И имя ей "Утренняя заря"....

Глава 4. Распределение. Возле поезда нас встретил высокий мужчина, как выяснилось это был лесничий Хагрид. Он собрал всех первокурсников и переправил на лодках к Хогвартсу. / POV: Аврора / Хогвартс огромен и пропитан древней магией, он хранит в себе множество тайн, которые уже не терпится исследовать. За размышлениями я не заметила, как мы остановились. Дверь распахнулась. За ней стояла высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зелëных одеждах. Лицо её было очень строгим. — Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Она повернулась и пошла вперед, приказав первокурсникам следовать за ней. Они оказались в огромном зале — таком огромном, что там легко поместился бы дом среднестатистических маглов. На каменных стенах — точно так же, как в «Гринготтс», — горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи. Они шли вслед за профессором МакГонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, был слышан шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа. Но профессор МакГонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик, где толпе первокурсников было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но, прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. — Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо. Стоило профессору уйти, как помещение наполнилось тихими перешёптываниями. Мы с Римусом стояли в углу помещения, не желая тесниться с остальными, и тихо делились первыми впечатлениями. – Рори, мне кажется или тот тëмноволосый мальчик тебя знает? Смотри как прожигает взглядом, – я проследила за взглядом Римуса и тяжело вздохнула. Это был Северус Снегг, он же Принц по матери, полукровка, потерявший всё ещё до рождения по глупости матери. Нет, я, конечно, ничего не имею против смешения крови с маглами, но мир волшебников жесток и ошибок не прощает. А именно ошибку совершила Эйлин Принц, выйдя замуж за магла и этим оскорбила древний род волшебников, с которым была заключена помолвка. К тому же, дядя говорил, что и в браке она была несчастна, что подтверждает зашуганный вид Северуса. – Это мой дальний родственник, Северус Снегг, но мы виделись всего раз. – Почему? Вы в плохих отношениях? – я посмотрела на Римуса и снова задумалась. Мы с ним виделись всего раз, в Мэноре, нам было лет по пять. Он пришел с Эйлин и пока они с дядей беседовали за закрытыми дверями кабинета, мы пили чай в гостиной под присмотром домовика. Снейп уже тогда был бледным, молчаливым и обозлëнным на весь мир. А в особенности на чистокровных волшебников, это было очень заметно, как по взгляду волчонка, которым он смотрел на дядю, так и по злости, наполнявшей его, когда Снегг видел мою новую мантию или полный стол угощений. Я тогда смотрела на новоприобретённого родственника с сочувствием, которое он возможно принял за жалость, что задело его гордость. На самом деле, их визит продлился не долго, как позже рассказал дядя, новоиспечённый госпожа Снегг приходила попросить покровительства нашего рода, и дядя согласился, но с условием что она разведется, сотрет память бывшему мужу и больше никогда не будет с ним пересекаться. Только в этом случае дядя смог бы дать им защиту рода, но Эйлин отказалась, так как это означало бы, что она признаёт этот брак ошибкой и теперь приползла просить помощи у дальних родственников. К тому же это сильно бы ударило по её гордости, а гордость, как выяснилось ранее, самое больное место у волшебников. Поэтому она не смогла согласиться, даже ради будущего собственного сына, прекрасно понимая, что без поддержки рода ему будет сложно как в плане магического развития, так и в плане общественного отношения к нему в будущем. – Скажем так, Римус, из-за фамильной гордости и ошибок прошлого у нас с Северусом нет никаких отношений, – и перевела взгляд на Люпина. – ...Вот клоуны, – мой взгляд наткнулся на мальчишек в другом углу зала. – Кто? – на этот раз Римус проследил за моим взглядом. В той стороне находились двое мальчишек, один из них был кучерявый шатен в очках, а рядом с ним стоял сероглазый брюнет. Они громко травили шутки ничего не смущаясь и вокруг них уже собралась небольшая компания из мальчишек и девчонок. – Ты знаешь их? – Римус нахмурился и как будто прислушиваясь к своим ощущениям. – Они кажутся неплохими ребятами. – Лично не знакома, но будь осторожен, что Поттер, что Блэк, хоть и кажутся безобидными мальчишками на первый взгляд, на самом деле всё не так просто, –хмыкнула я. – Как ты поняла, кем они являются, если не знакома с ними? – он с интересом посмотрел на меня, и я улыбнулась в ответ. – На самом деле всё просто, чистокровных волшебников видно сразу и даже если ты сейчас осмотришь толпу, то сразу заметишь рыжеволосую Пруэтт или в углу стоящего Лавгуда: у них волосы белые почти седые. Так же и Поттеры с Блэками имеют свои отличительные черты. Одни, все поголовно брюнеты с серыми глазами, за редким исключением. Другие кучерявые, с тëмно-карими глазами. К тому же все по мужской линии с плохим зрением, что на удивление не портит их боевые навыки. Чего только стоит нынешний лорд Поттер с его ужасающей мощью и беспощадностью к врагам... – Я об этом читал: каждый древний род обладает своими отличительными признаками, но есть же и маглорожденные с похожей внешностью. – Ты прав. Кроме внешности, есть ещё и магия. У каждого из нас она разная, и все мы по-разному чувствительны к ней. Если сравнивать в боевом плане, то, то что для чистокровного покажется щекоткой, для маглорожденного может оказаться смертельно. Да и фоним мы по-разному. – Иными словами, что для тебя покажется щекоткой, меня отправит в госпиталь, а маглорожденного может убить. – этим мне и нравится Римус, умные люди вообще прекрасны. – Да и магический фон у чистокровных сильнее, но и дури больше. – Твоя правда, магия в нас сильнее, но и обуздать её сложнее. Уже боюсь представить, что будет тут твориться, когда у нас наступит малое совершеннолетие. – Что-то крышесносное и неконтролируемое, – Люпин повернулся ко мне, и мы рассмеялись. – Скажи, а это правда, что все в твоем роду видят и управляют магическими потоками так хорошо, что вам ритуалы магов крови в подметки не годятся? – Ни то, чтобы не годятся, скорее стоят на ровне. Понимаешь, управление магическими потоками и так сложная наука, а мы её еще больше усложнили, открыв новые возможности. Из плюсов только особое магическое зрение. Мы с Римусом и дальше продолжали дискутировать на разные темы, не замечая, как минимум пять пар глаз, направленных в нашу сторону, пока не вернулась профессор МакГонагалл. — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной! Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потëртая и ужасно грязная. Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента. — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна! Девочка с косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже её глаза. А через мгновение... — ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. – Следующий, Лавгуд, Ксенофилиус! – из толпы вышел светловолосый мальчик и сел на табурет. Профессор опустила на его голову шляпу, прошло несколько секунд... – КОГТЕВРАН! – раздались спокойные аплодисменты со второго от левой стены стола. – Дальше, Поттер, Джеймс! – вот уж кто не волновался и бодро вскочил на стул. – ГРИФФИНДОР! – это было ожидаемо, он по праву рождения Гриффиндор и не важно, что носит другую фамилию. Так же были ожидаемы громкие и восторженные аплодисменты. – Тихо! Следующая, Стоунтбери, Аврора! – последнее, что увидела Рори, прежде чем Шляпа упала ей на глаза, был огромный зал. А затем перед глазами встала чёрная стена. — Гм-м-м, — задумчиво произнес прямо ей в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так! И хитрость, дааа, ты весьма сообразительна. Что же мне с тобой делать? Хм...определëнно…думаю…да...решено…ГРИФФИНДОР!!! Профессор сняла с меня Шляпу и я, под громкие аплодисменты, отправилась в сторону стола уже своего факультета, перед этим послав ободряющий взгляд переживающему Римусу. Я села за стол, на свободное место, оказавшись напротив Джеймса Поттера, место рядом с которым не долго пустовало, и вскоре было занято, до жути довольным Сириусом Блэком. При этом взгляд Поттера, направленный на меня, был до жути странный. Чует моя попа, что в дальнейшем это доставит мне много неприятностей, ну или по крайней мере приключений и не понятно, что хуже. Вскоре распределение закончилось и начался пир, а затем мы направились по гостиным. – Первокурсники гриффиндора, внимание! Меня зовут Фрэнк Лонгботтом, я староста факультета Гриффиндор. Сейчас мы отправимся в нашу гостиную, прошу не разбредаться и внимательно следить за лестницами! – и мы последовали за ним. Остановились у портрета Полной Дамы. – Чтобы попасть в гостиную нужно назвать пароль, он меняется каждую неделю. Внимательно следите за доской объявлений и не разглашайте пароль другим факультетам. На этой неделе пароль «Храбрость». – Верно, проходите. Фрэнк показал девочкам и мальчикам где находятся их спальни. Я попрощалась с Римусом и поднялась по винтовой лестнице — очевидно, комната находилась в одной из башенок. Здесь стояли три больших кровати с пологами на четырёх столбиках, закрытые тёмно-красными бархатными шторами. Постели уже были постелены. Все оказались слишком утомлены, чтобы ещё о чём-то разговаривать. Поэтому я, с ещё двумя соседками, натянула пижаму, решив оставить знакомство на утро и легла спать.

......