прости

яркие лучи летнего солнца проникают сквозь зановески, падая на лицо. Семенюк недовольно жмурится и переворачивается на другую сторону, дабы надоедливые лучи не врезались в глаза. он уже по привычке проходится рукой по постели в поисках Лёши, чтобы прижаться к нему. но постель холодная и пустая. не отойдя от сна, Вова не понимает, куда делался старший, но воспоминания о вчерашнем вечере складывают пазл в голове: после вчерашнего скандала Губанов был отправлен спать на диван в гостиной. очередная незначительная ссора началась из-за мелочи, коих в их совместной жизни много. однако даже они не мешают им любить друг друга. парень нехотя поднимается с кровати, вытягивая спину и руки; до сих пор жмурясь, ведь солнце всё так же неприятно светит в глаза. он немного поправляет на себе большую футболку и идёт в ванную комнату. под ногами путается кошка, что уже с самого утра не спала и бегала то к спящему Вове, то в гостиную. видимо, к Лёше. прохладная вода сгоняет остатки сна и освежает. одной из мокрых ладоней Семенюк проводит по волосам, пытаясь их немного привести в порядок, ведь после подушки они все торчали в разные стороны. когда с водными процедурами было покончено, парень, немного зевая, идёт на кухню. за ним бежит и Буба, мяукая и прося, что бы её покормили. — папаша твой не кормит тебя, да? — немного смеётся Вова, присаживаясь на корточки и проводя рукой по гладкой шерсти. корм он всё-таки насыпает, и кошка довольно хрустит подушечками. электронный чайник уже начинает кипятить воду для кофе, из телефона доносится какая-то ненавязчивая музыка. в микроволновке греются пара сырников, что остались ещё со вчерашнего дня. Вова даже и не думает идти в гостиную, где сегодня спал Лёша, он же всё ещё «обижен» на него. «вот пусть теперь сам выкручивается, даже извиняться не буду», — думает про себя парень, немного хмуря густые брови. горячая вода льётся в чашку с растворимым кофе и сахаром, что он насыпал предварительно, а после всё заливается холодным молоком. микроволновая печь немного неприятно пищит, но на это глаза всегда закрываются, ведь еда прогрелась, и можно нормально приступать к завтраку. как только он хотел поднести вилку ко рту, из коридора послышался звук стука в дверь. немного раздраженный прерванным приёмом еды, Семёнюк идёт на звук. Буба тоже отвлекается от миски с едой и идёт рядом, заглядывая с интересом. в голове только одна мысль: «кого там, блять, принесло?» в глазок он даже не заглядывает и сразу открывает входную дверь. эмоции почти моментально меняются от раздражения к удивлению. перед ним стоит Губанов, в руках которого целый букет голубых лилий. младший равнодушен ко всем цветам, но именно эти привлекают своим вниманием и запахом. они продаются не в каждом ближнем цветочном магазине. неужто Алексей решил запариться и принести свои извинения именно так? немая пауза немного зависает в воздухе, ровно до тех пор, пока Губанов не решает всё-таки пройти в квартиру. — Вов, прости, что вчера так вышло, я и в правду сам виноват, надо было тебя слушать, — не первый год живут вместе, но каждая ссора заканчивается чем-то хорошим. это как-то сближает с каждым разом всё сильнее, хотя казалось бы, куда ещё ближе. — это в знак примирения, я знаю, что ты только их любишь, — немного улыбается старший и протягивает букет. приятный аромат цветов ударяет в нос, а губы Вовы расплываются в мягкой улыбке. букет был внушительных размеров. надо бы найти для него хотя бы подобие вазы. — ладно, ты прощен, но не думай, что в следующий раз так просто отвертишься, — немного хмурится с улыбкой парень, принимая цветы, немного подтягиваясь на носочках и оставляя краткий поцелуй в щеку. пока Губанов переодевался, Семенюк перерыл практически всю квартиру в поисках чего-то подходящего для букета. поиски закончились радостным вскриком «нашёл!». это была ваза с широким горлом, и он даже и не вспомнит, откуда она вообще у них дома. но факт остаётся фактом — она прекрасно подходит. в сосуд младший набирает воды, аккуратно ставя в него цветы. Губанов тем временем уже закончивает со всем и спокойно проходит к парню, обнимая его со спины. — долго их искал? их же почти нигде нет, — Семенюк поворачивается лицом к Лёше, а с губ улыбка всё не уходит. — ради тебя и время не жалко потратить, — улыбается в ответ старший, проводя одной рукой по щеке Вовы. немного поглаживает кожу пальцами, притягивая на себя и целуя уже такие родные губы. поцелуй нежный, примирительный. вокруг пахнет цветами, что принёс Лёша. на подоконнике сидит Буба, которую заинтересовала новая вещь в квартире, своим цветом привлекающая внимание. парни разворачиваются к столу, на котором всё ещё покоился не съеденный завтрак. Алексей чуть поднимает младшего и сажает на мебель, не прерывая поцелуй. становится между ног Семенюка, проходя горячими руками по бёдрам и переходя к футболке. помимо нижнего белья только эта ткань как-то прикрывала его тело. Вова чувствует напор со стороны Лёши и отстраняется. — если мы будем трахаться каждый раз после конфликтов, соседи явно не выдержат, — парень немного переводит дыхание и с ухмылкой смотрит в голубые глаза. — если бы кое-кто так громко не стонал, то все бы выдержали. — что-то не нравится? может мне вообще молчать? — хмурится Вова. — лично мне всё нравится, я же ничего не говорю. можно просто быть немного потише, раз ты беспокоишься за соседей, — Губанов говорит абсолютно спокойно. он не хочет начинать ругаться снова, ибо Вову очень легко вывести из себя. — а может тебе ещё и хуй пососать? ничего больше не хочешь? — было бы неплохо, — улыбается Лёша, за что получает слабый удар по голове. из-за этого уложенные волосы спадают на глаза. Семенюк спрыгивает на пол и всё же садится за стол, в надежде закончить то, с чего начинал изначально. старший подходит к кошке, что сидела на подоконнике и за кем-то наблюдала в окне. на улице жарко, выходить даже не хотелось на солнце. все прохожие в футболках и шортах, только Алексей вышел туда в толстовке и спортивных штанах из-за комплексов. позволить себе носить футболку он мог только находясь дома, и то, когда они с парнем только стали жить вместе, там тоже без определенных разговоров не обошлось. сейчас же Лёша может предстать перед ним в любом виде. тот любит его любым, и он это знает. — может фильм посмотрим? — поворачивает голову на Вову и улыбается. он парой забавный такой; волосы взъерошены, серые глаза бегают по экрану телефона, что-то вычитывая, возле губ вилка, на которой пару минут назад был сырник. — можно, — не прожевав, отвечает Семенюк; немного плечами пожимая. когда посуда была помыта и поставлена в сушу, букет стоял на подоконнике, а ясное утро сменилось на теплый вечер, двое парней смотрели третий по счету фильм. выбор был поочередный, чтобы никто не возникал. голова младшего покоилась у Лёши на коленях, длинные пальцы перебирали крашенные пряди «от нечего делать». картинка на телевизоре сменяется на титры, и Семенюк решает встать, так как спина уже начала замыкать от неудобного положения. как только Губанов хотел взять пульт в руки, дабы выключить пресловутые имена актеров и слова благодарности, перед глазами уже не свет экрана, а Вова, что уселся на него, кладя руки на плечи старшего. ещё через пару секунд его уже страстно целовали — видимо, он хотел повторить за актрисой, что делала практически тоже самое. только в отличие от неё, парень не сможет сексуально распустить длинные волосы, станцевать перед ним стриптиз и прочее. зато Семенюк в несколько раз лучше чем она — это Губанов знает как никто другой. в него каждый раз можно влюбляться по-новому, даже забывая, что вместе уже пару лет. он весь такой из себя обычный с виду, но можно постоянно узнавать его всё больше, и понимать, что он отличается от всех остальных. когда воздух в лёгких начинает заканчиваться, Вова отстраняется, берёт в свои руки ладони Лёши, кладя их себе на талию и немного ёрзая на нём. на лице лисья ухмылка, в серых глазах мелькает искра, а спина непроизвольно выгибается. руки Губанова несильно сжимают кожу через футболку, и он снова тянется к губам Вовы. прелюдии всегда были выше даже самого процесса. чувствовать тело родного человека, трогать, зажимать, кусать. самая любимая часть, которой уделяется больше всего времени. пальцы старшего проходятся под одеждой, а шея Семенюка покрывается алеющими засосами. с кухни доносится громкий треск стекла об пол, что заставляет Вову дёрнуться, а Лёша от неожиданности кусает того за шею, после слыша характерное «ай». оба не понимают, что это было, но по звуку было понятно — что-то разбилось. Семенюк поднимается с колен парня, и идёт в сторону кухни — вариантов было много, но надо знать наверняка. Губанов, хоть и разачарованный таким исходом событий, не отстаёт и идёт за ним же. на полу разлита вода, разбросаны осколки от вазы. букет лежит поверх них, а рядом с этим кошмаром сидит испуганная кошка. она явно не ожидала, что так получится. Вова был готов сейчас же поймать виновницу прерванной атмосферы, но его буквально хватают за шкирку. — ты ебанутый? не видишь стекла под ногами? — чуть ли не кричит Лёша, оттягивая парня от сего безобразия. — пылесос достань лучше. Буба аккуратно обходит осколки, быстро убегая в комнату и ныряя под кровать, дабы избежать шум бытовой техники. на вазу было относительно плевать, самое главное, что цветы никак не постадали от этого падения. Вова любит и ценит любые знаки внимания или подарки от Лёши, именно поэтому можно было и пройтись босыми ногами, собрав всё стекло на них, но поднять букет. для кого-то это просто ничем не выделяющиеся цветы, которые трудно достать, но возможно. но для него — понимание, что Губанов всё ещё помнит, как он мимо слов зарекался об их приятном аромате и удивительном цвете. почему не белые лилии? потому что эти напоминали цвет глаз старшего: вроде обычные голубые, парой отливают синим, но такие манящие, и любит только их, не признавая другие. Лёша надевает сланцы с плотной подошвой и аккуратно собирает крупные осколки. выбрасывая их в урну, сухой тряпкой вытирает мокрое пятно от воды — её младший явно не пожалел. Семенюк приходит уже вместе с пылесосом, собирая мелкое стекло. пылесосит тщательно — неприятных казусов не хотелось. когда всё было закончено, парень подходит к валявшемуся на полу букету, поднимает его, смотря на красивые лепестки. Лёша выжимает тряпку от воды, поворачиваясь на Вову. — ты чего? — младший выглядел печальным. Губанов подходит к нему, приобнимая. — да так, просто думал, что ты уже забыл про них. принёс бы самые обычные розы, — приподнимает уголок губы Вова. — забыл? то есть думаешь, что я настолько тебя не люблю, что даже не слушаю никогда? — усмехается Лёша. — помню, как ты улыбался, когда я тебе такие же в первый раз принёс. но почему именно эти? Семенюк поворачивает голову на своего парня, заглядывая в голубые глаза. улыбается. — просто люблю их. и тебя тоже.