Мне хотелось бы разглядеть его более детально, но когда я пытаюсь это сделать, всё начинает казаться таким скользяще размытым. И что он забыл в таком большом пространстве один? Как только эта мысль была закончена, моё тусклое свечение стало заметно ярче и меня, будучи странным клубком света, начало стремительно притягивать к этому ребёнку. Не успела я опомниться, как я осознала одну важную вещь – теперь я часть этого ребёнка. С этим странным пониманием картина с полем сменилась на видение от первого лица.

***

Стремительно быстро пролетали незначительные события, вроде прогулок, приëмов пищи, попыток обучения... Нет, я не мог управлять телом, до меня, будучи в гуще быстро прокручиваемых событий доходили только чувства прошлого владельца тела. Я никак не мог по своему желанию вытянуть руку или пройтись от одного места к другому. Кстати о внешности, в отчем доме этого ребёнка всë-таки было зеркало. Не самое чистое, но этого было достаточно, чтобы малыш лез поглядеть на растущего себя, чем я и пользовался. На момент более-менее удачного изучения своей внешности в зеркале, ему близился третий год. Обычное круглое детское лицо, отцовская рубаха, достающая практически до самых ступней и маленькое тело. Тëмная копна волос была в достаточно растрëпанном виде, а тëмно-карие глаза были полны детского озорства. Воспоминания летели один за другим– первый страх, первый ушиб, первые прочитанные, в какой-то потрëпанной от времени книги, слова, первая прогулка по лесу вместе с матерью.... Кстати о родителях. Отцом был обычный мужчина лет тридцати. Слегка смугловат, крепкий физически, с тëмно-синими строгими глазами, с оттенком волос, похожим на тëмно-русый, волосы коротко стрижены. Мать, такая же обычная женщина, примерно такого же возраста, с бледным оттенком кожи и зелëными глазами, длинные волосы каштанового цвета. Возможно у кого-то из прошлых поколений этой семьи были карие глаза, ну или ребёнок был рождён от другого мужчины. Не думаю что есть ещё варианты объяснения причины, по которой у этого тела с рождения такой цвет глаз.

***

Однажды, пролетающие картинки словно со скрежетом в первый раз затормозили. Моё нутро поджалось, в такт эмоциям мальчишки. —Сатурн, иди быстрее сюда! Чëрт, чëрт, чëрт, наше совместное волнение чуть ли не разрывает меня на части. . . . —Это твой младший брат – Стив. Хочешь подержать его?

***

Всё остальное переживалось достаточно быстро. По крайней мере, я могу отметить, что спустя полгода после рождения Стива, Стардаста решили поставить на роль няньки для младшего брата, а по достижению шести лет начали пытаться обучать владению оружием, его изготовлением, добыче ресурсов, охоте и тому подобному. Изготовление оружия и охота ему не удались. Если охотится на животных он просто не мог морально, то изготовление оружия просто всегда заканчивалось либо травмами, либо просто испорченными материалами. Отец был крайне недоволен, но смирился и отбрехался мыслью о том, что пусть и жалко, но мясо и оружие при необходимости можно просто купить. Владеть мечом он мог вполне сносно и терпеливо учился, но естественно, отца он победить не мог. Иной практики не было. От мысли об убийстве животных мальчика трясло, а к ,снующим по тëмным лесным углам, монстрам меня не подпускали. Попытки в обычные физические упражнения выглядели достаточно жалко. Бегал он медленно, отжаться мог едва ли дважды, при подтягивании на толстой ветке дерева руки начинали трястись, а ладони при падении сдирались об кору. Ресурсов было довольно много, особенно угля и меди, поэтому в силу доступности и даже относительной безопасности, было решено обучать добыче маленького Стардаста. Это было вторым, что у него неплохо получалось. На ресурсы действительно, как и в игре, можно было просто спонтанно наткнулся среди киллометровых природных стен булыжника. Относительно граммотной была только мать. Да, отец мог считать добычу, деньги, читать надписи на прилавках, но совершенно недоступными для него были те же книги, свитки и прочие объëмные записи. Даже тому, что он уже умеет в этом плане, его в своё время научила мать Стардаста. Она была обучена в какой-то из далëких от этого места церквей и планировала остаться там на всю жизнь, но позже передумала и ушла искать себе другое дело жизни. Некоторое время была помощницей пожилой ведьме, примерно до того времени как практически во всех обжитых местах резко не приняли закон о том, что любое язычество, шаманство, зельеварение, заклинательство и им подобное является непочтением правящей власти в поселениях, прислуживанием дьяволу и должно караться сжиганием самих деятелей подобного, всего их имущества, семьи и прислужников. Её учитель была сожжена, но сама она смогла сбежать и остаться в целости, затаившись среди поселения с жителями. В те времена закон был достаточно сырым и неустойчивым, поэтому тотальной погони не случилось. Зато сейчас, при малейшем признаке колдовства и отсюда вытекающих, никто не сможет далеко уйти живым. Это всё было рассказанно по-секрету матерью и было чётко сохранено в памяти Стар-а. В те времена и жители были более разумными. А теперь они были достаточно глупы, скупы и напоминали своим интелектом лишь торгующих животных, которые пытались выстроить себе поселения. И у них это получилось. У большинства из них даже есть големы, которые вполне могут убить как монстра, так и незадачливого вора. Мне же оставалось лишь впитывать, вливающуюся в меня информацию. Грамота давалась немногим лучше чем физические упражнения, но в отличии от изготовления оружия, тут могут пригодиться и мои небольшие познания. А они, как не странно были. Здесь не было какого-то определëнного языка. Просто замысловатые символы читались мною так же привычно, как и русскоязычные тексты моей прошлой жизни. В то время как сам Стардаст пусть и старался, но читал и писал так же неважно даже когда ему исполнилось четырнадцать. Так же он не то чтобы любил убираться, но это вошло в привычку, когда он прибирался в доме, чтобы хотя бы сделать видимость что он не сидит без дела. Он не был ленивым, но часто оттягивал время относительного отдыха до того, как на него снова свалятся тренировки с отцом. Животное хозяйство он как и я сам, не очень умел вести, но с небольшим количеством животных справлялся исправно, особенно при наличии прямых указаний. Готовить он вполне умел, поэтому как мог помогал своей матери в этом, пока она старалась закупиться теми или иными необходимостями на рынке, смотрела за младшим ребёнком, штопала старую одежду и так далее. По крайней мере стандартные в этой семье хлеб, печëная картошка, мясо и рыба не считались чем то сложным.

***

Спустя два месяца после того как Стардасту исполнилось шестнадцать, скачущие воспоминания замедлились во второй раз. Всë поселение полыхало голубым пламенем, а там где не было огня, сновали вооружëнные люди в ,явно железной, броне. Со всех сторон доносились возгласы умирающих жителей. Кто-то сгорал заживо, а кого-то добивали теперь вооружëнные люди. Моë существо пульсировало и металось от страха. Как моего, так и уже подросшего мальчишки. В этот день его отец пообещал попробовать с ним осваивание стрельбы из лука. Стардасту же до этой поры поручили сходить к лесу, разведать, много ли там монстров и по возможности справиться с ними. Для этого у меня был каменный меч, недавно подаренный отцом, привязанный к поясу. В то время мать с отцом оставались дома с младшим братом. Что? Дома...с младшим братом? Дальше мы уже бежали к нашему дому. Чем ближе мы были, тем больше разрушений было на нашем пути. От домов практически ничего не осталось. Только угли. До нашего дома огонь только начал добираться, возможно они ещё живы... Не успел он толком ничего сделать, как оглядываясь на подбирающихся к остаткам от нашего дома людей, Сар-у в одно мгновение надели что-то на шею, толкнув ко мне в руки младшего брата и крикнули бежать. Стардасту лишь оставалось перехватить плачущего ребёнка крепче за руку и бежать что есть сил в противоположную от поселения сторону. На следующий день их родителей публично казнили в большом городе недалеко от сгоревшего поселения.

***

После этого события, ход воспоминаний снова был стабильно ускорен. Стардаст и Стив позже смогли найти себе новый дом, жили вместе и как могли заботились друг о друге. Когда Стардасту было восемнадцать, а Стиву шестнадцать, их пути разошлись. Им просто с годами стало тесно и неуютно жить друг с другом под одной крышей. Стив надеялся, что Стар просто найдёт себе или Стиву отдельный дом, но он просто ушёл. Предупредив и объяснив, что тот хочет просто уйти и найти себе новое место и начать новую жизнь. Стив был обижен на это и не стал даже пытаться отговаривать старшего брата. Хотя Стардаст на самом деле сразу же отказался бы от своей затеи, если бы Стив сказал хоть слово против. Но этого не произошло и в следствии их связь была разорвана. Он ушёл куда-то в неизвестную деревню жителей и полтора года жил в той землянке не имея практически ни еды ни денег и в один из однообразных дней, когда он вышел а лес чтобы по-убивать мобов, к тому времени уже практически сломанным каменным, мечом, он сломался и Стардаст остался безоружен и был убит монстрами в свои девятнадцать лет. И за всё это время он даже не поинтересовался что именно ему в тот день побега с братом повесили на шею.

***

У меня в руке на снятой с шеи верёвочки висел клочок пергамента. Это был рецепт зелья регенерации. Похоже новая жизнь обещает быть не самой спокойной?