Дверь напротив

— Па-а-ап, просыпайся. Ну, проснись уже. Ты же обещал меня на карусельки сводить. Чанбин не без труда разодрал глаза. Сегодня выходной и он обещал дочке, что сводит ее на аттракционы, но просыпаться рано совсем не хотелось. — Минджу, сколько время? — Уже утро, — недовольно оттопыривая нижнюю губу ноет малышка. Бин смотрит на часы: 7:23 a.m. Он недовольно мычит и хочет залезть под одеяло с головой, но девочка не дает ему это сделать, оттягивая одеяло на себя. — Минджу-у, — хнычет мужчина, — еще очень рано. Никто не ходит в парк в такое время. Давай еще поспим. — Я больше не хочу. Вставай, ну пожалуйста. — Не унимается ребенок. У Чанбина утренняя проблема и он удерживает одеяло, которое так и норовит стащить с него дочь. — Дай мне десять минут и я встану. Иди пока умойся и зубки почисти. Я сейчас приду. Девочка, убедившись, что папа уже точно больше не уснет, убегает исполнять поручение, а Чанбин переворачивается на живот и вжимается пахом в матрас, тихо поскуливая в подушку. Длительное отсутствие секса дает о себе знать. После развода с женой больше года назад, он так и не смог завести хоть какие-то отношения. Стоит задуматься хотя бы о разовых развлечениях, тем более одна клиентка довольно-таки ясно дает ему намеки. Мужчина встает с кровати, как только напряжение в пижамных штанах становится меньше и, накинув на себя легкий халат, выходит из комнаты. Он готовит хлопья на завтрак, когда Минджу забегает на кухню и усаживает за стол любимого плюшевого зайца, а сама садится на соседний стул. — Опять хлопья? Бабушка говорит, что это вредная еда. Нужно варить кашу, — укоризненно поглядывает девочка на отца. — Кашу ты и в садике поешь, а папа тебе вот такие вкусняшки готовит, — пытается оправдать свою неспособность к готовке Бин. После завтрака Чанбин помогает своей четырехлетней дочери заплести волосы в обычный хвостик, наглаживает симпатичное платьице, чтобы Минджу выглядела опрятно, сам надевает обычные голубые джинсы и черную футболку, которая разглаживается сама, обтягивая крепкий торс. И после всех сборов они отправляются в парк развлечений. Погода по-летнему солнечная и желающих провести весело время на открытом воздухе предостаточно несмотря на ранее время. Минджу без устали бегает от одного аттракциона к другому, с удовольствием лопает сахарную вату и кормит ею отца. Еще при входе в парк она выпрашивает милые кроличьи ушки на ободке и конечно же не забывает про любимого папочку, который сначала хотел отказаться от этого аксессуара, но видя просящие глазки дочери соглашается и весь день носит их на своей голове. Мамочки с другими детьми и работники парка с умилением смотрят на эту «кроличью» парочку и перешёптываются, давая положительную характеристику ответственному родителю. После обеда в одном из кафе парка, они наконец-то отправляются домой. Как и следовало ожидать, нарезвившаяся Минджу уснула в машине, и чтобы не будить чадо, Чанбин взял ее на руки и понес в дом. Еще подходя ко входу в подъезд, он заметил грузовую машину, в которой стояли различные коробки, часть из них стояла тут же у подъезда. Видимо кто-то заселялся в их дом, а может наоборот. Уже поднимаясь по лестнице мужчина понял, что единственной квартирой в их доме, куда могли заселиться новые жильцы, была напротив его собственной. В пятиэтажном здании, было всего восемь квартир, на первом располагался магазинчик с товарами первой необходимости. Все жильцы жили тут давно и о переезде явно не помышляли, а вот соседская квартира меняла своих жильцов, чуть ли не каждые полгода. Хозяйка квартиры сдавала ее, и основными ее обитателями были бедные студенты или молодые парочки, поэтому зачастую они заселялись незаметно, приезжая с одним чемоданом и с ним же покидая временное пристанище. На сей раз жилец явно тут надолго, если уж привез столько вещей. Поднявшись на последний этаж, Чанбин убедился в своих предположениях. На маленькой площадке у стены стоит большой цветок, похожий на пальму, а прямо у дверей его квартиры башенкой стоят три коробки, перегораживая вход домой. Дверь в соседскую квартиру открыта и оттуда доносится шорох. Чанбин посмотрел на спящую Минджу и коробки, которые не отодвинуть, не потревожив сон дочери. Он проходит в прихожую соседской квартиры и откашливается. — Кхе-кхе, простите! — Не очень громко произносит Чанбин, чтобы привлечь внимание хозяина, но при этом не разбудить спящего на руках ребенка. — Ваши вещи мешают… Он не успевает договорить, как из глубины квартиры выходит молодой парень лет двадцати, с красивым лицом и осветленными волосами до плеч, собранными сзади в маленький хвостик. Он растерянно смотрит на Чанбина, потом на что-то поверх его головы, затем на Минджу. — Ваши вещи загородили проход, — поясняет Чанбин и машет головой в сторону своей квартиры. Парнишка округлил глаза и кинулся на площадку, убирать коробки. Со покинул чужую квартиру и подошел к своей. Парень уже убрал коробки в сторону. — Простите, — новый сосед поклонился. — Угу, — пробубнил под нос Бин и, открыв свою дверь, скрылся за ней. В прихожей он увидел свое отражение и выругался. На голове торчали розовые кроличьи ушки. Он совсем про них забыл и всю дорогу из парка ехал в машине с ними, а потом еще и к соседу заглянул. То-то парень на него смотрел странно. Чанбин улыбнулся своему отражению, вспоминая удивленный взгляд парнишки. Пусть думает, что хочет, зато им с Минджу было весело.