Любовь без правил приличия

Яко спала как убитая, оставив Нейро разбираться с делом самостоятельно. После сна она почувствовала себя лучше и уже собралась подниматься с неудобной больничной койки, как резко повернулась к стене. Ей было плохо и тоскливо, появлялись даже мысли, гласящие, что нужно принять предложение Юи. Или может просто уйти из агентства? Молодая женщина тяжело вздохнула. Это было сложно. С агентством у нее связано десять лет жизни, и она не хотела его закрывать и заканчивать свою деятельность детектива. Но с чего вдруг начались все эти проблемы? Кацураги потерлась щекой о подушку. К Нейро она не испытывала ненависти или сильной неприязни, но не могла понять его, никогда не понимала его. Периодически в нем просыпался любопытный и очень жестокий ребенок, который страдал фигней. Но интерес к сексу никогда раньше Ногами не проявлял. С чего такое обострение? Лакомка быстро успокоила себя после первого раза, посчитав, что это внеочередная попытка удовлетворения любопытства и своего эго. О потерянной девственности женщина даже не жалела, как о самом факте. Но вот все повторилось, а значит, повториться вновь. Только сейчас детектив подумала о невозможном. "Срочно купить резинки и показать этому ублюдку сайты для школьников о незащищенном сексе! ... … О чем я думаю?! Надо придумать, как прекратить такого рода отношения, а не усугублять их! Может мне еще и камасутру ему подарить?! Господи, мама, твоя дочь идиотка!" Утыкаясь лицом в подушку и подавляя поскуливания, размышляла Яко о ситуации в личной жизни. Допустим, она все же у нее появилась. Но ТАК, что уж лучше и не появлялась вовсе. И тут молодая женщина резко поднялась. Слабость еще была, но не такая сильная, поэтому она оделась в спортивный костюм, найденный в шкафу – наверняка у Нейро хоть чуточку проснулась совесть, и он его принес - и вышла в коридор. Еще со смерти отца, Кацураги научилась в детективных делах терять свою печаль. Будто, заводя свои грустные мысли в лабиринт загадок и бросая их на произвол судьбы, она отстранялась от них, становясь просто всемирно известным детективом. Но как же хочется ЕСТЬ! Покачиваясь уже от голода, лакомка как могла быстро добежала до телефона-автомата. Решая, кому позвонить, она уже набирала телефон Юи, но поняла, что он расстроиться, вновь вспомнив отказ, и сбросила набор. Может быть Кохей? Сейчас глубокая ночь. По этой же причине отпал и Усуи. Уже набрав Нейро, скинула, так как не хотела с ним сейчас говорить. Оставался последний номер. - Господин Годай! - провыла она в трубку, будто дозвонилась до великого пророка или, как минимум, до единственного друга. - Три часа ночи, - почти жалобно ответили ей, - ну что тебе нужно, чудовище? - Информация. - По суициду в больнице? - Да. Послышалась возня. - Ща приеду, привезу, - коверкая спросонья слова и зевая, пообещал бывший мафиози. До его приезда оставалось время, поэтому Яко отправилась вниз на кухню. Несмотря на запрет, она собиралась поесть. Была готова даже бороться не на жизнь, а на смерть ради еды! Ведь это такая вещь, которая спасает многих людей буквально от всего, будь то голод, одиночество, депрессия… Диетическое питание больницы не способствовало хорошему настроению, но за неимением ничего другого, молодая женщина съела все, что нашла: ведро утренней застывшей каши и пять батонов хлеба целиком, а потом и побежала встречать Годая. Шинобу нес коробку с бумагами. Забрался он, естественно, через окно, не желая вступать в дебаты с охраной. - Ну у тебя и вид! Как с того света вернулась, нежить! - Господин Годай, я минут десять и так была мертва, еле откачали. Так что не далеко от правды, - ответила она, беря коробку с макулатурой, но мужчина не позволил "нежити" тащить тяжесть. - Куда это? - только и спросил он, не понимая удивления подруги. В коридоре нашелся стол. Яко уже с головой зарылась в бумажки, когда так и не ушедший Шинобу спросил: - Слушай, а что это у вас случилось? - Ты о чем? - прикидываясь наивной, переспросила она. - Ну, вроде вы раньше... - он не нашел подходящих слов, чтобы описать все свои наблюдения, - были на расстоянии, что ли… друг от друга. А сейчас… как-то… - теряясь в выражениях, пытался показать «раб номер два» и жестикулировал их ситуацию. - Со всего маху стукнулись лбами? - провела аналогию Яко, уже собирая приличную стопку фактов по делу. - Типа того, - опуская руки, согласился парень, понимая, что так не добьется ничего путного. - Ну, так, время идет, все меняется, - уклончиво ответила молодая женщина и попыталась улыбнуться. Вышло весьма неубедительно. - Мужика тебе нужно НОРМАЛЬНОГО, - один документ постигла страшная участь, его надорвали. - Детишек, - при попытке свести края, промахнулись и дорвали окончательно. Детектив повернулась к другу и посмотрела на него ТАК, что Шинобу резко вспомнил о неотложных делах и поторопился вылезти в окно, на прощание махнул рукой, пожелав выздоравливать. Наслаждаясь тишиной, она, наконец, смогла сосредоточиться на деле. Все оказалось довольно мутно. Но первые ростки понимания уже взошли. Ее лицо тронула улыбка, вот то, чем ей нравилось заниматься, и этого было достаточно. Загадка была перед носом. Кацураги облизнула пересохшие губы, нужно было еще подумать. Вроде все гладко, и дело не должно считаться убийством. Парень прыгнул сам. Но все же, что-то не давало покоя. Послышались шаги. Быстро собрав бумаги в коробку, Яко поторопилась в свою палату. Конфликт с утренним обходом ни к чему. Войдя в палату и закрыв дверь, она поставила тяжеловатую коробку на пол и включила свет. - О, дьявол! Нейро, ну что тебе надо?! – громче, чем рассчитывала, спросила детектив у демона, расслабляющегося на потолке. - Узнать, как разгадывается тайна, - отлепляясь от потолка и падая на кровать, признался Пожиратель Загадок. Его движения завораживали, словно он был коброй на расстоянии удара. Хватка на голове, и ее потащили к кровати. Яко даже и не подумала сопротивляться. Быстрее начнется, быстрее кончится. Однако, в кровати она оказалась в одиночестве, Ногами вновь был на потолке и читал принесенные документы. - Нейро... – хотела она уже спросить что-то, но ее прервал приказ. - Спи! Иначе натравлю Морфея, это чудовище такое. Жрет сны. Голова вновь упала на подушку, и Яко старалась не думать, что совсем недавно этот демон делал с ней на крыше. Она так пристально на него смотрела, что он отвлекся от бумаг и нахмурился. Нейро резко сорвался с потолка, и молодая женщина сильно сжалась, ожидая удара, но такого не последовало. Забрав документы, мужчина вышел, на прощание бросил взгляд, полный недовольства. Оставшись в одиночестве, Кацураги попыталась заснуть. Но сон упорно не шел, а мыслей в голове становилось все больше. И они все копились, шептались друг с другом, раздражая все больше и больше, пока дверь не открылась, и вновь не вошел Нейро. В его руках был телефон, вместо брелка на котором болталась Акане. Мобильный полетел в лоб напарнице, и Акане, воспользовавшись прикосновением, переместилась на волосы детектива. Дверь вновь захлопнулась. Демона в комнате не было. - Рада видеть тебя, Акане, - улыбаясь и потирая синяк на лбу, поздоровалась с подругой. Косичка прильнула к бледной щеке. - Я не могу заснуть. - Волосы тут же удлинились и перехватили телефон. - Что случилось? - написала покойная секретарша. - Случился Нейро! И для краха моей жизни этого оказалось достаточно, - угрюмо ответила лакомка. - Он случился у тебя в шестнадцать лет, так что изменилось? - Отношения. - … - косичка покачалась и добавила, - Яко, он к тебе приставал? - Нет, - но не успели ожившие волосы успокоиться, как... – Этот этап он решил миновать, перейдя к действиям, - Акане резко стала похожа на ежа. - Дважды. - Судя по тому, что волосы "успокоились" и больше не шевелились, Акане упала в обморок. А Кацураги закуталась в одеяло и попыталась вновь заснуть. Возможно, она спала без сновидений, а возможно просто пролежала с закрытыми глазами. Все равно не выспалась и все еще чувствовала себя разбитой. Пришла медсестра, сделала ей капельницу, измерила давление и температуру и ушла. Акане все еще была шокирована новостью и не спешила начать разговор. Яко оставалось только размышлять, естественно, о деле - о Нейро размышления плодов не принесут. Итак, покойный Киоши Сабуро совершил самоубийство, прыгнув с крыши госпиталя и разбившись на смерть. Это было доказано, его не толкали. Однако... да, это было странно. Но дело действительно было убийством. Некто довел этого человека до самоубийства, да?. А значит, есть виновный. Но круг лиц, с которыми общался этот больной, был достаточно узок. Он почти полжизни провел в больницах, однако не был склонен к суициду. Что изменилось? Поиск ответа на этот вопрос нужно искать с момента его появления в этой клиники. Провел Киоши в ней неполных три месяца. Итак, список персонала, с которым общался Сабуро. В основном в этом списке были врачи и пара медсестер, но была одна девушка, оказавшаяся его сестрой, и мужчина, являющийся ему отцом. Скудно. Пришлось штудировать список врачей. Почти у всех этот больной оказывался раза по два на дню. Кацураги прислонилась к бумаге лбом, стараясь погрузиться в детали дела с головой. - Это что, мне теперь по всем врачам бегать? – удивляясь не в самом хорошем смысле списку, воскликнула она. Акане, что недавно очнулась, указала кончиком косы на одного врача. - А эта идея...