Скрытые прелести фигурного катания

      Ледовая арена шумит. Затем звучит музыка, и тоненькая изящная фигуристка начинает свой прокат.       — Она выполняет дорожку шагов, смотри Уилл, скоро должен быть прыжок.       Ганнибал воодушевлен. Его взгляд, не отрываясь, следит за происходящим на экране. Ему явно нравится.       — Молодец! — восклицает Лектер и хлопает в ладоши.       Кажется, спортсменка выполнила все хорошо.       Если честно, Уилл ничегошеньки не понимает в этих тулупах, лутцах и флипах. И с правилами фигурного катания едва знаком. Он вообще никогда не смотрит подобные соревнования. Бог знает, зачем Грэм поддался на уговоры соседа и согласился посмотреть с ним прямую трансляцию с Чемпионата Мира.       — Уверяю тебя, — клялся Ганнибал, — тебе понравится. Я смогу открыть для тебя всю прелесть фигурного катания.       Юная фигуристка заканчивает свою произвольную программу, застыв в драматичной позе. Зрители ликуют. Кажется, у Лектера на глазах блестят слезы.       — Это было восхитительно, — шепчет он. — Музыка замечательная и прокат — тоже.       Грэм мычит что-то в подтверждение, боясь показаться бесчувственным чурбаном. Ганнибал пытается объяснить ему что-то про вращения и прыжки, про технику и выразительность программы. Уилл честно старается вникнуть, но это все настолько далеко от него, что просто не проникает в его разум.       Он вообще любит лыжные соревнования и всегда смотрит только их, неважно Олимпиада это, Чемпионат Мира или какие-то отборочные гонки. Сам Грэм не очень-то и спортивен, мало разбирается в других видах спорта, но именно на фоне интереса к просмотру соревнований они как-то разговорились с соседом.       Ганнибал Лектер был очень занятым и очень интригующим человеком. Уилл шапочно познакомился с ним после переезда в Балтимор, около года назад. Лектер выглядел сущим пижоном, одевался с иголочки и раскатывал на новеньком Мерседесе. При этом жил в их довольно скромном районе. Он уезжал рано утром и возвращался поздно вечером. В выходные его частенько не было дома. Они здоровались только номинально, при встрече. Но Уиллу хотелось знать о Ганнибале больше и пообщаться с ним поближе, но он отчего-то робел.       Как-то сосед зашел за солью и увидел, что Грэм смотрит лыжную гонку. Слово за слово и вот они уже болтают на отвлеченные темы и ходят друг к другу поужинать.       Лектер оказался даже более любопытным, чем предполагал Уилл. Он работал психиатром, имел свой офис в центре Балтимора. Увлекался высокой кухней, плаванием и между всеми этими занятиями успевал посещать тренировки.       Ганнибал участвовал в любительских соревнованиях по фигурному катанию как одиночник. У него имелись награды и кубки, и даже опыт выступления на международном соревновании. Именно поэтому Ганнибал смотрел все, что было связано с фигурным катанием. Казалось, он знал все и всех, в том числе тренеров и спортсменов с непроизносимыми русскими фамилиями.       Грэм давно обещал посмотреть с Лектером чемпионат и теперь, когда это время настало, то немного жалел об этом. Фигуристки сменяли друг друга, они были разными, во всевозможных костюмах, катались под различную музыку, но Уилл в упор не понимал прелести фигурного катания. Ганнибал время от времени комментировал то судейство, то личность того или иного спортсмена или тренера, пересказывал скандалы и закулисные спортивные интриги. Только живой интерес Ганнибала и его остроумные замечания не давали Грэму заскучать.       — Ну, как? — спросил Лектер, когда трансляция, наконец, закончилась.       — Неплохо, — ответил Уилл, скрестив пальцы за спиной. Он бы никогда в жизни не осмелился сказать плохого слова о фигурном катании, глядя в блестящие восторгом глаза Ганнибала Лектера.       — Отлично! — вдохновился тот. — Тогда в следующий раз я приглашу тебя на свое выступление.       Лектер вскочил и встал в позу, будто вот-вот начнется его прокат. У Грэма чуть челюсть не отвалилась от удивления, настолько изящно и легко проделал это Ганнибал. Напевая под нос мелодию, он исполнил несколько танцевальных па по гостиной Уилла и закончил все пируэтом.       — Знаешь, я раньше танцами занимался, поэтому у меня хорошая подготовка для фигурного катания, — поделился Лектер.       Уилл смотрел на него во все глаза. Он и раньше отмечал отличную фигуру соседа, его ладные ноги и крепкий зад (черный спортивный костюм в облипку сидел на нем просто потрясающе), но увидеть своими глазами выдающиеся способности Ганнибала — это превосходило все его ожидания. Эти мощные и легкие движения, эта грация! — кажется, Грэм немного возбудился. Он двух слов связать не смог, так и пялился на соседа плотоядно.       Тот же взял свою ногу и поднял выше головы.       — А еще у меня прекрасная растяжка.       У Уилла немного приоткрылся рот.       — Ты так и будешь смотреть или все-таки трахнешь меня? — спросил Лектер все так же удерживая позу.       Грэм вскочил с дивана и кинулся к нему едва не запутавшись в своих собственных ногах. Ганнибал рассмеялся, все-таки отпустил ногу и встретил спешащего к нему Уилла крепким поцелуем.       — О Боже! — только и мог простонать Грэм после того как их рты смогли оторваться друг от друга. Он и мечтать не мог, что сосед снизойдет до его скромной тушки, поэтому впал в некое подобие эйфории.       — Ой! — вдруг воскликнул Ганнибал, а Уилл почувствовал, как по подбородку поползло нечто теплое. — У тебя кровь носом пошла!       Когда удалось остановить кровотечение, то вернуться к прежней страстной атмосфере не удалось. В воздухе повисла неловкость. Грэму было жутко стыдно. Надо же, в такой ответственный момент так облажаться. Он перевозбудился, как сущий юнец.       — Чем займемся? — спросил он у Ганнибала, когда сумел немного прийти в себя. Тот внимательно на него посмотрел и стянул с себя тонкий свитер.       — Я так легко не сдамся, — заявил он. — Слишком давно хочу тебя в себе. Просто давай действовать постепенно.       Они постарались не торопиться, но слишком уж оба были на взводе. Пострадал в итоге не только нос Уилла, но и их одежда и частично мебель в гостиной. Повторного кровотечения избежать не удалось, но они все-таки сделали это: в спальне, в душе, на полу в гостиной, у стены в прихожей. Этот секс-марафон занял у соревнующихся практически четырнадцать часов с перерывами на еду и сон.       Оказалось, что у них было намного больше общего, чем они предполагали: взаимная симпатия и влечение также вошли в уже существующий список.       Ганнибалу удалось вырваться на работу только к следующему утру (после завтраки и приснопамятного секса в прихожей). Перед уходом ему вновь пришлось посетить ванную комнату, а затем долго прощаться с обезумевшим от их взаимодействия Грэмом. После контрольной серии поцелуев Лектер, наконец, открыл дверь и вышел на крыльцо.       — Теперь-то ты ощутил всю прелесть фигурного катания? — спросил он у пьяно на него взирающего Уилла.       Тот активно закивал головой.       — Еще как!       Ганнибал улыбнулся, махнул на прощание рукой и неуклюже посеменил к себе.       — Увидимся вечером, — пообещал он.