Мир на двоих

У вас бывало так? Ведь правда? Бывало, что жизнь, наша прекрасная жизнь, перестаёт вдруг интересовать? Потому, что отныне главное в этом существовании - не мы сами, нет. Главное - тот единственный и незаменимый, что рядом. Ради него - ничего не жаль. Правда, 40 рублей в это необъятное "ничего" не входят. Их всегда жаль. 40 рублей - капитал, накопленный кровью и потом. И тем не менее он принимает это важное, великолепное решение - купить пиццу. В памяти всплыл Аквадар из Пятёрочки со скидкой - то было истинное, настоящее удовольствие. Но Аквадар был далёк. Не дальше, чем пятёрка по обществознанию, но и не ближе кола за устный опрос. Всё в мире относительно. Увы и ах. Действительно, за эти прекрасные 40 рублей можно купить два мохито у цыган из маленького подвального магазинчика. Можно купить Пепси в Малышке. Можно купить масочку для лица с виноградными косточками в Косметике на кассе. Да киллограм картошки в конце концов! Настоящей, вкусной, беларусской картошечки от Лукашенко. А пицца - она была и проходит. Пицца не вечна. Но она близка и доступна. Стасик стоял посреди столовой без конца теребя чубчик. Она такая хрустящая, вкусная, сочная... Но противный Аквадар, словно откуда-то с потолка смотрел на эти душевные муки, с издёвкой на лице-бутылке: "И ты поменяешь меня на эту вонючую пиццу?" Цыганское мохито ехидно выглядывало из-за заляпанной колонны: "Э, брат, как так-то брат, эээ?" А она была свежа и хороша. Она была нежна и красива. Она. Она... Стасик взял себя в руки, и как настоящий чубченос двинулся вперёд, не переставая мусолить многострадальные волосы: - Мне одну пиццу, пожалуйста! - Ты видишь, тут очередь! Отойди! Его хотели разделить, нечестно, несправедливо разлучить с его любовью. Но он будет стоять до конца. Стоять и верить. - Деньги давай, чего стоишь! - Прикрикнули на него с другой стороны прилавка. Как во сне Стасик протянул деньги - взгляд был прикован к ней. Она осталась последняя, единственная, неповторимая. - Рубля не хватает! - и деньги вновь попали ему в руку. - Одну пиццу! - попросил следом подошедший Максим Он смотрел на то, как медленно, словно в замедленной съёмке, пицца уплывает в Максимовы руки. Как он кусает его, его пиццу! и неспешно идёт к выходу из столовой. Чубчик падает на лоб, закрывая глаза. Где-то далеко-далеко его манит к себе Аквадар. Да, так и надо. После школы - прямиком в Пятёрочку. Но выходя из дверей, он оставляет то, что больше никогда не сможет существовать. То, что исчезнет в тумане утреннего дня. Их мир на двоих