Живи выше своих страхов

Ужас захватил ее, удушающий и сводящий с ума. Ее сердце мчалось с бешеной скоростью, когда Ванда держала ее в своей магической хватке. Она слышала как Стивен и Вонг кричали, сначала, умоляя Алую Ведьму прекратить это безумие, а затем бросаясь с ней в сражение. Америка наблюдала, как источник ее недавней травмы, по сути, управляла ими, как будто не прилагая никаких усилий вовсе. Сначала она убила Вонга, сворачивая его шею в неестественное положение. Америка в ужасе закричала, ее дыхание перешло в панические, охваченные горем попытки вздохнуть. Стивен, на мгновение, замер в ужасе, перед тем как вернуться в бой с новоприобретенной яростью, и Америка этого не хотела, она хотела бы чтобы он позволил умереть ей, потому что тогда она хотя бы не увидит как он умрет тоже.. Она беспомощно рыдала от того, как Алая Ведьма, ожидая своего часа, отражала каждое заклинание, которое Стивен бросал в неё. Внезапно, она выкинула руку вперёд, и Стивен застыл, скованный магией хаоса, тем временем как Плащ отчаянно трепыхался позади него. Ванда повернула в воздухе рукой и он закричал. Америка плакала, пытаясь вырваться из собственных пут, крича Ведьме чтобы она остановилась, чтобы пощадила Стивена. Но она не останавливалась. И он продолжал кричать. А Америке пришлось всё видеть и слышать до тех пор, пока он наконец не обмяк в магической хватке, и его тело упало с глухим стуком. Она видела влажность вокруг его безжизненных глаз, которая навернулась от боли, и она зарыдала, пытаясь свернуться калачиком. Ее грудь наполнилась душераздирающей болью, или, возможно ее душа, на самом деле была разодрана, и всё остальное в ней было разбито на осколки. Рука ведьмы обхватила ее подбородок и подняла ее голову, заставляя посмотреть в безумные, удовлетворённые, зелёные глаза. — Ничего из этого бы не случилось если бы ты не убежала... Рука толкнула ее обратно и Америка зарыдала сильнее, потому что это была правда. Всех этих смертей и разрушений никогда бы не случилось если бы она умерла первой. Она уже не сопротивлялась, когда почувствовала притяжение своей магии, силу, высасывающую ее, потому что это было справедливо. Она заслуживало это. — Америка Она не заслуживала жить, после того как столько людей, во стольких вселенных, потеряли свои жизни пытаясь помочь ей, стараясь спасти ее. — Америка, проснись! Она бы умерла после того как потеряла свои силы, и может быть тогда, она могла бы найти упокоение в смерти, нашла бы своих родителей в загробной жизни и умоляла бы их о прощении за всё что она сделала, за всю ту боль что она причинила. — Америка! Она поймала ртом воздух, и ее тело приняло сидячее положение. Кашель сотрясал ее тело, пока она пыталась наладить свое дыхание. Ее грудь болела, глаза болели, всё болело. Болезненное рыдание застряло в ее груди, от чего у нее перехватило дыхание, и она запаниковала, борясь с простынями вокруг нее. —Америка, ребенок, пожалуйста успокойся. Голос прорывался сквозь дымку, знакомый, нежный и теплый, и она не могла поверить в это. Потому что она только что была свидетелем того, как обладатель этого голоса умер на ее глазах. Она подтянула колени к своей груди и зарылась головой, позволяя жалобным завываниям проскальзывать сквозь ее рыдания. — Это был просто сон, ты в безопасности, с тобой всё в порядке.— Она обхватила себя за плечи, сворачиваясь калачиком так сильно как только могла, ошеломленная и отказывающаяся верить, потому что это ощущалось так явно. Его крики всё ещё преобладали в ее разуме, мучительные и тревожащие, и только одна эта мысль вызывала в ней самой желание закричать. Тяжесть опустилась возле неё на кровать, медленно и осторожно, отчего она еще больше погрузилась в свою раковину. —Америка, пожалуйста, посмотри на меня. Она не хотела, она действительно не хотела, боясь, что увидит вместо него труп, смотрящий на нее, улыбающийся сквозь гниющую кожу и зубы. Но сглотнув, она чуть ослабила хватку на своих плечах, и осторожно подняла голову. Сквозь занавески пробивался ночной свет, освещая Стивена. Он выглядел живым и здоровым, голубые глаза вглядывались в нее с беспокойством, рука неуверенно блуждала в воздухе между ними, не зная куда опуститься. — Я здесь, это был всего лишь сон, — повторил он снова низким и мягким голосом, словно она могла сломаться от малейшего шума или движения. Она посмотрела на него еще раз, из глаз брызнули слезы. Он выглядел здоровым, не как труп. Так же, он определенно дышал. Что-то сломилось внутри нее, и она почувствовала, как новая волна слез хлынула из ее глаз, когда она прыгнула к нему, обхватив его руками как можно крепче. Стивен вскрикнул от неожиданности, но сбалансировал их обоих, его руки обняли ее в утешительном объятии. Одна рука лежала на ее спине, а другая нежно провела по волосам. — Всё хорошо, ребенок. — Америка тяжело вздохнула, прежде чем облегчённо всхлипнуть ему в грудь, вцепившись в его мантию и слушая его сердцебиение, как будто оно могло исчезнуть, ​​если она не будет продолжать проверять. Она уткнулась в его грудь, и он бережно обнимал ее, бормоча утешения. Они оставались так некоторое время, пока Америка, наконец, не перестала плакать и не успокоилась. Ни один из них не сказал ни слова за это время, в этом не было необходимости после ее первоначальной паники; ей просто нужно было его присутствие. Америка первая отстранилась, но ее крепкая хватка на его мантии не ослабла. Она поморщилась, увидев на ней влажное пятно - смесь ее слез и соплей. Ласковая, дрожащая рука убрала волосы с ее лица, заправив их за ухо, и она еще раз взглянула ему в глаза, возвращаясь к реальности. — Ты здесь, — Стивен улыбнулся. — П-прости, что разбудила тебя, — хрипло пробормотала она, в горле пересохло и царапало. Не прошло и минуты, как он наколдовал стакан воды и предложил ей. Она взяла его трясущимися руками, выпив залпом, после чего поставила на прикроватный столик. — Не извиняйся. Ты была вынуждена разбудить меня, ты сильно страдала, — в его голосе звучала тревога, а его рука мягко сжала ее плечо. Америка прикусила губу и опустила взгляд на свои все еще трясущиеся руки. — Ты хочешь поговорить об этом? — спросил он, мягко. Она сглотнула и закрыла глаза, сразу же увидев слишком яркие вспышки кошмара, слыша то, что не скоро забудет. Нет, она не хотела об этом говорить. — Не мог бы ты… остаться со мной, пожалуйста? — вместо этого спросила она, не глядя на него, из-за чувства вины, что беспокоит его чем-то вроде кошмара. Его руки переплелись с ее, и на этот раз она заставила себя посмотреть на него. — Я всегда буду с тобой, ребенок. Америка немного усилила хватку вокруг его рук, чувствуя прилив нежности в груди. Ее губы задрожали от новой волны эмоций, захлестнувших ее, и она постаралась больше не плакать. Стивен смотрел на нее с решимостью, и она надеялась, доверяла, и верила. — Спасибо, — выдохнула она и вздохнула, тяжесть спала с ее плеч, прежде чем она едва не схватилась за него опять, заменив боль, безнадежность, страдание комфортом, привязанностью и безопасностью. Она не могла спрятаться от своих страхов, но она определенно могла научиться жить выше них.