Последняя встреча

Трудный рабочий день очень сильно сказался на состоянии Альбуса. Сегодня Министерство магии решили навестить его и разузнать о Геллерте Грин-де-Вальде. Будто бы я сам знаю, где Гриндевальд скрывается, подумал Альбус. В знак вполне допустимых скрытых действий, они ограничили магию Альбуса специальными браслетами, для подстраховки, так сказать… Навряд ли они поверили ему, что Дамблдор давно не видел виновника сея торжества, происходившего вне стен Хогвартса. В его душе преобладала нескрываемая тревога, нежели спокойствие за своего бывшего друга. Геллерт, от которого он скрывался и не видел с юношества… Хотя, кого он обманывает? Альбус прекрасно видел блондина на фотографиях в страницах ежедневного пророка. Мужчина, что находился на них, в моменты «зрительного контакта» глядел Дамблдору, казалось, в самую душу, отчего в ней скребли кошки, точа свои когти. Альбус отрёкся от идеи Общего блага. Но почему? Да потому что понял, в конце концов пути достижения целей у него с Геллертом различаются. Кардинально. Это пугало и огорчало. Глубоко набрав воздуха в лёгкие и выдохнув его в те же несколько секунд, мужские мягкие руки буквально содрали первых несколько пуговиц на воротнике рубашки, горловина которой словно душила Дамблдора, как змея. На его лбу и следом на шее выступили капельки холодного пота, и мужчина в спешке убрал их платком из кармашка на груди жилетки. «Что это…? Неужто новый трюк Министерства? — предположил он, — Если так… то все пути и выходы перекрыты. Остаётся только ждать и бездействовать, чего я очень не люблю…» Постепенно наступала ночь. Солнца ушло за горизонт, забирая за собой весь дневной уют. Альбус находился в кабинете защиты от тёмных искусств (ЗоТИ) за своим рабочим, учительским столом, проверяя пергаменты своих учеников, пока силы ещё оставались. Работу же никто не отменял. --- Невольно, проверяя одну из работ, он вспомнил одного из своих учеников… это было года четыре-пять назад. Ньют Саламандер. Славный был ученик, да что уж говорить, волшебник из него стал ещё лучше. Он живёт, изучая фантастических животных. Очень они нравятся и по сей день ему. Он один из лучших знатоков животного мира во всём магическом мире. Характеры Ньюта и Альбуса были очень схожи, из-за чего они сблизились, становясь друг другу доверенными лицами, готовыми помочь друг другу в любой жизненной трудной ситуации. --- Возвращаясь в реальность, Дамблдор уставился на размашистый — под углом сорок пять градусов — почерк, выведенный пером. Почерк показался ему знакомым… Альбус медленно перевёл взгляд на подпись того, кому принадлежала эта работа. Мужчина удивился и, кажется, потерял дар речи. В углу пергамента стояла подпись с знаком Даров Смерти. Бумага тотчас же сгорела дотла, испарилась. — Давно не виделись, Альбус, — донесся бархатный голос где-то с начала кабинета, около входа, полный спокойствия. В кабинете царила тьма и освещала лишь рабочий стол Дамблдора одна маленькая свеча, стоящая на деревянной поверхности. Голубоглазый шатен, сидевший чуть ли не уткнувшись носом (будто под лупой) в тот самый исчезнувший несколько секунд назад пергамент, медленно поднял голову, чуть сощурившись. Огонь свечи освещал лицо Дамблдора, придавая ему тень и живность. — Геллерт. Какими судьбами? — натянуто улыбнувшись, начал Альбус. — Только не строй из себя того, который ничего не понимает, — устало произнёс Грин-де-Вальд, вальяжно проходя меж рядами поставленных ученических парт. — Воу, а Хогвартс отличается от Дурмстранга, — продолжил блондин, разглядывая кабинет. Всё это время Альбус не сводил с бывшего друга своего пронзительного взгляда, который Грин-де-Вальд чувствовал всем своим нутром, отчего хотелось подойти впритык к Дамблдору и сказать что-то на подобии: «Хватит пялиться, давай сделаем то, чего так долго ждали!». Но вместо этого, он уставился на Альбуса в ответ точно таким же взглядом что и тот, будто изучая причину визита и одновременно с этим сдерживая себя от чего-то большего. — Что? — спросил Геллерт, прерывая затянутые размышления Дамблдора. — Что ты здесь делаешь? — вопрос на вопрос. Альбус, отличная тактика! Только… была ли она у него.? — Навестить своего старого друга. А что, это стало под запретом? — наклонив на бок голову, поинтересовался Грин-де-Вальд, оперевшись упругой задницей о парту и уставившись на Альбуса. — Нет, конечно. Но подозрительно. Спустя столько лет ты появляешься здесь, со своей изменившейся репутацией и… заявляешься ко мне в кабинет, на ночь глядя, стоя со своей, — Дамблдор жестикулировал руками, пытаясь ими объяснить и продолжить своё предложение, — в общем, ты понял. — Ты робеешь, Альбус. Снова и снова. И это в тебе не изменить, не отнять. Именно поэтому ты мне понравился, — последнее он сказал тише, чтобы Альбус не услышал. — Но что ты только что хотел сказать? Что я после того несчастного случая исчез, как прошло много лет и я заявился сюда, в твой в кабинет, на ночь глядя, — повторял он слова Альбуса, — светя своей замечательной задницей, которая тебе безумно нравится. Не стесняйся, говори, мы одни. — Даже у стен есть уши… — смутившись, залился краской Альбус, — но ты прав, Гел, как всегда прав… — Тогда чего мы ждём? Геллерт медленно и нотами грациозности, как хищник, шёл к своей давно запримеченной добыче. Альбус оставался сидеть на месте. Сил, а уж тем более желания сопротивляться, не было. Скрывать, что Альбусу происходящее сейчас не нравилось — не нужно было. В его глазах читалась заинтересованность и полная покорность Геллерту, который тем временем подкрался к Дамблдору на расстоянии этого стола, стоящего как преграда. Блондин чуть нагнулся, а его рука потянулась к воротнику рубашки партнёра, за которую он её потянул на себя, слившись в сначала простом прикосновении губ, потом более углубленном поцелуе, переходящим в страстный, при котором Геллерт — повторюсь, как зверь — оттягивал губу Альбуса, прикусывая её, чувствуя вкус малого количества металла во рту. Альбус издал характерный стон. Кажется, сейчас их ждёт то, чего хотели оба долго хотели и ждали очень много лет, представляя о своей долгожданной встрече. — Но для начала, — помедлил Геллерт, с томным желанием в глазах смотрев на Альбуса, предвкушающего большего. Грин-де-Вальд мягко берёт ладони Альбуса в свои и, прикрыв глаза, полушепотом читает заклинание. — Что ты хочешь сделать? В один миг, браслеты, ограничивающие магию Дамблдора, раскрылись и испарились. — Так- то лучше, мой дорогой друг, — усмехнулся и продолжил.

***

С помощью всеми любимой трансфигурации, возлюбленные провели жаркую ночку в комнате Альбуса, но перед этим наложили всевозможные заклинания, дабы никто им не смог помешать и услышать в любой части замка. Даже за его пределами… Когда наступило ранее утро, птицы ещё не пели, а жизнь вновь не возобновилась, Геллерт проснулся первым. День, похоже, выдастся очень продуктивным, что, возможно, волшебник даже мухи не обидит. Геллерт улыбнулся своим мыслям и переключил своё внимание на Альбуса, лежавшего почти полностью на нём, обнимая за талию как большого плюшевого медведь, явно не намереваясь его выпускать из своих крепких объятий. Со стороны это выглядело безумно мило. Мило. Слово, которое на первый взгляд Грин-де-Вальду было чуждо, но это не так. Обстоятельства и цель сделали его таким, а потом и общество маглов, Министерство магии… На самом деле, в нём есть положительные качества, кои смог же увидеть Альбус. В нём есть добро, как бы банально или безумно не звучало. Грудь мужчины размеренно поднималась и опускалась, в попытке не разбудить Альбуса от желающих глубоких, резких вздохов. Но вдруг у него появилось новое желание: пропустить пальцы через русые короткие пряди волос на голове. Да, так он и сделал и ему это безмерно понравилось. Он готов это был делать каждыми днями. Но эти действия разбудили Дамблдора. — Ты здесь, — чуть тише обычного сказал Альбус, слегка помотав голов. — Я здесь, — повторил Геллерт, сосредоточено выполняя своё маленькое дело. — И не ушёл, — пустил вздох профессор. — Не ушёл, — вторично произнёс, теперь уже переведя взгляд куда-то в окружающее их пространство. Альбус не хотя освободил любимого от тяжести своего тела, облокотился на локти и уставился на Геллерта. — Что с тобой? — подал голос он, переживая. Грин-де-Вальд посмотрел пристально на Альбуса, мотнул головой и ответил, протянув руку к лицу шатена, дабы пригладить кожу, но Дамблдор перехватил её, поцеловал и скрепил их руки в замок. — Всё в порядке, не волнуйся, но… Он остановился, прикрывая глаза, опять. — Тебе нужно уходить, я понимаю. Когда мы встретимся вновь? — Не знаю, Ал… я не знаю… Он предполагал, что это будет последняя в их жизни такая встреча, потому что в мире маглов и волшебников творится по тихоньку хаос и… возможная для него с Альбусом последняя битва, которая принёс мир или полную катастрофу. Тут поможет только Мерлин.